Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга тринадцатая (страница 37)
— Нет, господин. Какой-то мужчина. Дикарь.
— Разберитесь с ним поскорее.
От удара дверь в покои хатамото слетела с петель. Внутрь шагнул Ливий и спросил:
— Это ты — Наобэ Рю? Я пришел за твоей головой.
После похорон Эцуко и Хироюки, Ливий направился на север — туда, где остался последний из хатамото в Централе. Здесь самураи столкнулись со школами — и наступление здорово замедлилось. Большая часть сил была на передовой, Наобэ Рю не распределял войска, как Со Фумайо или Яо Шиодан, и путь Ливия пролегал по тылам.
Поэтому Волк смог стремительно напасть на лагерь хатамото.
После боя с Хироюки Ливию было не до тренировок. Ему хотелось побыстрее покончить с врагами, поэтому Волк сражался нунчаками. Все сильные самураи были на войне, а под рукой у хатамото была лишь жалкая горстка хороших бойцов — они и попытались сдержать Ливия.
— Говоришь на нашем? Не знаю, кто ты такой, но твоя наглость заслуживает уважения. Разберитесь с ним, — ответил Наобэ Рю, не изменившись в лице.
«Это же служанки», — подумал Ливий и почувствовал исходящую от них силу, которая до этого затмевалась мощью хатамото.
Из разных шкафов в комнате каждая девушка достала по музыкальному инструменту. За мгновение шесть служанок, обслуживающих Наобэ Рю, превратились в небольшую музыкальную труппу.
«Инструменты. На Востоке служанки обязаны уметь на чем-то играть», — подумал Волк.
Недооценивать их не стоило. Сейчас Ливий был с нунчаками, две переплетенные Воли давали ему огромную силу. Волк шагнул вперед, и в этот момент одна из девушек, сидевшая на коленях перед длинной цитрой, тронула струну.
Дынь. Громкий звук восточного инструмента выпустил воздушную волну во всю ширину покоев хатамото. Увернуться было невозможно, поэтому Ливий ударил.
Нунчаки очертили круг, воздушная волна наткнулась на атаку и схлопнулась, но в этот момент другая девушка задела струну своего инструмента, похожего на гитару. Со звуком «бдэнь» росчерк яри пронесся через комнату, и Ливий подался вбок, уходя от атаки.
Третья девушка заиграла на флейте, а четвертая — ударила в наплечный барабан. От этого удара Ливий почувствовал разряды в воздухе, и молния появилась в том месте, где стоял Волк.
«Странно, флейта как будто ничего не делает», — подумал Ливий, отпрыгивая от молнии.
Оставалось еще две девушки. Перед одной стоял огромный барабан, но служанка пока не собиралась в него бить, раскручивая в руках палочку. Шестая подождала секунду и начала петь.
Воздушная волна от цитры прошла по комнате, и в этот раз атака была сильнее. Быстрый перебор мелодии на «гитаре» вызвал целую серию ударов ярью, и эти атаки тоже усилились.
«Все дело в пении. Певица — ядро их техники объединения», — сразу понял Волк.
Молния появилась, и Ливий шагнул в сторону, где попал под удар «гитары». Девушки без остановки играли, вызывая атаку за атакой, их смертоносная мелодия из спокойной, такой, какие играют в затененных питейных, превратилась в быструю и звонкую. И музыкантши только набирали темп.
«Флейта влияет на разум», — понял Ливий, когда почувствовал изменения в восприятии. Толики Воли Пустоты хватило, чтобы заблокировать действие флейты.
«Проблема только в цитре».
От других атак Ливий мог увернуться, но звуки цитры создавали удар во всю ширину покоев. Девушки играли аккуратно, пусть их атаки и были мощными, комната не пострадала. Видимо, даже сражаясь, они не хотели портить покои своего господина.
«Можно было бы пробить стену и зайти сбоку, но я пойду напролом», — подумал Ливий и шагнул вперед.
Воля Нунчак пробудилась во всю мощь, и Волк ударил, разрывая воздушную волну — отголоски атаки дошли даже до девушки с цитрой, отчего она не успела дернуть струну вновь.
«Двадцать шагов», — подумал Ливий, зная, что вот-вот настигнет музыкантш. И в этот момент девушка, которая крутила внушительную барабанную палочку, больше похожую на дубину, наконец-то ударила в свой инструмент.
Громкий звук «бон-н» обрушил на тело Волка немыслимое давление. «Уран!», — подумал Ливий.
Ожидая этой атаки, девушки сразу атаковали всем, что есть. Та, что играла на цитре, ударила по струнам, как и та, что играла на «гитаре». Девушка с наплечным барабаном начала бить в свой инструмент так быстро, как могла, флейта стала издавать громкие, визгливые звуки, а певица взяла свою самую высокую ноту.
Тогда Ливий пробудил свой Уран. Сила планеты нейтрализовала вражескую атаку — и Волк отпрыгнул назад, уходя от целого роя ударов, крушащего доски, ковры и шкафы. Наобэ Рю ничего не сказал, но в его взгляде читалось недовольство.
«Я так не пробьюсь», — подумал Ливий, меняя нунчаки на мощную секиру.
