Игорь Васильев – Хроники "ОРКС". Том 1 (страница 19)

— Эй! — возмутилась Кристина, но в её голосе не было ни капли настоящей обиды. — Я не проигрываю словесные битвы! Я просто... даю новичку фору! Из вежливости!

Дверь бара открылась — мягко, почти неслышно, с тем самым шипением, к которому Неферит уже начинала привыкать. Вошла Су, уже без медицинского халата, в простом чёрном топе и джинсах, которые обтягивали её стройную серую фигуру. За ней — Вик. Сигара в его зубах на этот раз была потухшей — то ли из уважения к замкнутому пространству, то ли просто потому, что он забыл её раскурить.

Су спокойно заняла место за столиком у стены, с видом на голографическую туманность, жестом подозвала робота и заказала чай. Напиток — дымящийся, тёмный, с травяным ароматом, в котором угадывались нотки каких-то незнакомых растений, — появился перед ней через несколько секунд. Она взяла чашку и, прищурив жёлтые глаза, оглядела собравшихся с видом матери, проверяющей, чем занимаются её непутёвые дети.

— Вижу, адаптация новобранца идёт успешно. Неферит уже раскраснелась, Кристина хохочет. Муо сравнивает всех с аниме. Полный набор. — Она подула на чай и добавила с лёгкой, едва уловимой иронией: — Надеюсь, вы не научили её пить «Красную ярость» на голодный желудок.

Вик опустился в соседнее кресло, закинув ногу на ногу с той особой, ленивой грацией, которая всегда напоминала Неферит о крупном хищнике, дремлющем в засаде. Он наконец раскурил сигару — Барни, кажется, решил не протестовать, — и сизый дым поднялся к потолку, смешиваясь с красноватым полумраком.

— Пусть расслабляется. Завтра у неё начнётся ад с Кристиной. Персональный филиал преисподней в тренировочном зале. А у нас прыжок в средневековье. Почти год в мире, где магия — норма, электричество — миф; и задницы подтирают листочками. — Он кивнул роботу, и в его голосе мелькнула та самая командирская интонация, которая не терпела возражений: — Барни, моё обычное. И не вздумай разбавлять.

Робот поставил перед ним стакан с янтарной жидкостью и одним-единственным, идеально прозрачным кубиком льда. Вик взял стакан, но пить не спешил — просто вертел в пальцах, наблюдая за игрой света в янтаре. Звёздный свет из голографической панели падал на его лицо, высвечивая скулы и эти невозможные, потусторонние зелёные глаза.

Неферит повернулась к вошедшим. Её взгляд задержался на Вике чуть дольше, чем следовало бы: дольше, чем позволяла её обычная сдержанность, дольше, чем диктовала простая вежливость. Она быстро отвела глаза, сделала глоток из нового бокала, который уже успел материализоваться перед ней. Барни работал быстро. И постаралась скрыть смущение за привычной колкостью:

— Ад с Кристиной? Звучит как угроза. Я уже прошла ад сутки назад. Ваш ад... посмотрим. Может, он хотя бы будет тёплым. — Лёгкая запинка выдала, что язык начинает заплетаться, но она упрямо продолжила, — Кстати, командир... а ты? Ты вообще кто? Откуда взялся? Твои зелёные глазищи, твои наниты, которые могут воскрешать почти мёртвых... Ты вообще человек? Или притворяешься?

В баре повисла пауза. Звенящая, когда вопрос попадает в цель — не в броню, а в живое, незащищённое место. Кристина перестала жевать лёд из стакана и замерла, глядя на Вика. Муо застыла с трубочкой во рту, и её голубые глаза стали серьёзными. Даже Су подняла взгляд от чая — жёлтые глаза, всегда спокойные и профессиональные, на мгновение стали острыми, как скальпели.

Вик медленно вертел стакан в пальцах, глядя на янтарную жидкость так, будто видел в ней что-то, недоступное остальным. Молчание затягивалось, становилось тяжёлым, но никто не решался его нарушить. Наконец он заговорил — и голос его звучал иначе, чем обычно. Без привычных шуток. Без командирской стали. Устало. Почти... обнажённо.

— Человек? Хороший вопрос. Ты не первая, кто его задаёт. И не последняя. — Он усмехнулся — сухо, коротко, словно выстрелил. — Когда-то был. Давно. Очень, очень давно. Тогда у меня было другое имя. Другая жизнь. Другое... всё. Сейчас я. нечто иное. Результат эксперимента, который пошёл не так. Или так — это зависит от точки зрения. Те, кто ставил эксперимент, мертвы. А я — жив. Думаю, это ответ.

Он наконец сделал глоток — короткий, почти незаметный и продолжил:

— Я не старею. Не умираю. Могу управлять каждым атомом своего тела в пространстве. И да, мои глаза светятся в темноте — ты заметила. Обычно это первое, что люди замечают. Ещё до того, как понимают, что я опасен.

Он поднял взгляд на Неферит, и в этих зелёных глазах, невозможных, светящихся, потусторонних глазах — мелькнуло что-то древнее, усталое. То, что не могло принадлежать обычному человеку. То, что принадлежало существу, видевшему слишком много.

