Игорь Власов – Стажёр (страница 31)

— Скорее всего, это побочный эффект искусственно наведённого квантового резонанса. То же самое, с большой вероятностью, произошло и с двигателем спасательной капсулы. Похоже, что на этой планете не могут функционировать устройства и механизмы, работающие на субволновом принципе.

— Ого, это же львиная доля всех земных устройств, — Ник даже растерялся, — от бытовой техники, до ультрасовременных кораблей «А» класса.

— От меня сейчас пользы меньше, чем от электронного утюга позапрошлого столетия. — Казалось, что если бы Умка умела вздыхать, она сейчас точно бы это сделала. — У тех хоть доступ в межгалактическую сеть был.

— Это все пирамиды? — Ник еле удержался, чтобы не начать её утешать. Ему порой хотелось вести себя с ней не как с псевдоинтеллектом, а как с обычным человеком.

— Наверняка. Квантовый резонанс может быть только искусственного происхождения. Такого эффекта не наблюдается даже при взрыве сверхновой.

— Спешу тебя утешить, — Ник улыбнулся. — Ты ненамного поглупела. Что ты говорила про свои утерянные функции?

— Долго перечислять. Из прикладных, пожалуй, то, что потеряны все видео-и звуковые архивы. Они напрямую были связаны с центральным межквантовым процессором. Мне удалось освободить часть операционной системы на восприятие. Поэтому мы сейчас и можем общаться.

— Досадно. — Ник представил себе, как он показывает Ситу какой-нибудь эпизод своей земной жизни. Или нет, лучше подошла бы «Высадка на Пандемии» из бесконечного сериала «Звёздный десант». Интересно было бы взглянуть на его реакцию. — То есть получается, что твои сенсоры работают на приём, камера пишет, но воспроизвести ничего нельзя?

— Я работаю над этим, но ничего гарантировать не могу. Ко всему к этому идёт постоянная утечка энергии из моих аккумуляторов.

— Какие-то повреждения?

— В том-то и дело, что нет. Аккумуляторы в полной исправности. Сейчас утечка слабее. На месте же нашей аварийной посадки батареи разрядились меньше, чем за час.

— Что тогда это может быть?

— Мало данных, — Умка замолчала. Потом весёлым тоном закончила: — Но в любом случае старайся больше бывать на солнце!

Ник услышал, как заскрипела кровать Сита. Мальчик сидел, свесив с неё ноги.

— Ник! С кем ты там шепчешься? — протирая заспанные глаза, спросил он.

— Что, проснулся? — Ник улыбнулся. — Тебе показалось спросонья.

— Ничего не показалось! — упёрся Сит. — Я глаза открыл, а ты сидишь и губами шевелишь. Сначала я подумал, что ты молишься. Знаешь, есть такие чудики, Ушедшим Богам всё время молятся. Вроде как помощи от них ждут. Чудики они и есть чудики. Скажи мне, Ник, вот зачем молиться богам, если они ушли?

— Может, молятся, чтобы они вернулись? — Ник пожал плечами.

— Но если они ушли, значит, их тут нет. Правильно, Ник?

— Ну, вроде того, — мысли Ника были сейчас заняты совершенно другим, и он машинально поддерживал беседу.

— Вот! — обрадовался мальчик. — А какой тогда смысл взывать к тому, кого здесь нет? Возьмём, к примеру, Валу, — начал рассуждать он, — слышишь, Ник? Храпит в соседней комнате. Вот можно прямо сейчас пойти разбудить его и попросить чего-нибудь. Хотя нет, лучше Валу не будить. Пока он не проспится, у него ничего не допросишься. Нет, давай другой пример возьмём. Лучше разбудить Шептуна. Вот что ты хочешь попросить у него? Прям сейчас возьмём и разбудим. Шептун — он добрый, никогда в помощи не откажет. Это мне понятно. А просить у Ушедших, по-моему, большая глупость и есть. Лучше уж тогда у Морока помощь попросить.

— У кого-кого? — знакомое слово вывело Ника из задумчивости.

— Ты что, Ник, меня совсем не слушаешь? — обиделся Сит.

— Слушаю-слушаю, — Ник поспешил заверить мальчишку в обратном.

— Ну, Ник, ты что, о Мороке ничего не слышал? Ты точно степняк, Ник. Почему Шептун считает, что ты не степняк? Что по мне, так точно степняк. Нет, конечно, Шептуну-то виднее будет. Шептун-то всё знает, но…

— Так что всё-таки за морок или морок-то? — Ник пристально посмотрел на Сита, чуть сузив глаза. Он уже знал, что такой взгляд заставляет мальчишку отвечать по существу вопроса.

— Ну так я тебе и объясняю. Что ты сразу на меня зыркаешь-то? Словно твой ядоплюй. Морок — это, если хочешь знать, не какие-то там Ушедшие. Он-то как раз всамделишный. Правда, никто его толком не видел. То есть видели, конечно, — поправил себя Сит, — только он в разных обличиях к разным людям приходит. Да что я тебе рассказываю, ты лучше Рона расспроси. Морок ему как-то жизнь спас. — Сит на секунду замолчал, словно переводя дыхание, потом продолжил: — Хотя нет, не любит Рон об этом говорить, давай лучше я тебе расскажу.

