Игорь Васильев – Хроники "ОРКС". Том 1 (страница 27)

Она взяла стакан, но пить не стала — просто вертела в руках, глядя на янтарные разводы на стекле.

— Самое поганое — это грибница. Если на Форго-3 есть активная грибница, у нас будут большие проблемы. Эти твари растут там, как грибы после дождя. И главный монстр — он всегда огромный. Но я никогда сама не видела грибницу.

Неферит молчала, переваривая услышанное. Затем тихо, но твёрдо произнесла:

— Значит, наша задача — найти грибницу до того, как она активируется. И уничтожить её тихо, без гигантских монстров и потери городов.

— Именно. — Кристина кивнула и стукнула кулаком по столу. — И вот тут ты со своим тактическим мозгом нам и нужна.

Она подняла пустой стакан и вопросительно взглянула на Неферит.

— Так что давай, тактик. У тебя есть план, как искать эту чёртову грибницу в средневековом мире, полном зверолюдей и магии?

Неферит слабо улыбнулась холодной, но уже не колючей усмешкой. Взяла с соседнего стола чистый стакан и пододвинула к Кристине:

— План пока сырой. Но я знаю, с чего начать. Налей мне тоже. И я расскажу.

Кристина скалилась, наливая янтарной жидкости в оба стакана:

— Вот это по-нашему. Давай, хвостатая. Рассказывай. А я добавлю, если что — у меня опыт полевой, а не бумажный.

Они чокнулись. Звон стекла разнёсся по пустой столовой, и за панорамным окном, словно в ответ, мигнула далёкая звезда.

Неферит провела пальцем, и на голограмме появились первые пометки — яркие, фиолетовые, под цвет её эфира.

— Первое: искать места с повышенной концентрацией кристаллов или его аналогов. Нужно отправить дронов на детальное сканирование. Пусть ищут аномалии в геологической структуре. Кристаллические жилы, пустоты, неестественные полости. В идеале: сканирование с орбиты, когда подлетим.

Кристина кивала, подперев щёку кулаком:

— Логично. А если грибница глубже, чем видят дроны? Или маскируется?

— Тогда второе: социальные следы. — Неферит переключила голограмму на схему Вектрополя. — Геоиды внедряются в общество, чтобы разжигать войны и ослаблять население. Нужно искать регионы с неестественно затяжными конфликтами, внезапными предательствами среди знати, странными союзами, которые не имеют смысла. Всё, что пахнет манипуляцией извне. И я уже догадалась для чего нужны грибницы. Это боевой потенциал, чтобы вырезать наиболее стойкое население. А значит, этот потенциал будет направлен туда, где они не смогут разжечь горнило войны.

Над столом всплыли схемы — модель города, линии коммуникаций, отметки правительственных зданий.

— Например, если два соседних королевства веками жили мирно, а потом вдруг начали резать друг друга из-за пустяка — это подозрительно. Если король внезапно сменил советников и начал гонения на магов — подозрительно. Если в регионе участились исчезновения людей, а местные власти это игнорируют — подозрительно вдвойне.

Кристина хмыкнула, и в этом хмыканье слышалось что-то среднее между скепсисом и уважением:

— То есть ты предлагаешь читать местные новости и сплетни? Искать местную «жёлтую прессу»?

— Я предлагаю анализировать информацию, — сухо ответила Неферит. — Су сказала, что в столице должны быть архивы, библиотеки, возможно, магическая академия. Нужно внедриться и изучить историю региона за последние десятилетия. Где были войны? Где случались эпидемии? Где появлялись «проклятые земли» или «обиталища чудовищ»? Всё это — потенциальные точки.

— И третье, самое неприятное. Если грибница уже активирована и начала производить монстров, то значит у нас мало времени. Нужно искать сведения о необычных чудовищах и монстрах и готовиться к худшему.

Кристина допила стакан и поставила его на стол с глухим стуком:

— Неплохо, тактик. Очень неплохо. Три направления поиска: геолого-энергетическое, социальное и мифологическое. Если хоть одно даст зацепку, то мы сузим район. — Она скалилась. — А дальше мой выход. Найду грибницу — разнесу её в щепки. В смысле, в кристаллическую пыль. Будет красиво.

Неферит позволила себе лёгкую улыбку.

— Не спеши. Грибница — это не просто пещера с кристаллами. Это живая структура. Если её повредить неправильно, она может выпустить защитный механизм. Или самоуничтожиться, похоронив тебя. Нужно действовать аккуратно: сначала изучить, потом нейтрализовать.

Она стала серьёзнее и подалась вперёд:

— И ещё. Ты говорила, что сражалась с Геоидами. Расскажи мне о них больше. Не из отчётов. Что ты чувствовала, когда била их? Как они двигаются? Есть ли у них слабости, которые не описаны в файлах? Мне нужно понять их... душу, если она у них есть. Это поможет предсказывать их действия.

Кристина задумалась, наливая себе ещё немного. Её лицо на мгновение стало далёким — там, за гранью настоящего, лежали воспоминания о битвах, о которых она редко рассказывала.

