Илья Хлебнов – Дыши (страница 2)

На работе его встретил привычный шум: двери, голоса людей, звуки работающих устройств.

– Егор! – окликнул напарник. –Слушай, там на третьем этаже что-то с напряжением в сети, посмотришь?

– Да, сейчас, – сказал Егор, снова надевая свой рюкзак с нужными инструментами.

Он работал, как всегда. Спокойно, внимательно, без лишних движений. Электрический щиток, автоматы, провода. Работа успокаивала его, делала его жизнь полезной. Но к обеду он почувствовал странную усталость, точнее тревогу, словно внутри кто-то спрашивает: ты где? В обеденный перерыв он поехал домой, как всегда. Дом встретил его шумом: детский смех, крики, вопросы. На кухне Анна с кем-то говорила по телефону, не громко, но параллельно с детским шумом. Пахло супом и мокрыми варежками на батарее.

– Папа! – младший Мишка выбежал и уткнулся ему в колени.

– Я наливаю уже? – Анна выглянула из кухни. Волосы практично собраны в кичку, без украшательств. Лицо усталое, но спокойное. В ней всегда было что-то твердое и ровное, позволявшее ей держаться.

– Да, спасибо. Сейчас приду. – Егор уже снимал обувь.

Анна кивнула и исчезла на кухне. Егор снял курку и аккуратно повесил ее – привычка.

Дети крутились вокруг него, тянули за рукав, задавали вопросы. Младший что-то ронял и смеялся, старший что-то рассказывал. Нормальное семейное счастье, но Егору казалось, что он настолько заполнен различными обязательствами, что у него внутри просто больше нет места.

Тарелка с горячим супом уже была на столе.

– Приятного аппетита, – тихо сказала Анна.

– Угу.

Суп был очень вкусным, он ел быстро, как всегда. От горячего супа было хорошо – в горле, в животе, он возвращал к жизни. Анна посмотрела не него чуть дольше обычного.

– Ты нормально? – спросила она.

Егор хотел ответить «да», но внутри что-то мешало.

– Нормально, – все равно ответил он.

Анна устало улыбнулась. Выражение лица говорило: ну ладно.

– Егор… – начала она и замолчала.

Он почувствовал, что в нем все напряглось.

– Что? – спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Ничего… просто… ты все время будто не здесь.

Слова были мягкими, но от них стало тяжело.

– Я здесь. – сказал Егор.

– Физически здесь. А сам ты… где?

Внутри Егора разрасталось что-то, готовое начать выкрикивать: я работаю, тяну, стараюсь! Но вместо этого просто выдохнул и сказал:

– Я устал.

– Я тоже, – Анна кивнула. И в этих словах не было обвинений.

Дети продолжали шуметь, и Егор почувствовал, что в груди поднимается раздражение. На все! Почувствовал и испугался своих чувств. Поднял глаза на Анну, она смотрела на него, будто ждала, что он сейчас что-то скажет. Он опустил взгляд на тарелку, суп остыл.

– Мне пора, – сказал он и встал.

Жена просто кивнула. И в этом кивке было все: и любовь, и понимание, и усталость.

Егор прошел в коридор, оделся, взял свой рюкзак с инструментами. Привычные движения, привычные вещи, напомнившие ему: ты знаешь, что делать.

Перед выходом он услышал, что в трубах прошел гул – низкий, глухой звук, как будто дом вздохнул. Он замер на секунду, прислушиваясь.

В системах, в подвале, опять бардак. – подумал с раздражением. Когда-нибудь это плохо кончится.

Но просто пошел, возвращаясь на работу. Уже уходя, он оглянулся – Анна стояла в дверях, дети крутились вокруг нее. Она улыбнулась ему, мягко, почти незаметно, как будто из последних запасов на сегодня. Егор кивнул и пошел. Утренние запахи в подъезде не изменились. Уже перед дверью из подъезда, в его голове прозвучали слова: мне надо домой. Он прогнал эту мысль, он только что был дома. Поправил рюкзак и вышел из подъезда.

