игумен Нектарий Морозов – Подвиг сердца (страница 11)
Символ или труд?
Распространенной ошибкой многих христиан является то, что они зачастую сосредотачивают все свое внимание на гастрономической части поста, забывая о его духовной составляющей. И эта ошибка имеет отношение не столько к вопросу «как поститься?», сколько к проблеме неправильного понимания христианской жизни как таковой. Христианская жизнь – это есть совлечение с себя ветхого человека и облечение в человека нового, это постоянный труд над своим сердцем. И христианин должен сначала, прежде всего, стать хорошим человеком, а потом уже хорошим христианином, что сопряжено именно с теми изменениями, которые происходят в сердце. Все остальное носит только внешний характер. Мы состоим из души и тела, и обе эти составляющие должны в равной степени в этом труде участвовать, но по-разному. И первично все-таки то, что внутри.
Однако тут возникает некоторый соблазн сказать, что пост вообще не важен и можно его свести к некоему символу. Нет, во всем, что человек делает, должен присутствовать труд, приближающийся к грани его возможности, потому что Господь начинает по-настоящему помогать тогда, когда человек делает все от него зависящее: в исполнении ли заповедей Христовых, в каких-либо трудных жизненных ситуациях или вот в данное время поста. И тогда этот труд по благодати Божией приносит плод. Если же человек сам полагает себе предел труда: я могу сделать столько-то, и этого хватит, потому что это не важно, – то пользы не будет. Мы должны показать твердость своего произволения, а остальное восполнит Господь. Место для лукавства, конечно, остается во всем, что мы делаем, и от нас только зависит: замечать в себе это лукавство, бороться с ним, быть к себе чуть более требовательными и даже, может быть, жестокими или нет.
Один из действенных способов не упустить из внимания духовную составляющую великопостного делания – это составить для себя план, пусть даже на бумаге, и наметить, что я в течение этого поста должен постараться сделать. Уверен, что у любого разумного православного христианина ключевым моментом в этом плане будет не сведение потребления пищи к такому-то минимуму, а духовные требования к себе: изменить что-то в своей жизни, в своих взаимоотношениях с людьми, даже в своей работе. Но при этом замечено, что когда человек ограничивает себя в еде, ему меньше хочется говорить, осуждать. Правда, он становится и чуть более раздражительным, но, зная эту особенность, нужно просто быть внимательным и правильно к этому относиться.
Люди, которые уже давно в Церкви и чувствуют себя уверенно, приступая к посту, тоже не застрахованы от ряда ошибок. Есть такое распространенное выражение: «углубленный в церковную жизнь», и, наверное, это главная ошибка – ощущение своей углубленности. У нас нет задачи углубиться во что-то – в церковную жизнь, в чтение святых отцов, в Евангелие. У нас есть задача стать хорошими людьми и хорошими христианами, приблизиться к Богу. Вся наша христианская жизнь проявляется в том, каковы плоды этой жизни.
В патерике есть история о том, как некий брат ходил и везде хвалил своего духовного наставника как великого старца. И кто-то в конце концов спросил у него: «Как же от такого доброго дерева, как он, родился такой кислый плод, как ты?». Человек может очень много читать, часто бывать на службе, строго поститься, много молиться, но при этом не приобрести ни смирения, ни кротости, ни терпения всего того, что Господь в жизни посылает, ни готовности волю Божию принимать и исполнять, в чем бы она ни заключалась. А ведь именно в это человек должен углубиться – в преданность воле Божией.
Зеркало души. Великий покаянный канон преподобного Андрея Критского
Развернуться к себе лицом
Из года в год накануне очередного поста, в том числе и Великого, священники в общении с прихожанами, с прессой повторяют, что пост не ограничивается одним воздержанием от определенных видов пищи, что, помимо телесного поста, есть еще и духовный. А в чем он, собственно, заключается? Если сказать максимально кратко – в изменении строя жизни человека. И все то, что Церковь нам в течение Великого поста предлагает, этому способствует.
Воздержание в пище лишает человека привычного ощущения полноты телесного бытия, переключая внимание на что-то другое. Одновременно с этим человек приходит в храм, потому что смысла в посте нет без участия в великопостных службах. И что же он там находит? Во-первых, это изменение цвета богослужебных облачений: черный – в седмичные дни, фиолетовый – в субботу, воскресенье и праздники. Эта цветовая гамма, как ни странно, тоже способствует перестройке в нашем сознании. Во-вторых, на определенный лад настраивает совершенно иное, отличное от всякого другого времени, звучание великопостных богослужений, в первую очередь Великого покаянного канона преподобного Андрея Критского, который читается первые четыре дня первой седмицы Великого поста. Песнопения и тропари канона заставляют человека «развернуться лицом» к самому себе: к своим грехам, к своим неисправностям, к тому, что стоит между ним и Богом, а, увидев это, ужаснуться и начать оплакивать свое грешное и студное, как говорится в этом каноне, житие.