Взгляд Наобэ Рю упал на оружие Волка. Такого самурай еще не видел. Ему было интересно, во что еще оружие способно превратиться, а вместе с интересом появлялась и жадность.
«Стиль Ходэн: Зеленая Жатва», — подумал Ливий. Секиру окутала зеленая ярь, и Волк взмахнул оружием, выпуская лезвие из энергии.
На эту атаку Ливий потратил половину своей яри. Девушки быстро поняли: дело плохо. Они ударили по своим инструментам, струны рвались, с каждым звоном рвущегося натяжения выпуская ударную волну, флейта потрескалась, а барабаны порвались. Невообразимая какофония вызвала переплетение атак — и оно столкнулось с Зеленой Жатвой.
Через секунду Ливий шагнул вперед. Израненные девушки лежали на полу. Некоторые были без сознания, другие еще могли шевелиться.
— Мы защитили вас… господин…
«Что? Это все было не ради самозащиты, а чтобы атака не дошла до хатамото?», — подумал Ливий. Наобэ Рю продолжал полулежа наблюдать за поединком и даже не сдвинулся, чтобы защитить своих служанок.
У покоев хатамото не осталось стен. Вернее, от них осталась только нижняя половина, на уровне полутора метров Ливий срезал все здание подчистую. Но крыша не упала, она разлетелась по сторонам — все из-за взрыва встречных атак.
«И при этом твоя циновка даже не сдвинулась. Ты не просто лежишь, верно? — подумал Волк. — Кто-то приближается».
Перед хатамото появился высокий человек, закованный в тяжелые самурайские доспехи. Его лицо скрывала маска демона, а в руках незнакомец держал огромную катану.
— Твоего господина едва не убили, Кин, — недовольно сказал Наобэ Рю. — Тебе повезло, что я не успел встать. Убей его.
Самурай тут же встал в стандартную боевую стойку. Пусть пока огромный воин и не сделал ничего особенного, Ливий чувствовал его опыт. Человек перед ним прошел немало сражений, а свои приемы оттачивал десятилетиями.
«Клинком я тоже владею», — подумал Волк, превращая секиру в полуторный меч.
Длина оружия у Кина была больше. Но Ливий решил взять в руки удобный для себя меч.
Когда-то Волк выучил стиль под названием Ночной Свет. Этот стиль включает в себя три приема, и тогда Ливий не мог им воспользоваться. Ночной Свет нуждается сразу в трех видах Воли — Воли Меча, Воли Тела и Воли Концентрации. И только недавно Волк сумел добраться до этого рубежа.
Воля Меча пробудилась, делая клинок острее. Воля Тела сделала движения быстрее, а удары сильнее, а Воля Концентрации повысила точность техник и скорость реакции. Ливий был готов.
Второй прием, «Полумесяц Выходит». Резко шагнув в сторону врага, Ливий сделал взмах, держа меч за самый конец рукояти. Как опытный воин, Кин оценил длину клинка Волка. И поэтому для него удар оказался неожиданным: самурай успел только отклонить корпус, а лезвие Ливия рассекло нагрудник.
Руки Кина поднялись вверх, и самурай ударил мечом. Скорость взмаха была просто поразительной, но и Ливию было, что показать.
Первый прием, «Полумесяц Возвращается». Волк потянул меч на себя, перехватил рукоять и ударил вверх, встречая атаку Кина. Две Воли Меча столкнулись, но Ливий оказался сильнее — даже вертикальный удар самурая был отброшен. Меч Волка прошел вверх, Ливий быстро перевернул его и ударил вниз — в этот раз вертикально и коротко. Идеальный блок, идеальная контратака — это и был «Полумесяц Возвращается».
На нагруднике Кина появился новый разрез, вместе с горизонтальным нарисовав крест. А Волк отступил на пару шагов.
«Он почти поспевает за мной», — подумал Ливий. Самурай был искусным мечником, куда искуснее Волка, но у Ливия было преимущество в скорости и силе.
Коротко кивнув, Кин сделал шаг вперед и рубанул своей катаной с правого плеча. Мощную атаку Ливий встретил блоком «Полумесяц Возвращается», клинки соприкоснулись, и Волк отклонил катану еще сильнее влево, чтобы сразу же ударить.
Кин резко вывернул рукоять — и клинок Ливия со звоном отскочил от клинка самурая.
«Он уже подстроился», — подумал Волк.
Ночной Свет — хороший стиль в руках мастера. Для того, кто не может похвастаться восхитительным мастерством, Ночной Свет тоже отлично подойдет, ведь с этим стилем можно быстро убить противника. «Полумесяц Выходит» идеален для мгновенного убийства, а «Полумесяц Возвращается» — для убийства после первого же блока.
Проблемы начинаются, когда противник увидит каждый прием хотя бы раз.
Атаки Кина Ливий встречал блоками, которые превращались в контратаку. За секунду Волк и самурай обменялись двумя десятками ударов, прежде чем отпрыгнули друг от друга в разные стороны.
«Это было близко», — подумал Ливий, взмахивая мечом. Нельзя было дать Кину атаковать, и Волк применил «Полумесяц Выходит».