Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга тринадцатая (страница 3)

Правда, даже Соломон не смог поговорить со всеми. Человек не мог сунуться в мир богов ни при каких условиях. А вот боги вполне могли спуститься в реальность, пусть и ненадолго, да и с кучей ограничений.

Боги — это не демоны. У богов, конечно, тоже есть условия, но их силу почти всегда можно получить без вреда. И Соломон написал, как это сделать. Ливий прочитал и запомнил, но навсегда убрал эту информацию подальше: пользоваться силами богов он не собирался.

Последнюю скрижаль уничтожили умело. Приложи к этому руку человек, Ливий еще смог бы восстановить хоть что-то. Но никто не собирался стесывать символы инструментами или грубой силой, как не собирался пользоваться ярью. Просто кто-то пожелал, чтобы скрижаль стала нечитаемой — и так и случилось.

«Мир не хочет, чтобы про него много знали. А джинны выполняют его волю, так что ничего удивительного», — подумал Ливий, оглядывая помещение.

Больше ничего не осталось. Постояв немного, Волк направился наверх. А как только Ливий оказался в зале для приема гостей, дворец вновь задрожал, скрывая проход в тайную комнату Соломона.

— Что ж, не зря сходил сюда, — сказал Волк и посмотрел на пустой балкон. — Постараюсь сделать все, что в моих силах.

Соломон взгромоздил на плечи Ливия непосильную задачу. И Волк не собирался сбрасывать ее с себя.

Знания, полученные от древнего мага, были полезны лишь отчасти. Например, Ливий не собирался призывать демонов, зато мог столкнуться с демонологами. Теперь Волк знал о них куда больше, как и о тех, кто дает им силу.

Но старик оставил не только знания.

— Я должен добраться до этого демона.

Еще час назад Ливий и не стал бы думать о том, чтобы получить демоническую силу. Волк считал себя гордым идущим — из тех, кто не приемлет «подарки» от других. И не важно, кто «даритель» — будь это хоть бог, хоть демон, Ливий не хотел получать силу таким путем.

— Всегда есть место исключениям, верно?

Стоило подготовиться. Из дворца Волк не стал уходить, ведь теперь он понимал куда больше. Пусть здание и дышало на ладан, через пустые коридоры проходили потоки яри, а стены могли сдержать призванных существ. Когда-то давно Соломон построил дворец так, чтобы все строение стало последним магическим оплотом. Если бы демон вырвался, он не смог бы прорваться через стены. Этого хватило бы на часы, дни, месяца или даже годы — демон просто бы развоплотился, вернувшись обратно за это время.

Сейчас стены работали в сотни, если не тысячи раз хуже. Но Ливий мог воспользоваться их силой, подключить к своей магической схеме, многократно усилив ее.

Рисуя одной рукой символы, второй Волк намечал концентрические кольца на полу. Схемы Соломона были безупречными. Не прошло и часа, как весь огромный зал для приема гостей оказался покрыт магическими письменами. Защитные барьеры, арканы, обереги разума, ментальные ловушки — Ливий подготовил все, что мог. Ведь тот, с кем он собирался встретиться, смог бы воспользоваться даже едва заметной слабостью.

Символы вспыхивали один за другим, создавая зону погружения. Ливий не собирался идти в преисподнюю, как не собирался призывать демона в реальный мир. Когда-то давно Соломон поймал много демонических существ. Кого-то он смог уничтожить, кого-то — поработить на время. Но был демон, которого Соломон навечно запечатал в небольшой бреши между мирами. И только сам старик знал, как туда попасть.

Мир вокруг обратился в марево. Не прошло и трех секунд, как перед глазами появился новый мир.

Фигура задумчиво восседала на большом камне, глядя куда-то в сторону. Демон был похож на человека и выглядел как мужчина, одетый в охотничий костюм.

Ливий сделал шаг вперед. Пространство было не таким уж маленьким, где-то шагов пятьдесят на пятьдесят, и все же подходить слишком близко не хотелось. Голова демона повернулась, и на Ливия уставились два красных глаза.

— А ты кто такой?

За спиной демона распахнулись черные крылья. Если бы не они и глаза, Ливий подумал, что видит человека. Обычный мужчина с короткой бородкой, щеголеватыми усами и хитрым прищуром уж точно не походил на сильного демона.

Вот только в годы Соломона это существо было одним из сильнейших в преисподней.

— Я пришел, чтобы получить твою силу, Барбат.

Барбат, демон-философ. Соломон смог не только победить Барбата в споре, но и запечатать его здесь, получив часть силы демона. Если бы Ливий не защитил себя сотнями слоев магии, Барбат просто разорвал бы его на части за мгновение. Может, это принесло бы демону хоть какую-то мимолетную радость, ведь он был заперт в этом маленьком пространстве на веки вечные.

— Мою силу? Докажи!

Соломон смог запечатать Барбата, обыграв его на словах. А вот получить силу демона не так просто. Во-первых, ты должен заплатить цену. Во-вторых, ты должен доказать, что можешь получить ее.

