Илона Волынская – Леди-горничная убирается (страница 11)

Криштоф все понял — мгновенно, сразу. На лбу и щеках вспыхнули красные пятна, а в глазах мелькнула застарелая тоска — какая бывает у хромых уличных псов. Втянул воздух сквозь зубы и… дрогнувшим голосом пробормотал:

— В таком случае, позвольте откланяться. Вы со мной, лорд Арчибальд?

— Мы не договорили с леди насчет заказов. Прошлых и возможно, будущих. — сухо обронил тот и усмехнулся. — Должен же я вернуть хоть часть денег.

— Как угодно… — еще суше бросил Криштоф. — Леди… — и он вдруг протянул мне руку.

А я… Я подала свою. Не собиралась, но этот жест! Лорд Криштоф, наследник де Орво, должен прекрасно танцевать — только у танцора могут настолько выразительные движения. В его раскрытой ладони было сразу все. Требовательная властность. И одновременно смиренная мольба.

Невыносимая смесь — ни одна нормальная женщина не устоит!

Мои пальцы скользнули в его ладонь. Теплую. Сильную.

Он их… поцеловал? Или просто едва коснулся: чуть щекотно, и чуть-чуть… непристойно? Хотя казалось бы, что непристойного в формальном поцелуе руки? Но он умудрился коснуться губами моей кожи так, что… внизу живота потянуло и пальцы на ногах поджались! Клятые демоны!

Выпрямился, улыбнулся уголками губ — и богами клянусь, в этой улыбке было торжество! — и очень серьезно шепнул:

— Семья де Орво меняется. Не быстро и не сразу… но я постараюсь, чтоб женщины больше не вздрагивали, когда слышат наше имя. Или вздрагивали… не так. — он отпустил мою руку, напоследок едва заметно мазнув кончиками пальцев по ладони.

Я вздрогнула. Не так. Или именно так, как он и хотел?

Он снова улыбнулся… небрежно кивнул Трентону и вышел. Дверь за ним тихо закрылась — но от этого негромкого щелчка я снова вздрогнула и взялась за виски.

И мои руки перехватили — с двух сторон, горячими, почти на грани ожога, пальцами. Отвели в стороны и… поцеловали — сперва одну, потом вторую. Будто стараясь своими губами стереть прикосновение губ Криштофа.

— Лорд Трентон! — только и могла возмущенно выдохнуть я. — Женатый мужчина…

— Жена на меня не обидится. — тихо выдохнул он.

Я знала, что это правда, но все же попыталась отнять у него зажатые, как в тисках руки. Он послушно отпустил и… я охнуть не успела, как его губы жестко и властно впились в мои, запрокидывая мне голову назад.

Мое кресло толкнули, вдавливая его в стену. Не размыкая поцелуя, Трентон гибким движением вклинился между мной и столом. Его ладони сомкнулись у меня на талии, меня приподняли, усиливая поцелуй, делая его глубже, жестче, наглее. Он был как печать — не подпущу, мое!

Явился тут собственник, будто его кто-то ждал! Я протестующе замычала, рванулась и с размаху ударила его сжатыми кулаками по плечам. Не удар, всего лишь предупреждение, которому не вняли — он продолжал меня целовать! И тогда я хлопнула его ладонями по ушам.

Он взвыл:

— Аууу! — отпрянул, отпустив мои губы… но не отпустил меня, я так и осталась в кольце его рук. Стиснул, как удав! Потер ухо плечом, поглядел обиженно и нахально пояснил:

— Я так давно этого хотел!

— Вот и продолжали бы… хотеть! Дома вы себе такого не позволяли! — процедила я.

— Дома нельзя… — придвигаясь ко мне близко-близко, так что его губы снова оказались у самых моих губ, но больше не целуя, прошептал он и… потянул вверх край моего платья. — Дома дети!

— Вот и чувствуйте себя… как дома! — прошипела я, хлопая по нахальной руке. Что за манера у них у всех — под юбку лезть.

— Предпочитаю не забывать, что в гостях! — пытаясь задрать юбку с другой стороны, начал он…

В дверь быстро и решительно постучали. Но хотя бы этот замечательный вежливый человек с другой стороны не стал ее распахивать, а ждал ответа!

— Гони всех! — замирая с ладонью на моем колене выдохнул Трентон.

— Еще недоставало! Чтоб говорили, будто леди-горничная хозяина обслуживает… по-всякому? — прошипела в ответ я.

— Я не пристаю к горничным! — возмущенно выдохнул в ответ он. — И вам это прекрасно известно!

— А к леди пристаете? — фыркнула я и с силой толкнула его в грудь.

Он отшатнулся, с размаху усевшись на край стола. Чувствительно, видать, уселся, потому что чуть не взвыл сквозь зубы… и заглушая этот жалобный стон я громко крикнула:

— Войдите!

Дверь немедленно распахнулась и на пороге воздвигся юный Сигурд. А позади, норовя заглянуть Сигурду через плечо, вертелся еще и не менее юный маг-дорожник.

— Здесь тоже случаются… дети! — процедила я специально для Трентона, под прикрытием стола одергивая юбку.

— Леди Летиция! — Сигурд был разгорячен и увлечен, можно было и корсаж подтянуть, он бы все равно ничего не заметил. — Господин Горо рассказал мне… объяснил… про здешние обычаи!

