Илья Коралин – Время. Книга первая. Империя (страница 6)
– Ты прав. Именно в выбросах вся проблема. Задача выглядит простой: прибыть в Сиринду, провести наблюдение и зафиксировать момент выброса с безопасного расстояния. Собрать данные, передать их в Институт Потока и
Действительно, всё просто. Лёгкая прогулка: морским воздухом подышать, местные достопримечательности посмотреть.
– Один наблюдатель вместо группы? – мой голос стал резким. – Я хроноаналитик, а не агент Ordo с боекомплектом. Мне нужно сопровождение – с такими выбросами один я не справлюсь, даже если агенты Ordo потерпели неудачу. До сих пор не понимаю, почему это не прямой приказ с чёткими сроками и инструкциями?
Хред прищурился, бровь дрогнула. Полковник нервничал? Всё казалось сном – или я уже пересёк границу в другую реальность?
– Потому что ты меньше шума наделаешь: мы потеряли три группы. Все отряды имели усиленные комплекты защиты. Мы размещали глайдеры поддержки со стабилизаторами
Знаю, не хотелось признавать, но полковник прав: один наблюдатель может достичь успеха. Хроноаналитиком не становятся по желанию. Должна быть генетическая предрасположенность, совместимость с Потоком и минимальное влияние на него.
Хроноаналитики способны изучать, восстанавливать и встраивать фрагменты Времени – потому что Поток почти не ощущает их присутствия.
Теперь замысел
Карта вновь возникла над столом – пульсирующая, звенящая. Координаты Сиринды дразнили, словно звали по ту сторону. Свет проекции отражался на стенах, напоминая блики на воде. Город-призрак манил и пугал одновременно.
– Император и старший аналитик подтвердили: ты – лучший кандидат, способный выжить в Сиринде.
Миора! Когда-то она говорила, что рано или поздно мне предоставится шанс узнать, что произошло с братом. Разговор был давний, прошло много времени.
Боль утрат – сначала брата, потом матери – долго держала меня в цепях, отступила. Я начал жить вновь, иначе, с другим отношением и пониманием, но всё же жить. Воспоминания всё ещё находили меня по ночам, но больше не срывали в бездну.
– Думаю, важен один факт: Марк, входивший во второй отряд, отправленный на нейтрализацию аномалии, не стёрт из Потока, в отличие от остальных. У меня есть особенность: иногда, когда нервничаю, начинаю мыслить вслух.
– У тебя есть сомнения в расчёте Императора?
Мысленно отвесил себе затрещину. Я не псих, конечно, сомнений в Императоре нет.
– Конечно, нет, полковник, – поморщился я. – Вечно попадаю в неловкие ситуации, озвучивать мысли – плохо, Тарен! Как и привычка бродить по лаборатории во сне.
– Парадоксы, Тарен, —нахмурился Хред. – В Империи их не наблюдали многие хроны. Но в Сиринде они рвут реальность, как бумагу. Один неверный шаг – и ты вплетёшься в их узор навсегда.
Я кивнул. Шансы балансировали между сомнительным и откровенно безнадёжным. Если Сиринда заберёт и меня, больше никто не узнает.
– У тебя два часа, – Хред откинулся в кресле. Голос чуть смягчился. – Окно синхронизации узкое. В твой кронолиск отправлены карты, маршруты и отчёты. Ты получишь всего несколько часов: наблюдать, зафиксировать выброс – и покинуть Сиринду.
– Это всё, полковник? Разрешите идти?
– Да, Тарен.
Я повернулся и направился к выходу. Плащ с глифами дрогнул и синхронизировался с охранной сетью, дверь открылась мягко, без единого звука.
Коридор вновь вспыхнул световыми нитями, указывая путь. Привычный порядок, когда за спиной только тишина, а маршрут уже построен. Внутри – вязкая тревога, острое ощущение одиночества. Всё решено. Сомнения подождут.
******
Вестибюль встретил холодным полумраком. Тусклые световые нити вдоль стен едва разгоняли тени, а гул терминалов отдавался глухим эхом: казалось, Институт дышит во сне.
Миора стояла у терминала, чуть склонив голову, словно внимательно слушала, что говорят ей безмолвные символы на панели. В слабом свете приборов её светлые волосы казались почти серебряными, аккуратно уложенные, с несколькими прядями, всегда заправленными за ухо – жест, который каждый раз заставлял меня забыть обо всём на свете.
Она выглядела усталой – лёгкие тени под глазами придавали лицу ещё большую выразительность. Когда Миора сосредотачивалась, её губы едва заметно сжимались – не напряжённо, а мягко, чуть приоткрываясь, словно она собиралась сказать что-то важное, но всегда выбирала молчание.
Строгая форма Института на ней смотрелась элегантно, подчёркивая хрупкость плеч и тонкость талии. Даже пояс с датчиками и её личный хроноиндикатор не добавляли тяжести – наоборот, с ними она казалась только собраннее, ещё сильнее.
