Игорь Воробьёв – Апофеоз (страница 64)

« Вы поглотили душу разумного 17-го уровня. Конечный коэффициент поглощения, учитывая совместимость и восприятие опыта, составил 5%. Вы получаете 6 800 очков опыта. Внимание! Половина полученного опыта уходит вашему бессмертному миньону. Вами получено 3 400 очков опыта».

Третьим сторонником Николая был игрок с ником Канкрин. Он трясся от страха и с ужасом следил, как я приближаюсь к нему с окровавленным мечом в руке, но ничего не сказал, так стиснув губы, что они побелели.

Этот храбрец оказался на удивление не замазанным. Почти во всех воспоминаниях я чувствовал его несогласие с происходящим, пленных он старался убивать быстро, не издевался… Просмотрев с десяток фрагментов, я понял, что обвинить его можно разве что в малодушии, он был идейным сторонником Николая и ради становления монархии терпел все эти мерзости, для себя извиняя их как перегибы.

Восстановив целостность души, я нажал на « Изгнать» и отправился к последнему заключённому. Ник игрока был Милорад, и он встретил меня потоком бесхитростной брани. Было настолько очевидно, что тем самым он лишь пытался храбриться и заодно избежать расспросов, что я покачал головой, вонзая меч в его сердце.

Этого игрока я бы назвал мясником… он наслаждался резнёй, ему нравился запах крови, его бесконечно радовал вид всевозможных ран, расчленёнки… а всё остальное его мало волновало. Останься он один, запросто перешёл бы на сторону любого, кто позволит ему участвовать в бойнях.

Я серьёзно задумался насчёт не пощадить ли мне его, всё-таки действительно злого умысла я в нём не нашёл… И размышлял до тех пор, пока моя перчатка чуть ли не завибрировала от сдерживаемой тяжести. Решив-таки не отправлять другим такой опасный подарок, я выбрал «Поглотить» и постарался просмотреть как можно больше полезных воспоминаний, всё-таки этот игрок много тренировался, пусть и в весьма специфичных дисциплинах.

« Вы поглотили душу разумного 16-го уровня. Конечный коэффициент поглощения, учитывая совместимость и восприятие опыта, составил 8%. Вы получаете 9 600 очков опыта. Внимание! Половина полученного опыта уходит вашему бессмертному миньону. Вами получено 4 800 очков опыта».

Закончив, я вытер меч тряпкой, которую мне подал Гильт, убрал его в ножны и вышел из камеры. Ощущение было прескверным, будто бы искупался в дерьме и вдобавок его же наглотался, гадостный привкус словно налип на мою кожу и внутренности. Внутри поселился холод, навалилась усталость и было как-то промозгло, будто сырость казематов пропитала меня насквозь. Хотелось побыстрее уйти отсюда на солнце, чтобы жар пустыни высушил меня и выжег все эти нечистоты.

— Как тебе наши птенчики? — с гнусной ухмылкой спросил у меня Неперец, когда я приблизился.

Возможно, мне показалось, но что-то в тоне его голоса окончательно вывело меня из себя, и я захлопнул шлем, чтобы отгородиться от атмосферы подземелья и спрятать наверняка перекосившееся от гнева лицо. Проявившийся на забрале череп озарил мертвенным светом полумрак каземата. Аура вырвалась из-под контроля, и я не стал её сдерживать.

Неперец застыл с широко раскрытыми от ужаса глазами, а вот Петрович стойко перенёс воздействие ауры и пошёл к выходу, махнув нам головой.

— Уйми ауру, — тихо сказал он мне, когда едва не убежавшие в панике охранники распахнули перед нами двери дрожащими руками.

Я уже немного успокоился, поэтому снова взял ауру под контроль.

— Прости, что заставил тебя пройти через всё это, — снова заговорил Петрович, когда мы миновали второй пост охраны. — Держи, — он передал мне небольшой жезл с двумя крупными разноцветными драгоценными камнями конусовидной формы на концах. — Это тот самый артефакт.

Я покрутил жезл в руках и вгляделся в полированные камни. Один из них был кроваво-красным, другой тёмно-синим.

— Красным указываешь на цель, — пояснил Петрович, — это снимает все точки привязки. Синим указываешь на новую точку, которая станет единственной. Активируется сжатием.

— Я хочу сразу же уйти, — мой спектральный голос прозвучал жутко. — Было непросто… да и вряд ли твоим понравится быть в компании того, кто казнил их недавних товарищей.

— Хорошо, — понимающе кивнул новый глава клана и помедлил, я же задумался, что моё мрачное появление наверняка сыграет на упрочение новой власти. — Сколько? — наконец сорвавшимся голосом спросил он.

— Трое, — ответил я. — Канкрина я посчитал достойным изгнания.

Петрович кивнул, будто мои слова что-то ему подтвердили, и дальше мы шли молча. Ванорз успел написать мне, что русские в основном оказались весьма милыми ребятами, и предлагал отобедать с ними для укрепления отношений. Когда мы зашли в зал, где за одним длинным столом рядом с моими товарищами сидело довольно-таки много игроков, все головы повернулись к нам.

— Мы уходим, — с порога заявил я и на мгновение выпустил ауру, которая разнесла по залу эхо моего голоса, изменённого шлемом.