— Душу, говоришь... Ну, слушай. Они странные. Когда дерёшься с ними, ощущение, будто бьёшь по живому камню. Твёрдые, но внутри что-то пульсирует. Как сердце, только не органическое. Двигаются... по-разному. Мелкие — быстро, дёргано, как насекомые. Не угонишься, если не привык. Крупные — медленно, но неотвратимо, как лавина. И знаешь, что я заметила? Они почти никогда не атакуют первыми, если не уверены в победе. Они наблюдатели. Оценивают. Выжидают. Как пауки в засаде.

Она нахмурилась и сделала большой глоток.

— И да, эмоции у них есть. Я видела не только страх. Однажды, когда мы с Виком бились, одна тварь, раненая, истекающая этим своим светящимся дерьмом — прикрыла собой мелкую. Как мать. Понимаешь? Как мать, защищающая детёныша. Вик тогда остановился, посмотрел... но всё же добил. Он сказал: «Это жертвы своей природы. Уничтожать их — необходимость, но не нужно получать от этого удовольствие».

Она замолчала, глядя в стакан так, будто на дне его прятались ответы на вопросы, которые она боялась задать.

— С тех пор я. стараюсь не ненавидеть их. Просто делаю работу. Так проще. Ненависть выжигает изнутри.

Неферит молчала, переваривая услышанное. Её пальцы медленно вращали стакан на столе. Где-то в глубине её фиолетовых глаз шла невидимая борьба — между старой ненавистью и новым пониманием.

Наконец она заговорила — тихо, почти шёпотом:

— Я понимаю. Но мне пока трудно... не ненавидеть. Слишком много они у меня отняли. Мой мир. Мою жизнь. Может, когда я увижу их вживую, пойму. А пока... — она подняла стакан, и в этом простом жесте было что-то почти ритуальное, — ...давай выпьем за то, чтобы найти эту грибницу и за то, чтобы уничтожить всех кремниевых тварей. И за то, чтобы вернуться с этой планеты живыми.

Кристина подняла стакан, и стекло звякнуло о стекло — чистый, высокий звук, повисший в тишине пустой столовой:

— За это всегда. И за то, чтобы Вик не натворил там глупостей без нас. А то знаю я его, полезет в самое пекло, герой хренов, а нам потом отдуваться. И за ОРКС. И за новых членов. За тебя, Неф.

— За второй шанс, — тихо ответила Неферит и посмотрела на звезды в окне.

Они выпили. За окном медленно вращалась звёздная спираль — равнодушная, вечная, хранящая в себе миллионы ещё не рассказанных историй. Две женщины сидели в тишине, и между ними незримо крепла связь — не просто боевых товарищей, но тех, кто делит общую боль и общую цель.

Глава 9. Партнеры

Тренировочный отсек «Феникса» в ранний час дышал пустотой и холодным озоном. Силовые поля на стенах мерцали вполсилы, ожидая активации, дроны-регистраторы спали под потолком, свернувшись, как металлические летучие мыши. Голубоватая подсветка заливала арену ровным, стерильным светом, в котором каждое движение казалось чуть более резким, чуть более значительным, чем обычно. Воздух пах разогретыми панелями и чем-то ещё — тем самым запахом, который бывает только в местах, где часто происходят схватки. Запах пота, стали и победы.

Неферит вошла первой — свежая, собранная, как клинок, только что извлечённый из ножен. На ней был облегающий тренировочный костюм тёмно-серого цвета, подчёркивающий каждую линию её фигуры, хищную, текучую грацию, которая была свойственна только ей. Короткие розовые волосы, были убраны сзади в короткий хвостик. Чёлка падала на глаза, придавая взгляду дополнительную остроту. Ни следа вчерашней усталости. Ни тени недосыпа. Хвост плавно покачивался, описывая в воздухе широкие дуги. Острые уши стояли торчком — боевая стойка, перенесённая с полей сражений в тренировочный зал.

Она вышла в центр арены, обвела взглядом пустое помещение и демонстративно, вздохнула:

— Ну конечно. Я прихожу вовремя, как цивилизованное существо, привыкшее к дисциплине и порядку, а эта гора мышц, видимо, ещё дрыхнет после вчерашнего. — Она покачала головой, и в этом жесте было столько же осуждения, сколько и наигранной скорби. — Пунктуальность — удел избранных, не так ли? Но нет, некоторым подавай ещё часок поспать. А потом они удивляются, почему их завоевали.

Она начала разминаться. Движения были плавными, грациозными — почти танец. Наклоны, выпады, растяжка. Каждое движение отточено до автоматизма, но в нём сквозило что-то, что выходило за рамки простой практичности. Она не просто разогревала мышцы — она позировала. Для пустого зала, для дронов, для самой себя. Стойка, полуоборот, взмах хвостом. Хищница, наслаждающаяся собственной формой. Клинок, тоскующий по ножнам и одновременно презирающий их.