Игорь Сегеда – Дирижёр и театр (страница 1)

Игорь Сегеда

Дирижёр и театр

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

Эта книга родилась не только из размышлений о профессии дирижёра, но и из личного жизненного опыта, воспоминаний, театральной практики и многолетнего внутреннего диалога с музыкой.

Когда-то всё начиналось как дипломная работа, посвящённая роли дирижёра в музыкально-драматическом театре. Однако со временем я всё яснее понимал, что сама тема значительно глубже обычного академического исследования.

Музыкально-драматический театр — особый мир.

Здесь музыка перестаёт существовать отдельно и становится частью живого сценического организма. Она соединяется с драматургией, движением, словом, светом, психологией актёра и эмоциональным состоянием зрительного зала.

Поэтому профессия театрального дирижёра остаётся одной из самых сложных, многогранных и одновременно малоисследованных сфер музыкального искусства.

Дирижёр в театре управляет не только оркестром.

Он управляет временем, эмоциональным напряжением сцены, атмосферой спектакля, внутренним дыханием музыки, психологическим состоянием коллектива и самой энергией сценического действия.

Со временем я начал всё глубже понимать, что дирижирование — это не просто техника жеста.

Это особая форма внутренней художественной энергии.

Настоящий дирижёр воздействует не только на музыкантов. Его внутреннее состояние незримо передаётся оркестру, хору, актёрам и даже зрительному залу.

В этой книге мне хотелось соединить профессиональное исследование, философию дирижёрского искусства, практический театральный опыт, личные воспоминания и атмосферу музыкального театра конца XX века.

Вся книга основана на реальных событиях моей жизни.

Это воспоминания о педагогах, первых спектаклях, работе в театре, музыке, сцене и людях, посвятивших свою судьбу искусству.

Я искренне благодарен своим педагогам — Георгию Сигизмундовичу Белецкому и Людмиле Михайловне Красюк, сыгравшим важную роль в моём профессиональном становлении.

С особым уважением и благодарностью я также вспоминаю профессора Петра Даниловича Горохова и Эммануила Григорьевича Белявского — выдающихся дирижёров, заведующих кафедрой и руководителей хоровых коллективов, у которых мне посчастливилось перенимать профессиональное мастерство и глубже понимать природу дирижёрского искусства.

Именно рядом с такими людьми приходит настоящее понимание музыки.

ГЛАВА I

НАЧАЛО ПУТИ

Музыка вошла в мою жизнь задолго до того, как я начал воспринимать её как профессию.

С самого детства меня притягивало нечто труднообъяснимое, скрытое внутри музыкального звучания. Тогда я ещё не понимал сложных гармоний, формы или законов музыкальной драматургии, но уже чувствовал особую внутреннюю силу музыки.

Она воздействовала не только на слух, но и меняла мое внутреннее состояние.

Позже я всё чаще замечал, как разные произведения создают совершенно разные эмоциональные пространства. Одни наполняли ощущением света и надежды, другие — тревогой и внутренним напряжением. Некоторые словно останавливали время.

Тогда я ещё не знал, что именно это ощущение однажды приведёт меня к дирижированию и театру.

Мой путь в музыкально-драматический театр начался в годы обучения в Донецкой государственной музыкальной академии имени С. С. Прокофьева, которая сегодня имеет статус консерватории.

Я учился на исполнительском факультете по специальности «хоровое дирижирование». Именно в этот период постепенно формировалось моё профессиональное мышление — как дирижёра, музыканта и будущего композитора.

Это было непростое, но удивительное время.

Конец 1990-х годов оказался тяжёлым для многих музыкантов и театров. Страна переживала серьёзные перемены, финансирование культуры сокращалось, однако даже в этих условиях музыкальная среда продолжала жить особой внутренней энергией.

Люди искусства продолжали служить музыке.

В такие периоды жизни особенно ясно понимаешь: настоящее искусство существует не благодаря внешним обстоятельствам, а благодаря внутренней потребности человека создавать и чувствовать прекрасное.

Моё знакомство с настоящей дирижёрской школой началось ещё в музыкальном училище.

Тогда заведующим кафедрой и дирижёром хора был Эммануил Григорьевич Белявский — выдающийся музыкант и педагог, оказавший огромное влияние на моё профессиональное становление.

Позже я поступил в Донецкую государственную музыкальную академию имени С. С. Прокофьева, где кафедру возглавлял Заслуженный деятель искусств Украины, профессор Пётр Данилович Горохов.

Для молодого музыканта возможность наблюдать работу таких мастеров была бесценной школой.

Я старался впитывать всё:

дирижёрскую технику, работу с хором, построение музыкальной фразы, культуру звука, психологию репетиционного процесса.

Но больше всего меня поражало другое.

Настоящие мастера никогда не работали только руками.

Они воздействовали на коллектив внутренним состоянием.

Меня поражала их способность управлять огромным хоровым звучанием, внутренней энергетикой коллектива и эмоциональной природой музыки.

Я никогда не забуду своё первое впечатление от хора под руководством Петра Даниловича Горохова.

Когда я впервые пришёл на репетицию, то специально сел на последнем ряду зала, чтобы просто слушать и наблюдать.

И уже с первых минут был потрясён звучанием хора и особой дирижёрской техникой этого выдающегося мастера.

Возникло удивительное ощущение, будто музыка незримо поднимает меня куда-то под потолок концертного зала.

Это было чувство чего-то возвышенного, почти необъяснимого и одновременно волшебного.

Особенно поражало то, что профессор Горохов практически не использовал внешне эффектных движений.

Его техника была удивительно сдержанной и точной.

Хор понимал его буквально с полувзгляда:

по едва заметному движению кисти,

по малейшему жесту руки,

по выражению глаз.

Одним взглядом он мог поднять звучание хора до мощного fortissimo, а затем так же мгновенно увести его в тончайшее pianissimo.

В этот момент я впервые по-настоящему понял, что дирижирование — это нечто гораздо большее, чем техника.

Это управление внутренней энергией музыки.

Позже я много размышлял о том, почему одни дирижёры способны буквально завораживать коллектив, а другие, обладая прекрасной техникой, не вызывают глубокого эмоционального отклика.

Со временем пришло понимание: подлинная сила дирижёра рождается не только из профессионального мастерства.

Она рождается из внутренней личности человека.

Музыканты очень тонко чувствуют состояние руководителя.

Оркестр или хор невозможно обмануть красивыми движениями.

Если дирижёр сам не переживает музыку глубоко, коллектив всегда это ощущает.

Для меня Пётр Данилович Горохов навсегда остался мастером с большой буквы.

Я до сих пор помню одну замечательную историю, которую профессор Петр Данилович Горохов однажды рассказал с особой теплотой.

Студенты глубоко уважали и искренне любили его. Однажды утром в день его рождения целая группа студентов очень рано пришла к дому, где он жил.

Встав под его окнами, они начали хором петь песню.