Илана Городисская – Роман с продолжением (страница 20)

Уже истекал срок ее договора с кафе, когда тихо наблюдающая за происходящим из-за дальнего столика молодая женщина увидела благообразного пожилого господина, который с интересом рассматривал выставку. Закончив просмотр, этот господин подошел к барной стойке и, видимо, спросил, чьи это работы, поскольку ему сразу указали на нее. Галь воспряла духом и приготовилась.

Приблизившись к ней, пожилой человек попросил разрешения сесть за ее столик.

Мое имя Эйтан, – представился он. – Эйтан Товали. Очень рад познакомиться.

Чем могу быть полезна? – вежливо спросила заинтригованная Галь.

Тот положил перед ней свою визитную карточку и произнес:

Я хотел бы узнать побольше о тебе и твоих работах.

Вы меценат? – полюбопытствовала Галь, мельком глядя на его визитку.

Нет, я не меценат, – засмеялся мужчина, – хотя знаю толк в искусстве.

Так кто же вы? – насторожилась Галь.

Я архитектор, – ответил Эйтан. – Президент компании «Товали и партнеры», которой уже сорок лет. Ты когда-нибудь слышала о нас?

Галь отрицательно покачала головой.

Я работаю с состоятельными частными клиентами по всему миру, – продолжал объяснять Эйтан. – Речь идет о людях очень высокого уровня жизни. Они строят частные дома, виллы, офисы, отели. И предпочитают заказывать комплексные услуги моей конторы, включающие не только постройку зданий, но и их оформление.

Вы хотите предложить мне продать мои работы вашим клиентам? – догадалась Галь.

Нет. Мое предложение намного более выгодное и долгосрочное. Но сперва расскажи о себе!

Молодая женщина глубоко вздохнула. Она уже ощутила, что в ее двери стучится сама судьба, и что ей нельзя ни в коем случае отталкивать протягиваемую ей руку. Она быстро приняла позу как на рабочем собеседовании, широко улыбнулась и выдала своему новому неожиданному знакомому всю необходимую информацию о себе и своем опыте работы. Упомянула она так же и о стипендии, которую получала за отличную учебу.

Господин Эйтан Товали внимательно выслушал ее, не перебивая. Когда Галь закончила, он задал ей еще несколько наводящих вопросов, касающихся, в основном, ее еще неоперившегося бизнеса, и изрек:

Если ты смелый и независимый творческий человек, способный работать самостоятельно на заказы и преодолевать большие расстояния, то могла бы присоединиться к моей команде. Как свободный художник, но под моей эгидой и за щедрое вознаграждение.

Каким образом? – еле выговорила обалдевшая Галь.

Как я уже говорил, моим клиентам выгоднее оплачивать комплексные услуги моей конторы, чем нанимать оформителей на стороне. Например, кто-то строит себе дом и хочет, чтобы в

гостиной были фотообои, а в комнатах – настенная роспись. Для этих отделок я пошлю тебя. Ты установишь цену заказа, выполнишь его и предоставишь мне счет. Я же, с этого счета, возьму свой процент, а остальное – твое. Могу тебя заверить, что каждый такой заказ – это очень приличные суммы.

Не проще ли вам просто взять меня на работу? – возразила Галь Лахав, которой послышался подвох в предложении Эйтана.

Тот добродушно рассмеялся.

Ты мечтаешь летать, но при этом все еще опасаешься оторваться от земли. Сколько тебе лет, девочка?

Двадцать пять.

А какова была твоя последняя зарплата?

Немного недовольная его расспросом, Галь написала на салфетке сумму. Эйтан посмотрел на нее и взвешенно произнес:

Я могу со всей ответственностью сказать тебе, что до сих пор твой труд использовали, но, невзирая на это, ты боялась потерять свое место. Я советую тебе перевернуть эту страницу. То, что предлагаю я, даст тебе не просто хорошую прибыль, но и выход на очень серьезную публику, которая понимает и ценит искусство. Если захочешь параллельно создавать и продавать свое, я буду только рад этому. Ибо твои успехи – это моя реклама и мой престиж. И я тебе не босс, а компаньон.

Галь призадумалась.

Предложение этого человека было ошеломляющим, и совершенно непривычным для нее. Она, действительно, никогда раньше не работала так, и даже не помышляла о такой вероятности. В этом, безусловном, шансе вырваться вперед был не только большой соблазн, но и громадный вызов. На мгновение она испугалась, что не справится с этим вызовом. Потом поняла, что терять ей нечего. Господин Товали распологал к себе, а его визитная карточка не давала усомниться в том, что он не мошенник. К тому же, информацию о его компании не составляло труда раздобыть. Раз так, то она должна была попробовать.

Может быть, тебя что-нибудь держит здесь? – бережно спросил ее собеседник, от которого не ускользала ее внутренняя борьба. – Ты замужем?

Нет, еще не замужем, – улыбнулась молодая женщина.

У тебя есть друг, жених?

Нет, и не в этом дело.

Тогда в чем же?

Галь откровенно посмотрела ему в глаза и ответила:

Я живу с одинокой мамой. Моя мама дала мне все. И, хотя я – свободная птица, я не могу ее оставлять… надолго. Вот, пожалуй, все.

