Игорь Витте – S-T-I-K-S. Сапфир (страница 70)
– Одумалась? – наконец спросила старуха.
– Послушай! Я тебе уже всё сказала, – ответила Сапфир и, подтянув затёкшие ноги наверх, обхватила колени. – Я не буду делать то, что от меня требуешь. Не могу.
– Не можешь или не хочешь – меня это мало волнует. В конце концов, я тебя всё равно сломаю. А пока… Давай-ка поразвлечёмся, – старуха кивнула кому-то через плечо, и там зазвенели по полу цепи, раздалось недовольное урчание, и Сапфир поняла, что Марфа имела в виду. К ней тащили Лешака. Лучше нет способа заставить применить свой дар, поставив на грань смерти. Она поняла, что открытая дверь клетки заражённого – это была совсем не оплошность вертухая. Это Марфа приказала оставить клетку открытой, желая проверить, выживет она или нет. И она сама дала старухе в руки козырь. Теперь ничего не остаётся делать, как подчинить себе заражённого, чтобы остаться в живых.
«Эх! Жаль, Лешак – всего лишь медляк, а не какой-нибудь лотерейщик или, ещё лучше, топтун. Можно было бы приказать ему поубивать их всех тут. Но… Можно поступить и иначе. Можно просто не защищаться, не активировать дар. Как будто его и вправду нет. Как далеко Марфа готова зайти? Если она ей действительно нужна, то Марфа не даст ей погибнуть… А если нет? Что, если той наплевать? Тогда всё! Конец!»
– Ты не бойся! – спокойно, как всегда, сказала Марфа. – Тебе ничего не угрожает!
Она вышла из камеры и, отойдя в сторону, встала за решёткой. Два бугая, что кормили Лешака в первый раз, растягивая цепи и орудуя дубинками с электрошокерами, загоняли к ней в камеру скованного по рукам… Сапфир не узнала Лешака. Он, казалось, подрос, часть его густой бороды отсутствовала, как и клочья волос на голове. Вся нижняя часть его тела была оголена. Только длинные полы рубахи прикрывали его причиндалы, а ниже торчали измазанные подсохшими испражнениями кривоватые и волосатые ноги. Лешак недовольно урчал, крутил головой, но, подчиняясь болезненным ударам тока, шёл по намеченному для него пути. Только сейчас она заметила странную коробку, стоящую посреди её камеры. Она присмотрелась, но коробка ничего не напомнила ей. Лешак наконец ввалился в открытую дверь, и бугаи, отпустив цепи, тут же захлопнули дверь. Лешак, уставившись на Сапфир, удовлетворённо уркнул и сделал шаг в её сторону. В этот момент в голову Сапфир вдруг ворвался жуткий неутолимый голод, злоба и… В чувства заражённого вплелось ещё чьё-то. Кто-то боялся, до ужаса боялся, и это чувство показалось знакомым. Один из бугаёв, тот, который сипатый, схватил длинную палку и, просунув её между прутьями решётки, ткнул в бок коробки. Та отлетела, и Сапфир с ужасом увидела сидящую между тварью и собой, привязанную к кольцу в полу Луну. Кошка, увидев перед собой тварь, рванула к решётке, но кожаный ремешок, которым она была привязана, был слишком коротким. Она лишь натянула и без того тугой ошейник и замерла, прижавшись в страхе к каменному полу. Лешак, увидев кошку, совершенно потерял интерес к Сапфир и, возбуждённо уркнув, начал было наклоняться, чтобы схватить её, но вдруг сжался, затрясся и, скуля, отступил к двери. Сапфир, как коршун, подлетела к кошке и в мгновение отвязала удерживающий её ремешок. Не разрывая зрительного контакта с Лешаком, она отступила к противоположной стене. А за решёткой с победным видом стояла Марфа. Её глаза, обычно бесцветные и не выражающие никаких эмоций, сейчас горели величием.
В конце коридора гулко грохнула дверь, и послышались приближающиеся шаги. Сапфир посмотрела в ту сторону и увидела одного из постоянных охранников старухи, который, подбежав к ней, что-то шептал той на ухо. Глаза Марфы стали тухнуть, вновь приобретая своё постоянное состояние, но прежде чем это случилось, Сапфир отчётливо увидела, как в них промелькнул страх! Не ужас, но она чего-то или кого-то очень испугалась.
– Ждите здесь! – коротко бросила Марфа и в сопровождении своего охранника быстро удалилась.
«Она боится! Всё-таки она боится! Интересно, кого или чего? Нужно как-то это узнать. Обязательно узнать! Это её слабость, её уязвимое место. Она нашла моё уязвимое место, теперь мне нужно постараться найти её. Но как узнать, сидя здесь, в этой чёртовой норе? Ничего! Я что-нибудь придумаю, я обязательно что-нибудь придумаю!» – мысли в голове вертелись с бешеной скоростью, а руки крепко сжимали перепуганную кошку, которая пыталась спрятаться, тыча носом в куртку.
– Потерпи, Луна! Я тебя в обиду не дам, и мы всё равно выберемся! – Сапфир погладила кошку и вновь направила взгляд на Лешака. Тот так и стоял, скрючившись, дрожа и скуля, возле противоположной стены.
