Игорь Васильев – След Всполоха (страница 11)

– Прилетел ваш птеродактиль, с ним разговаривал Мастер Озэн, – сообщил Винг. – Потом Озэн собрал всех старейшин и сказал, что Охотники находятся в трёх днях пути. У них большой отряд и несколько летающих платформ, несущих оружие. Потом Озэн сказал, что вам необходимо уходить. Мастер звал и озерников, потому что Охотники наверняка думают, будто мы вас прячем и перебьют всех. Горные Йоки любят убивать… – с грустью добавил он.

– Я знаю, о чём ты говоришь. Я слышал, как ваши старейшины отказались уйти с нами. – Стрэг созерцал зеркальную чистоту воды.

– Но ведь тебя не было там!

– Я был там… мысленно, если тебе это что-то говорит… Думаю, старейшины допускают ошибку. Но и мы чувствуем свою вину перед вами. Мы не можем вас защитить, поскольку, защищаясь, придётся и убивать. А мы не хотим убивать. Ведь всем вам осталось не очень много… – Стрэг не договорил, понимая, что может обидеть Винга.

– Мастер, все озерники не могут и не хотят уходить. Но у меня есть просьба…

– Говори…

– Нас двенадцать: шестеро юношей и шесть девушек. Мы просим разрешения пойти с вами. – быстро произнёс Винг.

Стрэг молчал. Он предполагал подобное, но не подал виду. Необходимо было соблюдать ритуал.

– Хорошо ли лишать деревню шестерых юношей, когда предстоит смертельная битва?

– Мы спросили разрешения у Совета старейшин. Они дали согласие. Если будет сражение, то озерники погибнут. Не в этот раз, так в следующий. Если же его не будет, то обойдутся и без нас.

– Для чего вы хотите уйти с нами? – Тихо спросил Стрэг

– Мастер, я хочу стать таким же, как ты. – Ответил озёрник. -Чтобы никто не мог обидеть моё племя…

– И это всё? – Уточнил Стрэг. – Получив Знание, ты начнёшь убивать, чтобы не быть убитым?

– Нет, Мастер. – Винг покачал головой. – Получив Знание, я смогу предотвратить убийство.

– Если всё так просто, то почему же мы не сделали этого? – Стрэг пристально смотрел на Винга. – Как ты думаешь?

– Я думаю… – Винг замялся. – Я думаю, что вы… что вы немного равнодушны к тем, кто не обладает Знанием…

– И ты хочешь стать добрее нас? – Грустно усмехнулся Стрэг.

– Да, Мастер. – Подтвердил озёрник. – Прости.

– Ты ошибаешься в том, что мы равнодушны. – Сказал Стрэг. – Но прав, что хочешь стать добрее. Пойдём, мне надо кое-что решить с Озэном и птеродактилем.

– Да, Мастер… – Винг замялся. – Старейшины просили вас ещё об одном.

– Говори. – Стрэг задержался.

– Выберите и для себя девушек из нашего племени.

– Зачем? – теперь Стрэг действительно удивился.

– Старейшины думают, что ваши дети будут совсем другими Йоки, чем мы или Охотники. По-настоящему добрые и сильные. Это важно для нас.

– Старейшины думают о судьбе цивилизации? – Стрэг наклонил голову.

– Да, Мастер. Не все слова, что ты говорил, унёс ветер. Некоторые остались в наших сердцах. И от этого становится больно… Вы можете уменьшить эту боль…

– Хорошо, Винг. – Согласился Стрэг. – Мы посоветуемся. А теперь пойдём, времени мало…

Птеродактиль реял над небольшим отрядом Йоки, высматривая опасность. Два пульсирующих белёсыми искрами силуэта плавно перемещались по обе стороны отряда, вышедшего несколько дней назад из топких болот и приближающегося к скалам.

Озэн шагал впереди, Стрэг замыкал шествие, а на привалах Криз и Розг, обретая свои тела, присоединялись к остальным. Птеродактиль, поохотившись, обычно усаживался неподалёку и дремал, почти не вступая в контакт. Он только сказал: место, куда идут, это лучшее, что он может предложить. Кто хочет – пусть сам себе ищет жильё. Поскольку Обладающие Знанием решили взять с собой совершенно ненужных им озерников, то он, доведя до места, расстанется со всеми. Любые попытки проникнуть в его мысли перекрывались резким красным свечением. Мастера решили, что всё это очень странно.

Иногда птеродактиль куда-то исчезал, а возвращаясь, не произносил ни слова, только взлетал и радостно выписывал круги в вышине.

Когда перед путешественниками выросли величественные и грозные скалы, закрывшие весь горизонт, они увидели ущелье, в котором предстояло им жить. Птеродактиль спустился и, отозвав мастеров, обратился к ним с самой длинной речью, которую когда-либо произносил.

– Послушайте, что скажет вам старый, много видевший на своём Круге птеродактиль. Мы недолго были вместе, но я привязался к вам за этот миг Вечности. Я недаром привёл вас сюда, к скалам. Никогда не ступала здесь нога Йоки из Гор-Городов, и никто из вашей цивилизации, по крайней мере, за несколько последних Полных Жизненных Циклов. Скалы с той стороны омываются мировым океаном, а отсюда защищены непроходимыми болотами. Здесь нет даже древних гигантов, так что если вы опять потеряете Знание, то вам некого будет ненавидеть и уничтожать…

Мастерам показалось, что птеродактиль усмехнулся собственной шутке.

