Илона Волынская – Леди-горничная возвращается (страница 30)

— А что у вас состоятельная семья…

— Судя по всему, не такая уж и состоятельная… — задумчиво протянула я. Кто-то на кухне нервно хихикнул.

— Вот! — тут же возрадовалась Агата. — Еще неизвестно, может, Тристан на вас вообще не женится!

— Известно. — возразила я. — Не женится.

— Как же не женится, когда вы… — яростно сверкая темными, как у матери, очами, выпалила Агата… и замерла с приоткрытым ртом. — Не женится?

— Агата! — в окрике Мариты была гремучая смесь гнева и долготерпения. — Это не она!

— Как же не она, когда на ней костюм! — Агата простонародно ткнула пальцем в мои юбку с блузкой.

Марита, встрепанная и взмыленная, будто не леди, а изруганная суровой экономкой горничная, поглядела сперва просто в мою сторону… то есть, глядела-то она на меня, но видела, похоже, стопки простыней в бельевой и запасы окорока в кладовой, мысленно подсчитывая, хватит ли на всех прибывших… Потом взгляд ее прояснился — она меня увидела! Испачканные босые ноги. Не закрывающий даже щиколоток подол, отделанный слишком яркой и броской вышивкой. Стягивающий талию высокий корсаж. И наконец блузу с пышными рукавами. В глазах ее мелькнуло узнавание… А потом лицо скомкала жутковатая гримаса, зубы оскалились… Сердце у меня на миг замерло, потом глухо стукнуло — и лишь тогда я поняла, что Марита не злится, а давит хохот! Сквозь попытку удержаться от смеха проступает яростное злорадство.

— О-о-о… — шумно выдохнула я. Кто бы мог подумать, что пытающаяся не расхохотаться Марита — это так страшно! — Так вот зачем здесь Тутсы! Тристан все-таки решился…

Злая радость мгновенно исчезла с лица Мариты, сменившись злостью обыкновенной.

— Дочь совладельца «Лунного банка» — отличный выбор! — я мило улыбнулась невестке. — Тристан сможет вернуть твое приданое, если ты решишь уйти. — я кивнула ей и пошла дальше.

— Мама, о чем она говорит? — ахнула у меня за спиной Агата. — Кто она такая?

— О законе, деточка. — ответила на первый вопрос я.

— Младшая сестра Тристана. — ответила на второй вопрос Марита. И заглушая новое аханье Агаты, крикнула мне вслед. — Ты меня не выгонишь из моего собственного дома!

— Я — нет. — бросила через плечо я.

«А вот она…» — не прозвучало. Но это молчание — оно было хуже крика. Не прозвучавшие слова эхом прокатились по коридору, просочились на кухню, расползлись по комнатам, погружая весь дом в тишину. Не ответила Марита, смолчала Агата, исчезли в глубине кухни любопытные горничные…

Только и слышно было шлепанье моих босых ног. Но стоило мне свернуть за угол, скрывшись от пронзительного ненавидящего взора Мариты, как весь дом словно едва слышно вздохнул… а я остановилась, успокаивая неистово мечущиеся мысли.

«Мой брат… собирается взять вторую жену? Да еще и дочь совладельца «Лунного банка»?

Потому что я наконец вспомнила, откуда знаю фамилию Тутс. Среди владельцев «Лунного», второго по величине и влиянию банка в Империи, умудряющегося соперничать даже с принадлежащим императорской семье «Солнечным», не титулованных и не обремененных высокими правительственными должностями особ всего двое. И если я хоть немного понимаю, как в Империи дела делаются, это означало, что именно на этих двоих все и держится.

Мимо, торопливо поклонившись, пробежал дворецкий Костас — и остановился у дверей, переводя дыхание, чтоб взяться за дверную ручку уже с подобающей важностью.

— Еще гости? — поинтересовалась над ухом я — и сбила Костасу весь настрой.

Глава 18. Гости к завтраку

Я очень надеялась, что это гости! Мои гости. А еще лучше — мои вещи. Не дожидаясь, пока Костас все сделает по правилам, я проскочила мимо растерянного дворецкого — прямиком на парадное крыльцо… и единственной моей уступкой приличиям было, что я завопила:

— Анита, дорогая!

Вместо счастливого верещания «Мой саквояж!»

— Тпррр! — лично восседающая на козлах Анита Влакис натянула поводья, осаживая четверку роскошных лошадей. Изящный, точно рассчитанный разворот — и к парадному крыльцу дома по неширокой дуге вынесло самую комфортабельную и элегантную… телегу, какую мне только случалось видеть. На скамейках-диванчиках вдоль бортов сидели все Влакисы — и сам господин Влакис, и госпожа Влакис № 2, считающая, что она № 1, и юный мастер Влакис, и четыре девицы Влакис от старшей до младшей. На самом краю, тесно прижавшись друг к другу плечами и с двух сторон держась за мой саквояж, обнаружились инспекторы Баррака и Заремба, и некий неизвестный мне молодой господин.

По подъездной аллее вслед за «телегой» галопом мчались всадники!

— Господа и лорды, вы приехали! Я так рада! — завопила я, вихрем слетая навстречу и приветствуя разом и Аниту с ее пассажирами, и всадников. — У вас что, гонка?