Ливий протянул вперед руку, и на ладони появился шар из энергии. Барбат хотел увидеть воспоминание, которое докажет пригодность человека. И Волк знал, что сумеет впечатлить демона.

Когда шар коснулся пальца Барбата, демон закрыл глаза и кивнул головой. Пару мгновений он с улыбкой смотрел на прошлое Ливия, но вскоре глаза Барбата удивленно распахнулись.

— Ты смог противостоять Вечному Закону?

На лице Барбата проступило искреннее удивление. Ливий не мог врать демону, зато мог утаить часть информации — например, помощь Феликса.

— Хорошо. Ты знаешь плату. После смерти твоя душа станет моей. Соломон наконец-то оторвался от мира — его душа была вкусной. Не заставляй меня ждать так же долго.

— Довольно, демон. Я согласен отдать свою душу после смерти.

Барбат хитро улыбнулся, и Ливий вернулся в реальность.

Глава 2

Потоки зла

— Получилось, — выдохнул Волк.

Магическую схему здорово потрепало. Пусть и казалось, что Барбат ничего не делает, он пытался уничтожить защиту Ливия. И у него неплохо получалось. От многих ментальных ловушек и оберегов разума ничего не осталось, а связь со стенами ослабла. Барбат хотел оторвать Волка от защиты дворца, зная, как колдовал Соломон. Но демон ошибся: пусть Ливий и использовал стены дворца, все же они сильно ослабли и не могли быть основой схемы.

— Надо попробовать.

Демонические силы — это не шутка. Да, эту силу Соломон смог себе подчинить. Но что насчет Ливия?

— Посмотрим, что дал мне Барбат.

Глаза наполнила демоническая краснота. Сила Барбата влилась в тело Ливия, желая подчинить себе волю человека, но глаза ярко вспыхнули золотом. Драконий цвет оттеснил демонический красный и оставил его лишь в окантовке радужной оболочки.

— Так вот как видел мир Соломон.

Взор Дракона, понимание мира охиронца, Циановая Искра — Ливий мог видеть мир шире, чем многие другие идущие. Сила Барбата лишь усилила Взор Дракона и дополнила Циановую Искру. Демон-философ, демон-охотник, демон-искатель сокровищ. Тысячелетия назад жалкие люди могли принести жертву Барбату, чтобы получить ничтожную возможность отыскать спрятанное сокровище или давно утерянный клад.

И теперь эта сила принадлежала Ливию.

Никакие сокровища Волка не интересовали. Применив Взор Дракона с силой Барбата, Ливий начинал видеть мир иначе. Теперь Волк мог смотреть не только на то, что было открыто людям, но и на тонкие планы, соседствующие с реальностью.

— Я могу видеть духов.

Именно для этого Соломон подчинил Барбата. Древний маг научился видеть духов без артефактов и ритуалов, просто глядя на них своими глазами. Для Ливия духи были бесполезны. Зато теперь Волк видел не только потоки яри, но и все полотно духовной энергии.

Ярь обходила дворец и проходила сквозь него, жадными языками облизывала стены и завихрялась вокруг бывшего жилища Соломона. Вокруг не было ни живых существ, ни растений, поэтому и энергии было маловато. И все же она была. Полуразрушенный дворец тянул к себе ярь, как тянет яркая лампа, выставленная в окне, насекомых.

«Что это?», — подумал Ливий, чувствуя приближение чего-то большего.

Органы чувств молчали, будто вокруг ничего не происходило. Будь Ливий без силы Барбата, он ничего бы не заметил, но колебания в полотне духовной энергии четко дали понять: кто-то идет.

Гигантский огненный колосс медленно шел издалека, перешагивая барханы. Великан знал, куда идет, он направлялся прямиком к Ливию, и Волк решил подождать. Даже не понимая до конца, что это за существо, Ливий не решился бы от него убегать.

Колосс, казалось, был соткан из огня. Но не из того, что пылает в костре, и не из того, что создают маги. Это был огонь солнца. Даже на фоне желтых песков пустыни великан выделялся ярким солнечным пятном, слепящим глаза.

И это невероятное существо мог видеть только Ливий.

«О нем не было ничего у Соломона. Неужели это дух? Тогда почему он так силен?», — удивленно думал Волк, дожидаясь гиганта.

Через десять секунд сосредоточение солнца возвышалось над Ливием. Языки пламени хлынули вперед, и Волк даже не пошевелился. Он знал, что это не атака.

«Вот как. Значит, он — дух Великой Пустыни», — понял «слова» великана Ливий.

Дух мог общаться только так. Своей силой он посылал образы, которые Ливий считывал.

Огонь вновь окутал Волка, передавая новое послание.

— Я — Ливий. Тот, кто получил наследие Соломона. Я могу тебя видеть и понимать.

Дух удивлялся. Своим коротким посланием он дал понять, что не встречал человека, способного с ним общаться, со времен Соломона.