Илья Головань – Десять тысяч стилей. Книга тринадцатая (страница 5)

Тошнотворный запах гниения сложно было с чем-то перепутать. Бойцы Внешнего Корпуса вырыли длинный ров, чтобы сбросить туда тела. Ливию хватило одного взгляда, чтобы понять, кто лежит там. Внешний Корпус избавлялся от южан, которые теперь были совершенно бесполезны.

«Искать не придется. Явно в том шатре», — подумал Ливий и шагнул к жилищу начальника экспедиции.

Никто из людей в лагере не заметил Волка. Шатер окружал барьер, который Ливий снял движением ладони. Иглы из яри выстрелили во все стороны, уничтожая магические сирены, и Волк бесшумно вошел внутрь.

Невысокий мужичок с уложенными черными волосами и подкрученными усами неторопливо перебирал бумаги. Дело всей его жизни закончилось, оставались последние штрихи перед тем, как уйти на заслуженный отдых.

«Мастер», — подумал Ливий и шагнул к нему.

Начальник экспедиции попытался встать, и это у него даже получилось. Давления яри было недостаточно, но Волк добавил еще, призвав и Волю Подавления. Воля Ветра окутала шатер — теперь никакой шум не мог вырваться наружу.

— Начальник экспедиции… Спир, — сказал Ливий, заглянув в бумаги. — Вам лучше ответить на все мои вопросы.

— Кто вы такой? Вы сильный и не боитесь пойти против «Единства», — сказал Спир с легкой улыбкой. — Альянс Светлых Сил? Вряд ли. Неужели кто-то из выживших сильнарцев?

На лице Ливия проскочило раздражение — и Спир это заметил. Начальник экспедиции самодовольно усмехнулся. Он знал, что ему суждено умереть, поэтому не стеснялся поддевать своего будущего убийцу.

— Знаете, что ничего не скажете мне? И не боитесь пыток? Что ж, у меня есть кое-что для вас, — холодно сказал Волк, видя ухмылку Спира.

Больше Ливий не сдерживал Волю Подавления, всю ее силу Волк направил в разум Спира. Раньше Ливий не владел Волей Подавления так хорошо, теперь же он мог применять ее так, чтобы даже в шаге от Спира никто ничего не почувствовал бы.

Для обычного Мастера это было слишком. Он утонул в пучине безумия и страха, и, если бы не подавление ярью, которое резко стало эффективнее, Спир однозначно упал и закричал.

Это был конец. Мастер не смог бы оправиться от такой атаки, но Ливий положил на плечо Спира вторую ладонь, пробудив Волю Пустоты. Истерзанный страхом разум смог немного восстановиться, но теперь глаза начальника экспедиции были совершенно пустыми. Черные волосы поседели, изо рта капала слюна, а под ногами Спира образовалась лужа.

— Ты способен меня понимать?

Спир медленно кивнул.

— Ты не боишься смерти. Но у меня есть кое-что пострашнее ее. Думаю, мы друг друга поняли. Пора начинать отвечать на мои вопросы. Как давно идет экспедиция?

— Шестьдесят два года, — послушно ответил Спир.

«Шестьдесят два!», — пораженно подумал Ливий, сразу задав следующий вопрос:

— Что вы искали?

— Техники кочевников, поклоняющихся Золотому.

— Вы их нашли?

— Частично.

— И куда вы отправляли все, что нашли?

— В «Единство».

— Кому это нужно? Конечный пункт назначения? Кому понадобились техники кочевников?

— Я не знаю, — ответил Спир. — Мне поручили найти все, что можно. Мои усилия оценили. Они обещали продлить мою жизнь на сотню лет.

— Ясно. Этого достаточно, — сказал Ливий, лишая Спира головы ладонью.

Бумаг от начальника экспедиции осталось много. Волк изучил их всего минут за двадцать. Пусть отчетами были забиты три шкафа, все же экспедиция находила не так уж много артефактов. Порою с одного разрытого в песках поселения удавалось добыть дощечку не больше ладони длиной, а информация на ней могла не дать ничего полезного.

— Хон.

Бумаги вспыхнули моментально. Огонь быстро рос и вскоре перекинулся на сам шатер.

Шагнув наружу, Ливий увидел спешащих к начальнику экспедиции людей. Не бывает как совершенно злой, так и совершенно хорошей организации, всегда есть те, кто выбиваются из правил. Даже среди монахов попадаются грешники. Внешний Корпус был пристанищем бандитов и ублюдков всех мастей, и Ливий почти никогда не жалел их. Сегодня он решил дать Внешнему Корпусу небольшой шанс, забыть о своем желании покарать их всех. Но разговор сначала с Далахусом, а потом и со Спиром все изменил.

От шатра невозможно было увидеть ров с трупами южан. Возможно, они считали себя частью Внешнего Корпуса. Может, они просто были наемниками или даже теми, кого заставили работать на Внешний Корпус. Одно было ясно точно: убить своего товарища, как только тот перестает быть полезным, может только закоренелая мразь, недостойная ходить среди людей. Кто-то мог бы отправить такого «человека» гнить в тюрьму. Ливий предпочитал решать дела проще.

— Эйфьо. Хон.