— Да! — осаживая свое низкорослого, зато гибкого, как змея, конька в шаге от меня, проорал ротмистр Ка Хонг. — Эта баба правит лошадьми, будто она сама У Куенг Гы Комсын Коханг Дон Гу![1] Она меня обогнала!

— Она всех нас обогнала, Ка Хонг! — подскакавший следом Улаф помахал мне с седла.

— Из вас такие наездники, что вас даже птица га кукур ри сун[2] обгонит! — фыркнул степняк. — А она обогнала меня! Демонова баба, такая же как эта! — он ткнул коротким волосатым пальцем в меня, и заухмылялся во все зубы, явно уверенный, что я оценю комплимент. — Вокруг меня сплошные демоновы бабы, на одной из них я даже женат! — он захохотал. Не переставая хохотать, протянул руки, чтобы снять с седла Гюрзу.

— Заткнись, косоглазый! — отвешивая мужу подзатыльник, целительница подалась ему навстречу.

— Это ужасно… ужасно! Милый, вели ей, чтоб она больше так не гоняла! — повисая на плече у мужа простонала вторая, то есть, первая… в общем, более молодая госпожа Влакис.

— Не надо, папочка, не вели, не вели! — немедленно заверещал самый младший из Влакисов. — Я тоже хочу так гонять!

— Научу. — очень сухо бросила в ответ Анита.

Мелкий Влакис этой сухости почему-то вовсе не испугался — у него восторженно засверкали глазенки. Мариэлла Влакис недовольно поджала губы.

— Ни в коем случае! Это опасно!

— А сестры умеееют! — явно готовясь к плачу, надул губы юный мастер Влакис. — Почему им можно, а мне нельзя?

Барышни Влакис приосанились, поглядывая на него с превосходством.

— Ты — наследник фамилии Влакис, а не какая-то… девчонка! — Мариэлла презрительно покосилась на девочек.

— Папа, а можно я тогда не буду наследником? Можно, я тоже буду девчонкой? — юный Влакис выкрутился из рук матушки и мешком свалился на колени отцу. И просительно уставился ему в глаза.

Вокруг захохотали, только неизвестный юноша в «телеге» вспыхнул гневным румянцем.

— Мы с тобой это потом обсудим. — подхватывая сына на руки, старший Влакис поднялся. — Мы приехали всей семьей, чтобы поблагодарить вас, леди Летиция, за спасение…

— Вы усыновили господина инспектора? — перебила его я, кивая на продолжающих сидеть Барраку с приятелем.

— А… — Влакис обернулся, поглядел на полицейских дико и тут же торопливо помотал головой. — Нет, я имею в виду кузена моей жены…

Анита звучно хмыкнула.

— Моей жены Мариэллы… — мученически косясь то на одну, то на другую свою даму исправился старший Влакис. — Когда он узнал о происшествии с поездом, то непременно захотел с вами встретиться, леди Летиция…

— Хуанито, встань, познакомься с леди! — сладким тоном протянула Анита, а Мариэлла испуганно вздрогнула и покосилась на кузена затравленно.

По лицу юноши пробежала гримаса, но он ничего не ответил Аните, поднялся, шикарным движением плеча стряхнув легкий плащ, и отрывисто кивнул, ткнувшись подбородком в грудь:

— Хуан Горо… — и после небольшой интригующей паузы с торжеством добавил. — Маг-дорожник!

— И какой же курс? — очень-очень вежливо спросила я этого… мага.

— Я магистр! — на щеках Хуана Горо вспыхнули алые пятна. — Стал… в этом году…

— Добро пожаловать, коллега. — кивнула я.

В конце аллеи показались еще два всадника — коней они уже не гнали, шли рысью, понимая, что гонка проиграна. Я помахала им издалека и вдруг почувствовала, что я… счастлива. Я в доме моего детства. Сегодня я плавала в море, а скоро буду есть блинчики Фло. У меня новые друзья…

— Что здесь происходит?

Мда, и брат с невесткой у меня тоже есть. Даже слишком много для счастья.

— Госпожа Анита Влакис с семейством… — торжественно начал Костас, но я его перебила:

— Мои друзья приехали на завтрак! — небрежно бросила я застывшим наверху лестницы Тристану с супругой. Марита глазами пересчитала вновь прибывших… и на лице ее промелькнул ужас. Я откровенно усмехнулась, поймала ее ненавидящий взгляд… и разулыбалась сильнее. Да-а, если дом де Молино не сумеет достойно принять гостей, будет позор.

— Это вам они друзья, а мы их совсем не знаем! — выглядывая из-за спины Мариты, пискнула Агата.

Отставшая пара всадников наконец добралась до нас и… Агата смолкла, во все глаза уставившись на лейтенанта Сигурда и лежащий поперек его седла громадный букет роз.

— Но будем очень рады познакомиться. — заливаясь краской, так что и нос, и лоб, и уши вспыхнули, пролепетала Агата, не отрывая глаз от молодого северянина.

Сигурд ослепительно улыбнулся, сверкнул голубыми очами, спрыгнул с седла и держа букет на вытянутых руках… шагнул ко мне:

— Дорогая леди Летиция! Позвольте мне… нам… преподнести этот букет вам…

— Да какое там — нам-вам! — слезая с седла, хмуро буркнул ротмистр Мамовски. — Сам веник купил, все лавки перетряс — самый лучший искал, остатки жалованья на него угрохал.