— Но я всё ещё помню, каково это, быть человеком. Бояться. Любить. Терять. Проигрывать. Надеяться, когда надежды нет. Я помню всё. Это моё проклятие и мой дар. Поэтому существует ОРКС. Не для того, чтобы завоевать галактику. Не для славы. Не для мести, хотя месть тоже была. А для того, чтобы защищать тех, кто ещё может чувствовать всё это. Тех, у кого есть будущее. Тех, кто не разучился быть живыми.

Тишина сгустилась до звона. Даже робот-бармен, казалось, затих, перестав жужжать. Музыка стала тише, словно сам корабль прислушивался. Неферит смотрела на Вика, и в её фиолетовых глазах не было ни надменности, ни холода, ни этой вечной брони. Только понимание.

Кристина заговорила первой, неожиданно тихо, без обычной бравады. Её голос, всегда громкий, как рынок в базарный день, теперь звучал почти интимно:

— Я пошла за ним не потому, что он сильный. Ну, то есть, он сильный, да. Очень. Мог бы меня скрутить в узел. Но я пошла за ним, потому что он был тем, кто посмотрел на меня и не увидел монстра. Понимаешь? Все видели красную демоницу. Опасную. Непредсказуемую. Способную разорвать на части, если её разозлить. Злую на весь белый свет и отвергнутую всеми. Я не укладывалась в устои своего мира: мои меня изгнали, а люди не приняли. А Вик и Су меня приняли, правда он сначала чуть не убил меня, хорошо, что Су остановила. Я тогда тупанула и причинила вред ей. Спасибо Су. И потом он сказал: «Ты просто солдат, которому нужно дело». И я поняла — да. Это я. Не монстр. Солдат. Ну, в общем вот теперь я тут.

Муо добавила тихо, теребя трубочку в пальцах с таким видом, будто решалась на что-то важное:

— А меня он нашёл на той же планете, что и Су. Только мы были не вместе. Я была... одна. Очень одна. Мой хозяин — тот же демон, которому Су служила, — он... он не был добрым. Я была для него просто вещью. Глазами, которые смотрят. Ушами, которые слушают. В любой момент, за любой проступок он мог убить меня, как Су. И я думала, что так будет всегда. А потом появился командир. Вернее, свалился с неба. И как посмотрит на меня, с расстояния в несколько километров, прямо в глаза, я чуть не описалась от страха тогда. Никто из людей так не мог, это было нереально. Хозяин приказал следить за ним, я не могла ослушаться. И я следила. А потом он как возникнет напротив меня, огромный, страшный, с изумрудными глазами. Я думала все, мне конец. А он оказывается хотел на меня маячок поставить. — Муо немного хихикнула. — Но я так испугалась, что просто пошла за ним. Меня не отлепить было. Ну... в общем он махнул рукой и вколол нанитов, чтобы убрать ДНК хозяина. Так я оказалась в ОРКС. Он еще тогда сказал: «Значит тогда будишь моими глазами, наниты знаешь ли дорогие, придется поработать». — Она попыталась передразнить Вика, но с её голоском это выглядело забавно.

Су спокойно помешивала чай, и пар поднимался над чашкой, окутывая её лицо белым ореолом. Её голос звучал ровно, но в нём слышалась та самая застарелая боль, которую она обычно прятала за профессионализмом:

— Я была демоном, как и Муо. Убийцей. Не просто убийцей — я получала удовольствие от процесса. Я была надменна и играла с жизнями как кошка с мышами. Я пожирала людей. Я служила тьме, потому что считала, что это мой путь. Что я создана для этого. Что я высшая в этом мире. Пока сама себя же и не закопала свой глупостью. Я сделала то, чего нельзя было делать. И по воле повелителя меня просто разорвало на части. Вот тогда-то я и поняла, какого это, молить о пощаде. А потом, после ада, я увидела командира, который сидел надо мной. Наниты и моя регенерация достали меня с того света, буквально из пары кусков тела. С тех пор слишком многое изменилось.

Неферит медленно обвела взглядом каждого. Кристину — красную, шумную, но в глубине, кажется, гораздо более ранимую, чем показывала. Муо — маленькую, с огромными глазами, пережившую нечто, о чём она ещё не рассказывала полностью, но что оставило шрамы не на теле — в душе. Су — спокойную, собранную, с четырьмя руками и историей, которую та пока держала при себе, но только что приоткрыла завесу. Затем перевела взгляд на свой бокал. В сине-фиолетовой жидкости переливались миниатюрные звёзды.

— А меня он вытащил из огня смерти, — произнесла она тихо. Почти шёпотом. — В буквальном смысле. Я уже падала в пустоту. Я уже проиграла. Я уже сдохла, сгорела дотла. А он... появился зачем-то. Не знаю, зачем. Не знаю, почему я. Может просто потому, что я была там. Может, потому что он увидел во мне что-то, чего я сама в себе не видела. — Она перевела взгяд на Вика. — Я не понимаю.