В конце коридора вновь глухо стукнула дверь, и вскоре за решёткой появился Малек. Его лицо было перекошено гримасой боли, словно его прямо сейчас пытали. Дыхание сбивчивое, он еле выговаривал слова, когда что-то пояснял бугаям. Те наконец поняли его и, сорвавшись с места, рванули на выход. Сапфир на секунду пересеклась с ним взглядами, и она увидела, нет, скорее почувствовала, что внутри Малька что-то изменилось. Ей на секунду показалось, что перед ней тот прежний Малек, которого она знала. Она слегка отпустила Лешака, всё равно оставляя его под контролем, и взглянула в сторону Малька, чтобы получше разглядеть и убедиться в своей догадке. Она повернулась и замерла в изумлении. Малек стоял, протянув руку со сжатым кулаком в сторону того самого глушителя, а тот, синея на глазах, с выпученными глазами сползал по стене на пол. Несколько секунд, и Малек, разжав кулак, глухо, с трудом выговаривая слова, произнёс:
– Сапфир, беги!
Девушка опешила. Это действительно был тот самый Малек!
– Малек, родной, что с тобой?
– Беги, говорю! – через силу выговорил тот. – Как выйдешь на улицу, поверни не к центру, а в обратную сторону.
– Погоди! А ты? Давай со мной!
– Не перебивай! Я держусь из последних сил. Марфа меня обработала, промыли мозги полностью, но часть меня осталась. Ты прости меня за предательство! Это был не я… М-м-м.
Малек замычал и скорчился, словно внутри его выжигали калёным железом. Голос его дрожал, срывался. Он пересилил боль и продолжил:
– Мне всё равно конец! Я напоследок хочу искупить свою вину. Беги! Там в конце улицы стоит наш броневик. В нём твой рюкзак и автомат… Я всё собрал. Там всё, что было. Я собрал еды и воды для тебя и кошки. А теперь уходи. Я держусь из последних сил… Килдинг, в которого Марфа меня превратила, рвётся наружу. Беги! Я не знаю, сколько у тебя времени, просто беги…
Сапфир рванулась к двери, проскочила мимо скрюченного Лешака и, уже обернувшись из коридора, показывая на бездыханное тело глушителя, бросила короткое:
– Жри, можно!
Захлопнув дверь, она ещё раз с грустью посмотрела на Малька и побежала к выходу.
Ветки хлестали по лицу, норовя попасть в глаза, автомат предательски бил по тазу прикладом, сбивая скорость, на плечах непомерной тяжестью висел рюкзак, оттягивая их вниз и передавливая лямками кровоток так, что даже руки стали неметь. В голове мелькали образы Малька и Лешака. Не того, что сейчас, скорее всего, доедает подручного Марфы, а того домовика, который пытался её отпустить. И ещё в памяти всплыли его слова: «Запомни! Уходи только на северо-запад!» И Сапфир шла, бежала, сбивая дыхание, преодолевая боль и тяжесть, лишь бы уйти подальше от этих тварей в образе людей. Она шла без остановки уже почти четыре часа. Сама удивлялась своей силе и выносливости. Луна белой пушистой молнией мелькала чуть впереди, иногда останавливаясь и поглядывая на хозяйку. Сапфир знала: она не подведёт. Уж точно в лапы к тварям не выведет. А вокруг был лес. Непроходимые чащи, без дорог, без тварей и, самое главное, – без людей! Сапфир шла на северо-запад.
Глава 27 – Мертвый стаб
Сапфир бежала, прорывалась сквозь чащу леса, стараясь как можно быстрее и как можно дальше уйти от логова килдингов. Ожидаемой погони почему-то не последовало, может быть, потому что они еще не знают о ее побеге. Не до нее им пока, ведь там явно что-то случилось у них, и, судя по промелькнувшему страху в глазах Марфы, происшествие не из рядовых! А может быть, просто они ее ищут не там? Не зря ведь Лешак тогда ее предупредил, чтобы уходила она строго на северо-запад. С этой стороны стаб граничил с лесным кластером, где в основном был почти непроходимый лес, какого раньше С КАК Сапфир не видела. Лес с высоченными деревьями, смесью хвойных и лиственных пород и заросший мелкой порослью и кустами, которые будто живые, так и норовили стегануть по глазам или, зацепившись за что-нибудь из одежды, тормозили продвижение вперед.
Малек не обманул и собрал все в броневике, который стоял на небольшой площадке, для чего-то устроенной бывшими жителями у самого ограждения поселения. На ее удачу, огромная, в пять или шесть метров, стена, опоясывающая поселок, именно в этом месте была проломлена. В основании зияла двухметровая пробоина в бетоне, из которой наружу торчала арматура с остатками бетона. Не понимая, откуда она знает эту информацию, Сапфир как-то машинально про себя отметила, что такие разрушения могли остаться только от взрыва с внутренней стороны стены. Через эту-то пробоину она, схватив в салоне свой рюкзак и автомат, и покинула проклятый стаб. Впереди, постоянно оглядываясь на хозяйку, неслась Луна, почему-то постоянно петляя, словно оббегая какие-то препятствия на абсолютно ровном поле. Сапфир, не отдавая себе отчета, просто бежала, повторяя все ее реверансы, пока они не добежали до опушки леса. Обернувшись на мгновение, чтобы убедиться, что погони нет, у Сапфир похолодело все внутри. На краю поля, которое они только что миновали, стояли таблички «Мины». Луна, чувствуя опасность, вела ее безопасным путем, показывая дорогу. Но стоять на месте было опасно! В любой момент килдинги могли послать в погоню людей, и тогда-то им точно конец. И она углубилась в чащу леса.