Я смотрел на неё, пытаясь удержать этот момент, хотелось запомнить каждую деталь – как она, задумавшись, чуть прикусывает нижнюю губу, как поправляет воротник униформы быстрым, почти незаметным движением руки.
Миора никогда не делала лишних движений. Всё в ней было естественным и точным, как будто она всегда знала, что именно нужно делать.
Она подняла глаза, наши взгляды встретились. Её взгляд – серьёзный, открытый и одновременно полный скрытого тепла – в который раз заставил меня почувствовать, насколько я пропал и как мало шансов вернуться обратно.
– Уже всё? – Её голос был мягким, но с лёгкой хрипотцой, выдающей бессонную ночь.
Я кивнул – конечно, Миора уже была в курсе, на то она и Старший хроноаналитик. Самый молодой Архихрон в истории Империи – и всё равно для меня прежде всего, просто Миора.
– Знаешь, у меня и выбора особо не было. Догадываешься, почему?
– Дай подумаю, – Миора сделала вид, что задумалась. – Возможно…
– Возможно, полковник проводил брифинг один, а старший аналитик и ректор Института Потока спали. Хм, точнее, ректор спал или спит, – я смутился и сбился, хотел показаться твёрдым и несгибаемым, вышло не очень убедительно.
– Не пытайся казаться жёстче, чем ты есть, Тарен, – её голос был мягким, но в нём чувствовалась сталь Архихрона. – Это тебе не идёт. Мы вчера вечером отсеяли двадцать человек в том числе из
Вот это было неожиданно. Нет – не из-за того, что отсеяли агентов: это как раз не вызывало удивления. Агенты сила, порой скрытая, они выжигают аномалии, а не ищут первопричину. Удивляло и настораживало вновь, что из всех выбрали именно меня. Дело не только в заслугах и таланте.
– Я даже знаю причину, почему мне так «повезло».
Миора уже не улыбалась. Секунда – и передо мной не милая молодая девушка, а Архихрон, который напрямую взаимодействует с Императором и высшим советом Империи, консультируя по важнейшим вопросам и принимая окончательные решения по управлению Потоком.
– Да, связь с Марком и остатки сигнатур в Секторе 9-S повышают твои шансы выйти в стабильный слой. Нужно зафиксировать центр возмущений, обнаружить источник выброса – и вернуться назад.
– Ты же лучшая при расчёте вероятностей. Скажи тогда, каковы же шансы?
– Тарен, ты же…
– Да-да, если узнаешь вероятность заранее – уравнение тут же сломается.
– Ну примерно так.
Миора шагнула ближе. Её взгляд скользнул по плащу, задержавшись на глифах. Рядом со стандартными допуска и защиты я добавил тонкие эфирные трубки – гибкие пластины, подключённые к моим батареям в подкладке костюма. Теперь часть глифов работала от отдельного питания, реагируя на каждое движение еле заметной пульсацией.
– Это что? – Она кивнула на плащ, бровь слегка приподнялась. – Не институтские.
Я усмехнулся, потирая шею. С первого дня знакомства, Миора, особое внимание уделяла моему увлечению – модернизации приборов и технологий.
– Мои разработки. В деле не проверял. – пожал плечами, но голос стал серьёзнее. – Эта миссия станет их полевым испытанием. Либо сработают, либо…
Я сам не знал, чего жду – успеха или ещё одного урока. Её губы дрогнули, но улыбка не вернулась. Вместо ответа – лёгкое касание плеча, короткое, почти невесомое. В этом движении было больше поддержки, чем во всех словах, которые я слышал за последние хроны.
– Надеюсь, защитные глифы тебе не понадобятся, – сказала тише, словно боялась, что стены подслушивают. – Помню: на экзамене и на первом твоём задании всё вышло отлично.
– Да, были времена. Думал попросить КЛИО выдать, – ответил я, выдавив слабую ухмылку.
Она покачала головой, но в глазах мелькнул намёк на облегчение.
– КЛИО точно тебе не нужен. Только и знай, болтает без умолка, – голос стал теплее, но в нём дрожала нотка, которую она не могла скрыть. – Как только вернёшься, Тарен, я буду ждать с чашкой моры.
Улыбка вышла сама собой. Миора умела напомнить, что за стенами Института есть жизнь – простая, с горячей морой и утренним солнечным живым светом. Трель сообщений заставила меня отвести взгляд от Миоры и достать кронолиск.
– Я выслала тебе все исследования по Сиринде, которые раньше ты получить не мог. Сейчас уровень допуска обновлён. Тебе пора, Тарен.
Она подошла, вдруг обняла и поцеловала в щёку. От неожиданности я замер. В голове помутнело.
– Удачи, Тарен, – Миора отстранилась, задержав на мне взгляд.
На мгновение показалось, что она хочет что-то ещё сказать, но вместо слов – лишь привычный, усталый кивок.