Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга тринадцатая (страница 39)

Из яркого свечения вылетела катана. Бросок огромной силы попал точно в Ливия — и клинок со звоном отскочил от Доспеха Пятнадцати.

Через секунду нижняя половина тела Наобэ Рю упала на землю. От верхней почти ничего не осталось.

Ливий молчал. Пусть он и разобрался с Наобэ Рю, Волку хотелось постоять так подольше.

Секунд через десять тишину нарушила женщина:

— Кто такой?

Она понимала, что перед ней централец, но незнакомец мог оказаться кем угодно.

— Ливий из Сильнара, — честно ответил Волк, ощущая огромную силу женщины. — А вы?

— Дэйма из Лап Тигра.

— Низкий Тигр? Это честь для меня, — коротко кивнул Ливий с пустотой в глазах.

Глава Лап Тигра была ранена, это Волк заметил сразу. Видимо, Дэйма сразилась с Наобэ Рю незадолго до прихода Ливия — и Волку в этом повезло. «Будь он здоров, мне бы пришлось несладко», — подумал Ливий.

— Это был последний хатамото. Я убил всех остальных, — сказал Волк. — Почему Альянс так поздно?

— Из глав Большой Десятки здесь только я. Мы воюем с Богом Войны, — сказала Дэйма. — Ты силен. Пойдешь со мной?

— У меня есть дела, — ответил Ливий, переведя взгляд на труп Кина.

Волк повалил тело сына Хироюки на плечо и исчез. Только тогда Дэйма подошла к телам убитых врагов. Здесь лежал не только Наобэ Рю, но и его служанки — их добили атаки Ливия и Кина.

Через минуту появился мужчина и встал на колено перед Дэймой.

— Глава, не думал, что вы так быстро с ним справитесь. Как ваши раны?

— Его убила не я. Это был Ливий.

— Кто?

— Ученик Флагов из Сильнара.

— Что? Он настолько сильный?

Дэйма кивнула.

— И где он?

— У него дела.

— Вот как… Что дальше, глава?

— Ливий убил остальных хатамото.

Тайриэнн покачал головой. Война неожиданно почти закончилась. Лапам Тигра удалось выяснить, что хатамото — четыре, но войска запнулись об армию всего одного — Наобэ Рю. И тут внезапно оказалось, что остальных троих уже убили.

— Потери? — спросила Дэйма.

— Из двух сотен наших мы потеряли одиннадцать человек безвозвратно. Раненых тридцать.

— Много. Закончим работу.

— Как прикажете, глава.

Чтобы попытаться добить Наобэ Рю, Дэйма рискнула жизнью, ведь пришла к хатамото с серьезными ранами. Клинок вражеского полководца оставил рану от шеи и до левой ноги. Но больше можно было не беспокоиться: у Лап Тигра и союзных школ хватало людей, чтобы добить вражеские войска.

Возле двух могил на берегу реки Ия появилась третья. Ливий похоронил Кина прямо в доспехах.

— Прости, Хироюки. Прости, Эцуко. Прости, Кин.

Хироюки Тайфу не помнил Ливия, как не помнила Эцуко. Но для Волка последний из рода Тайфу оставался другом. Убить сына своего товарища, пусть даже не зная об этом — Ливий понимал, что не скоро отойдет от этого.

— Этот Наобэ Рю… был силен.

На бросок меча Волк не успел отреагировать. Ни Покров тишины, ни Взор Дракона не сумели помочь: хатамото метнул свой клинок с невообразимой силой. Если бы не Доспех Пятнадцати, катана пронзила бы тело Ливия насквозь, а Волк гордился прочностью своего тела.

— Мне больше нечего здесь делать.

Все четыре хатамото были мертвы. У Империи Красного Солнца остались силы в Централе, но с ними могли разобраться и без Волка. Как минимум Лапы Тигра сражались с самураями, и на эту школу можно было положиться. Из-за своей закрытости бойцов в Лапах Тигра было немного, но эта же закрытость держала школу вдали от политики и интриг.

«Пора заняться своими делами. Узнать, что произошло с Сильнаром, что случилось с Ялум и остальными. Может, стоило расспросить Дэйму, но мне было не до этого», — думал Ливий, шагая к Тульпийским горам, ведь именно там жил человек, у которого был ответ почти на любой вопрос.

В старом месте Мудрейшего не оказалось.

— Незадача.

Ливий зачитал заклинание и применил руну Онно, и она действительно что-то показала — вполне знакомый корабль, на котором и жил Мудрейший. Увы, больше никаких деталей, Волку оставалось только пожать плечами. Бегать по всем Тульпийским горам в поисках Мудрейшего ему не хотелось.

Со злости Ливий ударил кулаком по скале, и по ней пробежала трещина. Волк удивленно перевел взгляд на свою руку.

— Нужно успокоиться. Наведаюсь к Мудрейшему потом.

Не став даже отходить, Ливий уселся, скрестив ноги под собой. Волку требовалась медитация. Разум медленно отбрасывал все эмоции и привязанности, «тишина» внутри медленно прибывала, даруя Ливию внутреннее спокойствие.

Через три дня Волк встал. Разум прояснился, а все негативные эмоции улетучились.

— Сложно с таким бороться.

Ливий убил много людей за свою жизнь. Счет шел на сотни, если не на тысячи, поэтому к смертям Волк давно привык. Близкие люди тоже погибали на глазах Ливия. Но еще никогда Волку не приходилось убивать близких людей самому. Да, это произошло случайно, а Хироюки и Эцуко вовсе превратились в марионеток. Вот только это не значило, что Ливий может просто взять и перешагнуть через случившееся.

И когда Волк, отряхнувшись, встал, чтоб уйти, вдалеке из-за горных вершин показался силуэт корабля.

— Вовремя, — улыбнулся Ливий.

Корабль медленно плыл, и Волк дожидался его, как пассажир в порту. На носу грассеола стоял Мудрейший, попыхивая трубкой. Ливий дал бы мастеру Са все семьдесят — и это только за внешний вид. Сколько лет было Мудрейшему на самом деле, страшно было даже предполагать.

Кивком головы мастер Са пригласил на борт, и Волк сразу же запрыгнул.

— Добро пожаловать на мою посудину, — сказал Мудрейший, вынимая трубку изо рта.

— Здравствуйте, учитель, — сказал Ливий, сложив ладони в замок.

Мастер Са внимательно посмотрел на Волка. Прошло не так много времени, но Мудрейший увидел изменения в теле Ливия.

— Чего пришел?

— Я был на Востоке. И на Юге. Я оказался там не по своей воле и не знаю, что произошло.

— Рассказывай.

И Ливий рассказал. О битве за Сильнар и о телепортации на Восток. О перемещении в прошлое говорить не стоило, и это Ливий опустил.

— Меня серьезно ранили, я был без сознания. А когда пришел в себя, понял, что на Юге, — сказал Волк, не говоря ни о наказании мира, ни о Ишбатане.

— Если за информацией — не туда пришел. Ты меня знаешь.

Мудрейший жил на своем корабле и почти не покидал Тульпийские горы. О том, что происходит в Централе, он знал немного.

— Но вы можете что-то знать. И не только за информацией пришел.

Пыхнув трубкой несколько раз, Мудрейший снял с пояса флягу. Внутри плескалось что-то крепкое, и мастер Са сделал пару громких глотков.

— Что Сильнара нет — уже знаешь. Остатки где-то обосновались, где — не знаю. Главу убили.