Эти слова вырвались из нее без размышлений. Навряд ли сама Галь отдавала себе отчет в том, насколько мощным было ее чувство долга перед матерью, и насколько этот долг определял до сих пор все ее действия, не давая вкусить настоящей свободы, к которой она стремилась. Наверняка те же самые парадоксальные чувства испытывал ее отец, перед тем, как оставил их.

Теперь настала очередь господина Товали поражаться услышанному. Эта красивая девушка, чья выставка свидетельствовала о ее великом и необычном таланте, зачеркнула все его представления о современной молодежи. Забота Галь о матери заставила его зауважать ее еще больше. А косвенно она вызвала у него интерес и к ее матери.

Если ты примешь мое предложение, то я буду рад познакомиться с твоей мамой, чтоб лично заверить ее в том, что работа со мной для тебя – это лучшее из возможного, – сказал он.

Галь была очарована любезностью и галантностью Эйтана. Так еще никто из ее потенциальных работодателей не разговаривал с ней. А его готовность пообщаться с ее мамой вообще подкупила ее. Как же можно было отказать такому человеку?

Ими было решено встретиться в этом же кафе через несколько дней для подписания договора о сотрудничестве. Для вящей ненавязчивости, Галь намеревалась привести с собой Шимрит, якобы просто чтоб хорошо провести вместе вечер, а на самом деле – чтобы познакомить ее с Эйтаном.

Однако даже в своих самых смелых фантазиях молодая женщина не могла бы себе представить, чем эта встреча обернется. Шимрит Лахав и господин Эйтан Товали очень понравились друг другу.

Так понравились, что в следующий раз встретились уже вдвоем. На третье свидание Эйтан принес для Шимрит цветы. Очень скоро между этими двумя вспыхнуло то самое нежное чувство, которое называют поздней любовью. Со всеми вытекающими последствиями.

Эйтан Товали оказался шестидесятипятилетним вдовцом, человеком старой школы, почитаемым и известным, чьи оба сына, Мени и Идан, давно свили свои гнезда и управляли вместе с ним его компанией. Он жил один в большом и красивом дуплексе, верхний этаж которого когда-то являлся апартаментами его младшего сына Идана. Поскольку, как он сам говорил, в его возрасте уже не переезжают, то пригласил Шимрит с дочерью перебраться к нему, а их трехкомнатную квартирку порекомендовал сдать в аренду.

Так они и поступили. Эйтан и Шимрит Лахав зажили на нижнем этаже дуплекса, а в верхнем расположились студия Галь и ее новая комната с отдельным санузлом. В то же время, на их счет теперь каждый месяц исправно поступала плата за их прежнюю квартиру, в которой было столько всего пережито. Галь Лахав начала сотрудничать с компанией Эйтана, в то время, как Шимрит, на склоне лет, обрела долгожданное женское счастье.

После долгого перерыва, у последней, наконец, появилась своя личная жизнь. Она почувствовала себя уверенной в себе и желанной. Ее неустанные хлопотливость, семейственность и постоянство были оценены по-достоинству. Более того: они оказались необходимы. Ибо господин Эйтан Товали, у которого, казалось, было все, очень нуждался в простой женской ласке и помощи. Шимрит Лахав идеально закрыла собой вакуум, который образовался после безвременной кончины его супруги. Ее стряпней и выпечкой наслаждались теперь не только уважаемые знакомые Эйтана, но и его сыновья и внуки, которые часто приходили к ним в гости, и с которыми она и Галь очень поладили. От услуг домработницы тот отказался, так как Шимрит настояла все делать по дому сама. К годовщинам и семейным событиям семейства Товали она относилась как к своим собственным, и готовилась к ним соответственно. Такова была, в ее глазах, ее скромная плата за отношение к ней и к Галь этого благородного человека.

Эйтан и сам не подозревал, что его визит в то кафе и беседа с Галь так круто обернутся. Он, готовившийся встретить старость в одиночестве, был теперь спокоен. В его большом дуплексе была первоклассная и верная хозяйка, а в его компании – столь же первоклассный и верный дизайнер, к которой он успел привязаться, как к собственной дочери.

Уже в самом начале он «сосватал» Галь нескольким своим выгодным клиентам, за выполнение заказов которых она заработала столько, что ей сразу хватило на покупку своей машины. Правда, вторая рука, зато в шикарном состоянии и с небольшим пробегом, а главное – «Инфинити»! Эта машина стала гордостью молодой женщины. Постепенно ее имя приобретало известность. Она оформляла готовые здания, которые строила компания «Товали», и параллельно развивала свою частную практику. Открыла свой интернет-сайт. Начала принимать и международные проекты. Ее душа была уже спокойна за Шимрит, которой больше не грозило одиночество. Поэтому Галь могла неделями работать за границей, проживая там в квартирах, оплаченных «Товали и партнерами», и сотрудничая с самыми передовыми дизайнерскими командами. Вскоре дошло и до персональных выставок, которые, в отличие от той ее первой, дилетантской, выставки, имели коммерческий успех.