Почему канон имеет такую силу воздействия? Дело в том, что, с одной стороны, каждый человек неповторим, неповторима его судьба, его личность, с другой стороны, мы все очень похожи – у нас одни и те же страсти, недостатки и достоинства, просто они носят индивидуальный характер. А в творении преподобного Андрея Критского вспоминается вся Священная история в примерах крайних состояний падения и, наоборот, в примерах высочайших добродетелей, которые можно найти как в Ветхом, так и в Новом Заветах. Таким образом, канон становится неким зеркалом, в которое может посмотреться душа человека и увидеть саму себя, увидеть как раз в примерах, приводимых преподобным Андреем. Он находит удивительно глубокие по силе своего воздействия на наше христианское сердце слова. Бывает так, что человек приходит в храм, и он даже не знает, что такое канон Андрея Критского, а просто слышит, как хор поет ирмос «Помощник и покровитель», слышит припев канона: «Помилуй мя, Боже, помилуй мя», первые слова, и вдруг чувствует, что плачет, сам даже не зная, почему. Просто его душа, совершенно какая-то забитая, забытая со всеми ее потребностями и нуждами, вдруг начинает оживать, как бы оттаивать. Ведь пост зачастую сравнивается с духовной весной, а весной тает снег, лед, бегут ручьи, и та жизнь, которая была скована этим льдом и снегом, начинает выбираться на поверхность. И вот точно так же Великим постом все, что было в человеческой душе задавлено, заморожено, вновь рвется к жизни, точнее, к источнику жизни – к Богу. И как раз первое, что заставляет встрепенуться, – это канон преподобного Андрея Критского.
Труд против фастфуда
Любому человеку, который хочет по-настоящему понять каждый тропарь, каждое слово канона, имеет смысл прочитать его до богослужения. Сегодня текст канона нетрудно найти в интернете, да и практически во всех церковных лавках он бывает накануне Великого поста. Однако одна из проблем непонимания канона заключается не только в том, что человек рассеивается во время молитвы, но и в том, что канон насыщен отсылками к Священному Писанию, которое сегодня, увы, мало кто знает по-настоящему хорошо. И как раз этот богослужебный текст является одним из ответов на вопрос, надо или не надо переводить богослужения на современный русский язык. Вот, переведи канон преподобного Андрея Критского, и все равно все останется непонятным для большинства, не говоря уже о том, насколько он потеряет в поэтичности и глубине своего звучания. Для того, чтобы понимать, надо знать контекст, знать историю Священного Писания Ветхого и Нового Заветов.
Однако не стоит думать, что люди способны переваривать только уже приготовленную и разжеванную для них пищу. На самом деле человек – это существо первоначально ищущее, крайне пытливое, стремящееся во всем дойти до самой сути. Если кому-то из нас сегодня это стремление не присуще, то это, скажем так, некое свидетельство об общей деградации человечества. Но не обязательно по пути деградации идти дальше, с него всегда можно вернуться к тому лучшему, что в нас есть, что вложено в нас Богом, то есть к этому состоянию искания. Сегодня есть масса людей, которые предпочитают питаться фастфудом, при том что он очень вреден. Это быстро, порою не то чтобы очень вкусно, но кажется таковым, потому что вкусовая гамма, хоть и примитивная, зато достаточно яркая. И есть столь же много людей, тяготеющих все-таки к нормальной пище, на приготовление которой надо тратить время и силы, которую надо, в конце концов, пережевывать. Челюстно-лицевые мышцы современного человека совершенно отличны от мышц наших предков, живших 100–200 лет назад, потому что сегодня люди пищу не жуют, а глотают, а это очень вредно.
То же самое касается и пищи духовной. Ошибочно считать, что, просто проглотив ее в готовом виде, можно получить пользу. Для усвоения необходим труд. Поэтому, когда человек приходит в храм и слышит в каноне преподобного Андрея Критского неизвестные ему имена, указания на какие-то события, по большей части незнакомые, то он должен заинтересоваться, о чем вообще идет речь. На самом деле, разобраться в этом не так уж и сложно. Можно начать с чтения Закона Божьего, где Священная история представлена в более сжатом виде.