Ник хотел было поторопить мальчишку, но сдержался. Не дай бог ещё на какую-нибудь тему перепрыгнет.

— Как-то Рон отправился к Чёрным болотам, — начал, наконец, рассказывать Сит, — у него тогда младший брат был. То есть он и сейчас есть, только тогда он совсем маленький был. Так вот, заболел он тогда болотной лихорадкой. Сильно заболел, весь зелёный стал, почти как бородавочник. Шептун что только ни делал, ничего не помогало. На какое-то время легче станет, а потом обратно. Тогда Шептун и сказал матери Рона, что, мол, есть одно средство, которое может помочь изгнать болезнь. Клин клином, говорит, вышибить болезнь только можно. Нужен для этого болотный корень. Но не с ближайших болот, там, говорит, корни слишком молодые. Для лекарства не годятся. А нужен корень с болот, которые в самом Лесу находятся.

Ну ты же знаешь Рона, Ник, да? Он и говорит, мол, с Чёрных болот-то корень подойдёт? У всех глаза на лоб полезли. Мать отговаривать его сразу кинулась. Шептун говорит, что и поближе болота-то есть подходящие. Но Рон упёрся, ну ты же знаешь его, да, Ник?

— Знаю, знаю, а дальше-то что? — вставил Ник.

— Погоди ты! Сам же просил рассказать. Просил?

— Да, просил-просил, — миролюбиво подтвердил Ник.

— Так, значит, сиди и слушай, — нравоучительным тоном сказал Сит. — А то перебивать все горазды. Ну так вот. Собрался Рон в тот же день и пошёл в Лес. Один. Никого тогда не взял с собой. Хотя многие свою помощь предлагали. Даже Риго с собой не взял. Хотя, знаешь, какие они с ним друзья? Но даже и его не взял. Сказал, что если что с ним случится, то Риго за старшего останется. Ну так вот. Быстро, говорит, шёл. Даже на ночь не останавливался. То понятно, каждый день на счету был. В общем, дошёл он, наконец, до этих самых Чёрных болот, а там бородавочников видимо-невидимо! И большие такие, что наш дом в Долине. К корням своим и на сто шагов никого не подпустят. Ну, это-то и понятно. Корни-то эти у них, как дети для матерей наших. Из них-то бородавочники и вырастают.

Тут Рон и придумал хитрость. Ну, для Рона, может, и хитрость, а для кого другого — верная смерть. Недалеко от того места стая желтобрюхов паслась. Тоже, говорит, здоровые такие. Ясное дело, в глубоком Лесу еды-то полно. Они и вырастают. Вот такими жирными. — Словно для убедительности Сит развёл во всю длину руками. — Так вот, подкрался он к ним незаметно и как треснет одного копьём по башке. Бах! Тот с перепугу на землю кверху брюхом, бац! И лежит, — Сит засмеялся, представляя себе эту картину. — Вот ты, Ник, видел, как желтобрюх кверху брюхом своим лежит, а? Нет? Обхохочешься! Лежит, лапками своими волосатыми сучит, клешнями хлопает, а перевернуться не может!

— Ну другие-то, конечно, такой наглости не стерпели, — отхохотавшись и утерев выступившие от смеха на глаза слёзы, продолжил он, — и как бросятся всей толпой на Рона. А ему это и нужно было. Рон как припустит в сторону болот. Желтобрюхи за ним. Бегут, челюстями хлопают, будто не жрали весь день. А Рон прямиком на болота. Бежит не оглядываясь, только под ноги смотрит. С кочки на кочку перепрыгивает. В общем, он правильно всё рассчитал. Бородавочники как увидели, что на их кладку стая желтобрюхов несётся, так заухали, заворочались, задницы свои здоровые от болота поотлепляли и навстречу пошли. Ты же знаешь, Ник, они друг друга на дух не переносят, да, Ник?

— Да, Сит, — быстро подтвердил он, опасаясь, что мальчик опять переведёт тему на Ника и его родство со степняками.

— Ну вот, Рон и воспользовался этим. Пока они выясняли между собой, кто сильнее, он спокойно выдернул корень бородавочника и был таков. Вот так вот, Ник. Хороший охотник — Рон, да, Ник?

— Рон — очень хороший охотник, — нисколько не кривя душой, подтвердил Ник. — Только, Сит, ты же мне о мороке хотел рассказать, — и, не удержавшись, передразнил мальчика: — Да, Сит?

— Ну так это на обратном пути с ним случилось, — Сит не обратил на его подколку никакого внимания. — Вот что ты, Ник, за человек-то такой? Сначала сам просишь тебе что-нибудь рассказать, а потом перебиваешь через слово! Как вы там у себя в степях вообще между собой-то общаетесь? Один одно говорит, а другой одновременно с ним другое?

— Ты отличный рассказчик, Сит. — Ник пошёл на хитрость. — Мне просто о мороке хочется узнать побыстрей.

— Не Морок, а Морок, сколько раз тебе повторять? — строго отчитал он Ника. Но по глазам было видно, что слова Ника польстили ему. — Ну так вот, — продолжил мальчик, — Рон, конечно, посмотрел немного, как бородавочники с желтобрюхами мутузят друг друга. Я бы тоже на это с удовольствием бы посмотрел. А ты, Ник? Ведь, правда, интересно посмотреть-то?