– А теперь я хочу сообщить две новости. Первая, может быть, самая важная за всю мою долгую жизнь… Именно здесь родина моих предков, здесь я обрёл своих братьев.

– Ты встретил разумных птеродактилей?! – Йоки были ошеломлены.

– Да! – Ящер взмахнул крыльями.

– Но когда? – Спросил Озэн

– Давно. – Птеродактиль сердито щёлкнул клювом. – Когда мысленно улетал осматривать выход из болота… для вас, на всякий случай. Но не перебивайте больше. Я ухожу к ним. Вы не можете понять моей радости, ибо никогда не были одиноки. Благодаря вашим а-Джи я не потерял разум и не превратился в глупое летающее животное, как остальные… там. Но есть ещё одна новость. За больши́м перевалом, у моря, в стороне, где поднимается Светило, живут похожие на вас существа. Их мозг настроен на приём мыслящей энергии. Настроен слабо, еле уловимо, но со временем сигнал разовьётся, а это значит, что вы сможете стать свидетелями их развития. Это очень важно… А пока живите и постарайтесь не исчезнуть вместе со всеми. Я оставляю вас.

– Постой, – Озэн подошёл к птеродактилю и обнял его за шею. – Прилетай почаще. Ты здорово помог нам. Спасибо.

– Не за что. – ответил он. – Надеюсь, что видимся не в последний раз, а в память о тех а-Джи, я буду называть вас Джи. Просто Джи…

– А как звать тебя? – Стрэг погладил перепончатое крыло.

– Птеродактили никогда не называют своего имени другим. Но вы можете знать. Меня зовут Драк. Это означает – Сила. А теперь прощайте.

– Прощай, крылатый друг…

– Прощай…

Долго ещё смотрели мастера в сторону, где в лучах заходящего Светила растворилась чёрная точка.

ГЛАВА 7

Золотистое свечение тоннеля потускнело. Пётр почувствовал страх: жуткий и липкий. Холод смерти прикоснулся к нему, взгляд ее заставил съежиться и умолкнуть плачущую душу. Сверхъестественным усилием воли Пётр поднял вверх руки и, падая, начал рвать неподвижность тьмы. Боль миллиардами иголок впивалась в плоть и разрушала ее.

И когда глаза с потрескавшимися зрачками вот-вот должны были вырваться из глазниц, перед ними возникла узкая полоска света. Пётр ударился в это место, тем последним, что оставалось – своей сутью. И, осознавая, что все телесное разрушилось в пыль, он наконец-то обрел свободу.

Сознание… Единственное, что сохранилось после прохождения тоннеля. Воспарив, Пётр представил себе человеческое тело, легкое и прозрачное, и оно немедленно возникло в воздухе. Точка переместилась к телу и вошла в него через отверстие в центре лба. Он приподнялся над каменным полом и огляделся. Посреди пещеры лежал черный камень, тот самый, на котором долгие годы покоился птеродактиль. С правой стороны камня Пётр заметил трещину и сразу осознал, как он сюда попал. Мысль о том, что он оказался действующим лицом своих же галлюцинаций, его не беспокоила.

Пронзив своды пещеры, он вылетел на свободу. Поднявшись к облакам, Пётр заметил, то для чего он прибыл сюда – Разум, который засеивался в подходящее для развития тело, и собирался, когда приходило время сбора урожая. Разум, противопоставляющий себя необъятности и стремящийся с нею слиться.

Пётр мысленно устремился к ущелью, такому знакомому по предыдущим снам, и тут же оказался над ним. Он чувствовал энергетические вихри, и все, что он понимал и ощущал, проходило сквозь его прозрачное тело. Наверное, так воспринимает хрупкая ранимая душа флюиды, излучаемые мозгом.

Пётр видел, как Йоки, сидящие на траве и внимающие Голосу, внезапно исчезли. На краю пропасти стоял одинокий Йоки. Он двинулся вперед, но не упал вниз, а продолжал идти прямо по воздуху. Невдалеке другой неожиданно раздвоился, его красный двойник с похотливым взглядом создал желтого с аурой печали. Третья копия, наполненная зеленым свечением, олицетворяющая спокойствие, породила синюю, сосредоточенную на Возвышенном. А когда возникло фиолетовое излучение, то двойники пропали, и все началось сначала.

На другом краю скал могучий вихрь поднял в поднебесье каменный обломок утеса и с шумом бросил в океан. Падая, многотонная глыба рассыпалась на мелкие частицы; около самой воды ураганный ветер подхватил их. Они застыли, образуя замысловатые узоры, и, направленные могучей силой, вновь разделились…

Маленький мальчик, стоя на вершине скалы, забавлялся, притягивая облака и сгущая их в тучи. Он поднимался в высь сияющим лучом и, превращаясь в ветер, отгонял тучи к океану, заставляя проливаться их бешеным водяным потоком. А когда в небе появился огромный птеродактиль, изрыгающий пламя из зубастой пасти, то ветерок догнал его и обратился в маленького Йоки. Он весело смеялся, крепко держась за чешую на спине чудовища. Ящер, повернув голову, тоже улыбнулся мальчику, а потом исчез, и Йоки, падая в океан, продолжал смеяться.