Марина

Когда завибрировал телефон, Яков заканчивал выполнение задачи. В своей работе он любил этот момент: расчетная записка была готова, техзадание «закрывалось» на 100%, все допущения и граничные условия были учтены. Завершение процесса – как щелчок закрываемого замка – «щелк» и мир снова под контролем. Еще секунду он смотрел на экран монитора, и только потом перевел взгляд на телефон.

«Марина». Он никогда не отвечал на звонок сразу, давал себе пару секунд, чтобы выровнять дыхание. Чтобы голос не выдал раздражения: зачем ты мне звонишь? Телефон завибрировал еще раз. И замолчал. Яков уже собирался вернуться к работе, но пришло сообщение.

Марина: Привет. Ты дома?

Марина: Я рядом, по делам. Могу заехать на 10 мин.

Марина: Если не вовремя – скажи, я понимаю.

Он прочитал и нахмурился. Марина была единственным человеком, который умел так писать. Никаких там «мне нужно», «тебе должен». Она всегда оставляла ему выход. Он это понимал и это его раздражало.

Он решил ответить, набрал:

Яков: Я занят.

И сразу стер. Слишком грубо. Марина ни в чем не виновата. Написал другое.

Яков: Я работаю. Могу, но не долго.

Помедлил, хотел добавить «если тебе правда нужно». Но не добавил. Марина ответила сразу:

Марина: ОК, заеду на 10 мин. Спасибо.

Прочитав «спасибо» Яков хмыкнул. Он ничего не сделал, чтобы заслужить благодарность.

Он откинулся на спинку кресла и посмотрел в окно. Там, за окном, ничего не изменилось – серое небо, сугробы мокрого снега. Он рассчитывал, что постоянство за окном вернет ему равновесие. Но в тишине дома появилась трещина – ожидание другого человека.

Он прошел на кухню, посмотрел на шкаф и вспомнил про вторую тарелку. Глупости, – подумал он, – Это все глупости.

Достал две чашки. Потом подумав, убрал из обратно в шкаф. Чашки на столе выглядели как приглашение. «На десять минут же».

Марина приехала через пять минут. Она уважала время, но ее жизнь была переполнена: работа, дети, мама, курсы, планы, которые вечно меняются. Яков этого не понимал, но принимал. Марина всегда просто появлялась и приносила с собой движение. Он услышал, как подъехала машина – шорох шин по снежному гравию, хлопок дверцы, шаги по дорожке. А потом стук в дверь, не настойчивый, как чуть ранее стучала Оля. Яков открыл дверь. Мария стояла на пороге с пакетом в руках. В бежевом пальто, в волосах снежинки, начинающие таять. Лицо у Марины всегда было живым, теплым, даже когда она уставала.

– Привет, – сказала она.

– Привет, – ответил Яков.

Марина посмотрела на него чуть дольше, чем нужно.

– Все нормально? – спросила она.

– Нормально,– ответил Яков. Этот вопрос был уже опасным. Но он очень надеялся, что его ответа окажется достаточно.

Марина кивнула. Она умела принимать такие ответы. Но понимала, что это «нормально» вполне может означать «держусь».

– Я правда на десять минут, – сказала она. – Просто была рядом… и подумала – заеду, если ты не против.

Он сделал шаг в сторону, и Марина вошла. В этот момент Яков поймал себя на мысли, что пропускает в дом не сестру, а что-то большее – возможность. А больше возможности только страх. Марина сняла сапоги, поставила их аккуратно. Посмотрела на его пол, на его порядок, на его тишину.

– У тебя всегда так… – сказала она и не договорила.

– Как? – спросил Яков.

– Спокойно, – сказала Марина. – Как будто ты сделал все по правилам.

Яков усмехнулся.

– А ты все делаешь не по правилам?