Игорь Смирнов – Шут Империи (страница 18)
– Железнорык?! Один на один?! По-моему, это не доблесть, – отец сурово посмотрел на младшего сына, – а полная дурость. Весьма надежный способ самоубийства.
– Вот я и не дал этому свершиться, уважаемый дон Фонтен. Но, хотел бы просить вас не сильно ругать дона Олиера, потому что он вышел на защиту своего командира, дона Грамана. Надо сказать, такой поступок многое говорит о человеке, не правда ли? Как минимум, что он храбр и знает, как должен вести себя настоящий мужчина.
Было видно, что мои слова очень приятны хозяину дома.
– Безусловно, уважаемый дон Дега, мы не будем злоупотреблять вашим гостеприимством, но завтрашний день все же проведем у вас. Янис, ты слышишь – один день, послезавтра мы уезжаем.
Неизбежный в таких случаях политес был соблюден, и мы накинулись на еду.
Круто насыщенный различными событиями день меня вымотал, несмотря на магическую подпитку. После мытья в хорошо горячей воде и обильной еды разморило окончательно, хотелось лечь и не шевелиться. Илиниус выглядел не лучше. Радушный хозяин прекрасно видел наше состояние и с расспросами не приставал.
Зато младший получил сполна.
– Я не буду тревожить наших гостей, но вы, дон Дега-младший, потрудитесь ответить, почему вы не на службе. Дон Граман знает, где ты?
– Отец, к сожалению, моя служба окончилась, толком и не начавшись. Сегодня наш командир дон Граман подал в отставку, поэтому в дружине герцога мне места более нет. Ты же знаешь, как ко мне относятся старшие офицеры.
Дон Фонтен растерянно посмотрел на меня. Я молча кивнул головой, подтверждая слова дона Олиера.
– Жаль, очень жаль, – пробормотал расстроенный хозяин дома, – я с таким трудом устроил сына к дону Граману, и что теперь? В наше время так трудно найти хорошее место для приличного молодого человека.
Честно говоря, мы своим появлением сильно нарушили распорядок дня хозяина дома, если верить охраннику на воротах, то дон Фонтен собирался лечь спать часа два назад. Надо закругляться.
– Уважаемый дон Дега, большое спасибо за хлеб, за соль, но пора и честь знать. Поздно уже, еще немного и я засну прямо здесь. Давайте все разговоры перенесем на завтра, утро вечера мудренее. А по поводу дона Олиера не беспокойтесь, все будет хорошо, вот увидите.
– Да, да, господа, конечно, идите отдыхать, вас сейчас проводят в ваши комнаты. Я завтракаю в девять, если вы сочтете возможным присоединиться, буду очень рад.
– Замечательно, дон Фонтен, договорились, встречаемся завтра в девять.
Еще один безумный день закончился.
Все-таки хорошо быть магом, черт побери, утром я был свеж, как огурчик. Никакой усталости, никаких болячек, шрамы от вчерашних порезов сегодня едва просматривались на коже.
Спустившись к завтраку, я застал уже всех в сборе. Хозяин дома и Илиниус что-то оживленно обсуждали, младший Дега усиленно подпитывал растущий организм холодным мясом. Не то, чтобы я противник мяса, но с утра… Мне бы чего-нибудь полегче.
Вот, например, Элиза один раз приготовила вкусную кашу, что-то типа нашей гречки, для меня на завтрак то, что надо. Кстати, пока мы с Гогой жили на своей делянке, то основной пищей как раз была каша из распаренного зерна, по легенде мясо бедному парню было не особо-то по карману.
– Господин магистр, рады видеть вас в добром здравии, – поприветствовал меня старший Дега. Молодые люди встали со своих мест и поклонились.
– Господа, доброе утро, – я кивнул парням, и мы все вместе уселись за стол.
– Мы с господином Илиниусом обсуждаем возможные пересечения наших далеких предков. Оказывается, господин магистр родился в соседней провинции, а я немного знаю тамошние места. Там жила наша двоюродная тетка.
– Уважаемый дон Фонтен, – обратился я к хозяину дома, – как вы относитесь к таким блюдам, как каша?
– Ага! – воскликнул Дега-старший, – послушайте умного человека, молодые люди! Нельзя все время питаться одним мясом, необходимо разнообразить свою пищу. Кашу ели все наши предки!
Младший Дега скривил лицо, Илиниус деликатно промолчал.
– Сейчас нам приготовят вкуснейшую кашу, дорогой магистр Гор, – потирая руки и улыбаясь произнес дон Фонтен, – уверен, вы такого еще не пробовали.
– Замечательно, дорогой хозяин. А пока кашу готовят, я хотел спросить вас об одной вещи. Вы, наверное, знаете всех окрестных донов?
– Да, конечно, господин магистр, и не только окрестных, но и многих из пятой и четвертой провинций. А кто вас интересует?
Я был уверен, что узник в секретной камере никак не мог быть простым крестьянином. Да еще иметь известное многим прозвище.
– Меня интересует Антуан Беспалый.
Лицо хозяина дома заледенело, дон Олиер замер с куском в руке, Янис удивленно смотрел то на одного, то на другого.