Петрович кивнул, окинул взглядом побледневшие лица и добавил:

— Будем ждать вас с официальным визитом. Не только как союзников, но и как друзей.

Ярна быстрым шагом подошла ко мне, всем своим видом выказывая готовность тут же броситься в бой. Ванорз уходил, бросая русским извиняющиеся взгляды, мол, вот такой вот у меня босс, уж простите. А Хамель вообще шагнула в тень и вышла из неё у меня за спиной.

Пока мы торжественно шли к портальному кругу замка, за нами собралась целая процессия, так что я даже вздохнул с облегчением, когда наконец-то активировал портал на Анлеус.

Жаркое солнце пустыни, казалось, проникало даже сквозь доспехи, и я открыл забрало, подставляя лицо сухому, обжигающему ветру. Вроде бы стало немного легче.

Глава 37

— Ты чего учудил-то? — Ванорз встревоженно смотрел на меня. — Нормально же сидели, остались бы пообедать… — тут он осёкся, видимо всё-таки что-то углядев в выражении моего лица. — Так туго пришлось?

Я не ответил; Гильт укоризненно посмотрел на стрелка, а Ярна подошла с явным намерением оттащить эльфа, если он не оставит меня в покое; благо вмешалась Хамель, отвела своего напарника в сторону и что-то зашептала ему на ухо. Ванорз изменился в лице и взглянул на меня чуть ли не со страхом.

Приходил в себя я, как мне показалось, не очень долго, но всё это время мы неподвижно стояли, будто статуи, и в полной тишине слушали шёпот пустыни, наблюдая, как ветер гоняет песок по плите портального круга. Взгляд привлекло почему-то свёрнутое окошко уведомления:

« Вы научились манипулировать захваченной душой до поглощения. Ваше достижение Ловец душ усилено до уровня второго контура. Вы получаете 4 000 очков опыта. Усиление войдёт в силу после активации нового контура».

И как я его не заметил раньше? Даже поверхностное погружение в души столь мерзких негодяев слишком сильно выбивало меня из равновесия, нужно будет учитывать это на будущее.

Наконец я встряхнулся, и это словно послужило сигналом к действию.

— Куда направимся? — спросил Ванорз. — Ты чувствуешь Ваэлума?

— Нет, — ответил я, сосредоточившись. — Вернее, очень смутно… где-то там, — я обвёл рукой широкую дугу на всё южное направление.

— По крайней мере, мы знаем в какую сторону идти, — улыбнулся Ванорз. — Противоположную от Персурайза.

— Нужно искать какой-нибудь оазис, — заметила Хамель. — Там мы найдём орков.

— Очень на это надеюсь, — буркнул Ванорз.

— Я могу полетать и разведать окрестности, — предложила Ярна.

— А вот этого не надо, — сразу же отказался я. — Ни к чему нам раньше времени привлекать к себе внимание.

Мы двинулись на юг и прошагали в этом направлении до наступления темноты, даже не остановившись, чтобы перекусить. Я загерметизировал доспехи и чувствовал себя вполне комфортно, чего нельзя было сказать про моих товарищей. Ванорз через несколько часов уже прямо-таки отплёвывался от песка. Жара и усталость от ходьбы вытравили из меня все остатки холода и мерзкого послевкусия, и к вечеру я уже совершенно оправился и вернулся в своё обычное состояние, что несказанно меня радовало.

На ночлег мы устроились у большой дюны, с подветренной её стороны, где было тихо и удобно. После ужина я скормил доспехам несколько драгоценных камней, которые мне передал Кярвад, а я предусмотрительно захватил с собой; Гильт и Ярна остались сторожить; Хамель уселась медитировать, а мы с Ванорзом расстелили спальники и улеглись спать.

Ночёвка прошла спокойно, разогревшиеся доспехи до утра отдавали мне приятное тепло, а вот Ванорз, едва проснулся, начал жаловаться на жуткий ночной холод, даже несмотря на то, что Хамель заботливо укрыла его припасённым меховым одеялом.

Весь следующий день мы прошагали, так и не наткнувшись ни на оазис, ни на что-либо ещё отличное от песка. Ближе к обеду всё чаще стала встречаться местная живность. Змеи спешили прочь или зарывались в песок при нашем приближении, а вот несколько тварей 16-го — 17-го уровня, похожих на здоровых скорпионов, попытались напасть, но Ванорз без труда расстрелял их на подходе, так что нам даже не пришлось серьёзно вступать в дело.

После обеда мы отразили ещё несколько атак назойливых скорпионов, а ближе к вечеру даже увидели вдалеке такую же насекомоподобную тварь размером со слона. Мы остановились и приготовились к бою, но, к счастью, гигантский монстр не попёр на нас, а вскоре и вовсе скрылся из виду. Через пару часов после этого происшествия мы остановились на ночёвку, найдя подходящее укрытие между группой невесть откуда взявшихся здесь валунов. Ванорз предположил, что это хороший знак: если посреди пустыни торчат огромные камни, пусть и обточенные ветром и песком до совершенно покатой формы, значит поблизости найдётся оазис или хотя бы какие-нибудь руины.