Ветер переплелся с огнем, погружая лагерь экспедиции в шторм бушующих стихий. Некоторые враги прорывались сквозь пламя — и тут же вспыхивали, как факелы, когда Ливий смещал фокус магии.

Через десять минут все было кончено. От лагеря ничего не осталось. Почти все находки экспедиция уже передала в Централ, но кое-что не успела — и Ливий уничтожил всё. Закончив с лагерем, Волк вышел, ненадолго задержавшись возле рва с трупами.

— Хон.

Огонь поглотил тела южан. Ливий не знал, были они честными людьми или негодяями. Работа годами, а то и десятилетиями на Внешний Корпус изменит любого. Нельзя остаться чистым, работая с «Единством». Мало-помалу гниль беспринципности разъест тебя, словно ржавчина, оставляя от былого листа морали сотни дыр.

«Мне кажется, они тоже были ублюдками. Ну, что ж. Нашлись ублюдки и похуже. Если они все же не делали ничего плохого, я отправил их к богам. А если делали… Они закончили, как и их „товарищи“, полагаю», — подумал Ливий, глядя на то, как пламя обгладывает кости, с которых уже успело слизать плоть.

«Осталось еще одно дело».

Люди Далахуса уже пришли в себя. Они обнаружили своего командира мертвым, а груз — уничтоженным. И тут же поспешили в лагерь.

Ливий встретил их в пустыне. И убил всех центральцев. «Кто-то должен сегодня выжить», — подумал Волк, оставляя в живых южан. Может, их стоило допросить, но Ливию не хотелось этим заниматься. Он и так сделал больше, чем собирался.

С Внешним Корпусом в пустыне было покончено. Спир и его люди собирались добраться до Централа, как обычные люди, просто наняв в порту корабль. На Юге больше не осталось баз «Единства» — всех переводили обратно в родные края. Поэтому Волк вновь повернул на север, чтобы двинуться в путь.

Чем дольше Ливий шел, тем живописнее становился Юг. До богатств Ишбатаны он, конечно, не дотягивал, но все же здесь было на что посмотреть. Юг много торговал с Централом — в основном маслами, травами и специями. Ливий бежал мимо рощ деревьев, с которых раз в год срезали кору, чтобы приготовить порошок для курильниц, мимо полей, засаженных лечебными травами, мимо озер, из которых вылавливали рыбу Айш — ее плавательный пузырь был сильнодействующим афродизиаком и пользовался большой популярностью в Централе.

Не входя ни в один город, Волк бежал на север. Уже вскоре ветер начал доносить аромат океана, такой знакомый и привычный с детства. У воды расположился небольшой город, у которого даже не было порта, только пристань для рыбацких лодок. Ливий хотел проигнорировать и этот город, но почувствовал кое-что знакомое. Глаза налились золотом, сила Барбата пробудилась, и Волк увидел в центре города аномалию на полотне духовной энергии. Кто-то будто вогнал в реальность гвоздь, пронзив ее насквозь. Ярь стекалась к этому месту и огибала его, но не естественно, а странным узором двигаясь вокруг аномалии.

Ливий шагнул ближе, попав в сам город. Сомнений быть не могло, Волк не мог спутать свои чувства. Он знал, что происходит, поэтому просто улыбнулся и неспешным шагом двинулся к постоялому двору.

Невзрачный на вид мужчина расставлял фигуры на шахматную доску. Очки, русые волосы с проседью, серый цвет глаз — ничто не выдавало в одиноком посетителе постоялого двора Бессмертного, превзошедшего мир боевых искусств.

Третий раз в жизни Ливий встречался с этим невероятным человеком. Хотя можно ли причислять Бессмертного к человеческому роду? Волк не знал. Пусть Шахматист только и делал, что путешествовал и предлагал сыграть в шахматы незнакомцам, он оставался почти что всесильным существом даже в глазах Ливия.

— Играем? — с улыбкой спросил Шахматист, когда Волк сел напротив.

— Играем, — улыбнувшись, кивнул Ливий.

Глава 3

Хранитель Моря

— Правила ты знаешь, — сказал Шахматист, ставя на место последнюю фигуру.

— Конечно, — кивнул Ливий.

Победи — и Шахматист ответит на любой вопрос. Нет ничего ценнее информации, и люди хорошо это понимают. Желающие получить ответ притягивались к Шахматисту, как светлячки летят на свет, но немногие знали, что обыграть его невозможно. Шахматист был Бессмертным.

«Как с Алхоамом не получится. Тогда джинн был не в основном теле, я мог на мгновение заставить его замешкаться. Здесь так не выйдет. Даже если я применю все свои силы, я не смогу смутить Шахматиста даже на мгновение», — думал Волк, глядя на фигуры.

В самой игре Ливий достиг пика. Он играл идеально, как и Шахматист. Можно было сказать, что они оба обречены играть бесконечно, сводя каждую партию к ничьей. Но Шахматист легко мог побеждать Волка. Ему было достаточно надавить своей силой, как это сделал Ливий в игре с Алхоамом.

«Я не должен думать о победе. Общения с Бессмертным уже достаточно. Хотя можно и немного сжульничать», — подумал Волк с улыбкой, делая первый ход.