– Так вот вы зачем явились сюда, ваши магичества, – злобно прошипел Дега-старший, – хитро, ничего не скажешь. Обработали бедного парня, – он кивнул на сына, – и решили добыть сокровища? Не выйдет! Я вынужден просить вас покинуть мой дом!
Я несколько озадачился такой реакцией на совершенно простой вопрос, что-то здесь не так.
– Прошу прощения, господин Дега, вы не могли бы объяснить причину такого решения? Да еще высказанного в таком неприемлемом тоне?
– Не валяйте дурака! Все вы прекрасно понимаете!
Конечно, можно было встать и уйти, невелика потеря. Но, честно говоря, на младшего Дега у меня уже имелись планы, да и хотелось бы разобраться, в чем дело.
– Молчать!! – я грохнул рукой по столу. – Ни слова более! Дон Фонтен Дега! Ни я, ни мой коллега понятия не имеем, о каких сокровищах идет речь. Ваш сын дон Олиер Дега сам пригласил нас в ваш дом, сами мы сюда являться совершенно не собирались, в чем клянусь Великим Светозарным!
Так как нигде не грохнуло и не сверкнуло, а я спокойно сидел на своем месте, то дон Фонтен сильно смутился.
– Вы знаете, господа, это прозвучало так неожиданно, что я… Тысяча извинений, – забормотал хозяин дома. Видно было, что теперь он не знал, что делать дальше. Оскорбить двух магов сразу – это надо умудриться. Последствия столь неосмотрительного поведения могут быть весьма тяжкими. – Боже правый, нет мне прощения… Как мне загладить свою вину, господа, не представляю.
Дон Олиер сидел пунцовый, молча опустив голову и что-то разглядывая на каменном полу.
Неприятно, конечно, слышать такие слова в свой адрес, но и не смертельно. Очень хочется разобраться, в чем здесь дело.
– Дон Фонтен, – обратился я к хозяину дома, – предлагаю честный обмен. Мы забудем ваши слова, произнесенные в большом волнении, да, Янис? – я посмотрел на мага. Тот быстро кивнул, соглашаясь.
А вы в свою очередь спокойно расскажете нам, что вас так взволновало. Идет?
Дега-старший с благодарностью посмотрел на меня и почти незаметно выдохнул. Олиер тоже вроде бы начал дышать.
– Дело в том, – начал дон Фонтен, вытирая лоб большим платком, – что Антуан Беспалый – мой старший брат.
Опа! Вот это поворот!
– Мой бедный брат пропал без вести почти тридцать один год назад. Я уверен, что это дело рук владетельного дона Омаго-старшего. Тогда все готовились к походу на Фрагонию, и герцог, как старший представитель отряда донов от шестой провинции, вызвал к себе Антуана. Больше мы его не видели.
Была надежда, что брат остался ночевать в замке герцога и поехал на общий сбор оттуда, но это было так на него непохоже. Он обязательно вернулся бы домой попрощаться с семьей.
А когда через три дня в поместье прибыл имперский дознаватель, надежды рухнули. Брата не было на общем построении армии императора и дознаватели разыскивали его. Я рассказал то, что знал, попросил чиновника помочь проникнуть в замок герцога и там поискать Антуана, но дознаватель отнесся к этой идее резко отрицательно.
Тогда я сам со своими людьми поскакал к замку, но молодой Омаго меня даже на порог не пустил, нарушив все правила этикета. Он прислал человека, который объявил нам, что дон Дега покинул замок в тот же вечер и где он сейчас, господин маркиз не знает.
Мы расспрашивали всех слуг, выходящих из замка, и что самое удивительное, несколько человек действительно видели, как Антуан выезжал из ворот замка на своей лошади.
Это было ужасно. Оставалось только ждать возвращения герцога, но и тут меня ждало горькое разочарование – герцог Омаго-старший умер во время похода, урну с его прахом привезли в замок. Оборвалась последняя ниточка.
Хозяин замка замолчал, погрузившись в воспоминания о тех далеких днях.
– Зачем же герцог в столь преклонном возрасте отправился в поход? – спросил Янис, – император бы понял его отсутствие.
– Почему в преклонном, – удивился дон Фонтен, – ему еще и семидесяти не было. Я же был младшим братом, поэтому тесно с герцогом не общался, так, видел несколько раз. Но, насколько я помню, физически крепкий был мужчина.
– Но такие люди просто так не умирают, – озадаченно произнес Илиниус, – омолаживающие процедуры, личный маг… Любой герцог может смело рассчитывать лет на двести, если не более. Так я не понял, он погиб от ран или от болезни?
– Вы знаете, господин магистр, я практически не выезжаю за пределы своих земель, которых осталось не так уж и много, – грустно усмехнулся Дега-старший. – В редких беседах с нынешним герцогом мы никогда не касались этой темы.
Да, кстати, припоминаю, как-то раз ко мне заезжал магистр Тан поправить мое здоровье. Вот он, как мне кажется, больше всех был огорчен скоропостижной смертью старшего герцога. И тогда за столом во время обеда он обмолвился, что для него такая смерть герцога совершенно необъяснима простыми причинами и что он видит здесь чей-то злой умысел.