— И что же такого вам объяснил господин дорожный маг, чему вас не учили в Корпусе, лейтенант? — прохладно поинтересовался Трентон и тон его на сей раз был точно как у преподавателей офицерского корпуса. Так что Сигурд невольно вытянулся — пятки вместе, руки по швам.

— Относительно обычаев Черного бала, лорд! Что леди Летиция может не стать главой рода, если не выкажет должного уважения предыдущему главе!

— Не может — других кандидатов не имеется. Но это может серьезно подорвать репутацию леди. — устало — так говорят с троечниками — обронил Трентон. — И что же вы собирались предпринять? — теперь мелькнул легкий интерес.

— Разрешите обратиться к леди?

— Разрешаю, обращайтесь… — буркнул Трентон, снова делая вид, что увлечен бумагами в папке.

— Леди Летиция! Я ничего не понимаю в платьях, зато понимаю в обычаях! Если по обычаю вы должны быть в платье… — он покраснел. — Я хотел сказать, не просто в платье, а в каком положено… В общем, позвольте предложить вам свои скромные сбережения!

Я открыла рот. Закрыла. Соглашаться я не собиралась, но как отказать мальчишке, который смотрит на тебя будто притащивший тапочки щенок — разве что хвостом не виляет? Обидишь равнодушием — и травма на всю жизнь! Думай потом, откуда берутся в армии желчные злобные командиры, обожающие давать кухонные наряды армейским магессам со свежим маникюром.

— Вы опоздали, юноша. — лорд Трентон не переживал ни по поводу чувств Сигурда, ни по поводу маникюра его будущих подчиненных. — Лорд Криштоф де Орво уже предложил леди свою финансовую помощь. Нескромную.

— Но… но ведь это же и правда — нескромно! — всполошился Сигурд. Еще один знаток этикета! — Лорд Криштоф был когда-то женихом леди…

— Это вам тоже господин Горо объяснил? — поинтересовалась я.

— Леди, я, конечно, не большой знаток светской жизни, но уж такие простые вещи понимаю и сам! — с неожиданной серьезностью отбрил Сигурд. — Если вы возьмете у лорда Криштофа деньги, барышня Агата начнет распускать слухи про ваши с ним отношения. Собственно, она уже… Она очень… очень любит обсуждать людей, вы уж простите, что я так о вашей родственнице, леди…

— На правду не обижаются. — с видом мученицы вздохнула я.

— Увы, лорд Криштоф не так догадлив, как вы, юноша, а честь семьи запрещает леди Летиции самой говорить о родственниках плохое! Вот она и не смогла отказать… — Трентон тоже вздохнул.

— Тогда ему все объясню я! Мне можно, я вам не родственник! — Сигурд направился к дверям. — Я скоро вернусь!

Дверь за ним с грохотом захлопнулась — прямо перед исполненной любопытства физиономией дорожника.

— Надеюсь, на какое-то время они друг друга займут. — Трентон повернулся ко мне — физиономия его разочарованно вытянулась, потому что я успела выскользнуть из кресла и оказаться по другую сторону стола. Он вздохнул еще раз, посмотрел укоризненно — я в ответ поглядела строго. И даже нахмурилась. Он в который раз вздохнул и слез со стола.

— Кстати! — он помахал пыльной папкой. — Тут и впрямь есть счет на покупку наших анти-иллюзорных артефактов — на сумму вдвое больше, чем и впрямь закупил лорд де Молино.

— Хм… — я аккуратно изъяла у него из рук бумагу. Договор как договор, подпись Тристана, оттиск фамильной печати…

— И вы через… — я поглядела на дату. — …через полгода помните, что было в договоре на… не такую уж большую партию артефактов?

— Нет, конечно! — возмутился лорд. — Я перед отъездом просмотрел все счета семейства де Молино!

— В Мадронге, где вас застало письмо моей не-совсем-племянницы Агаты. — меланхолично хмыкнула я.

— Счета — они везде! — объявил он строго, и тут же заторопился к дверям — слегка суетливо.

— Насчет счетов! Мое обещанное жалованье, премия и выходное пособие!

Лорд Трентон вздохнул, вытащил чековую книжку, чиркнул в ней взятым со стола пером, оторвал чек… и наконец покинул кабинет.

Я похмыкала, изучая проставленную в чеке сумму, засунула за корсаж и его, и счет из папки, и тоже направилась к дверям. Чек надо обналичить, а счет… эту находку предстоит тщательно обдумать. Кой какие догадки у меня мелькали, но очень уж… дурацкие.

Глава 8. Мелкие делишки и ВЕЛИКИЕ ДЕЛА

— Это все природа! — задумчиво сообщила Анита Влакис. Она сидела все в той же гостиной, все на том же месте, откуда отлично слышно происходящее в кабинете.

Я поглядела на нее с сомнением. Говорили мы тихо, так что момент, когда уважаемый лорд Трентон начал домогаться бывшей горничной, Анита Влакис могла и не расслышать. А могла и расслышать. Следующие ее слова полностью развеяли мои сомнения.

— Это как в табуне — любая кобыла хочет жеребенка от сильного жеребца. Но люди — не лошади… — в устах конезаводчицы это звучало искренним сожалением о человеческой ущербности. — В дело вмешиваются общество, свет… и приходится думать о том, что ребенку требуется официальный отец. Иначе залягают ведь, какой бы хорошей породы он ни был!