Игорь Рябчук – Роман-трилогия «Миры ушедших богов». Книга третья: Великая нагайна (страница 11)

Учился я на компьютерном симуляторе. В перерывах между занятиями мы составляли опись и маркировали груз. А чтобы по прибытии на Терру не болеть от скачка силы тяжести, мы каждый день на корабле понемногу увеличивали искусственную гравитацию. Только по ночам получалось общаться с Адамом. Первый день был самым непростым в нашем общении после отлёта с Атави.

– Ну здравствуй, Адам. Ничего не хочешь мне объяснить?

– Сам виноват. Надо планировать всё заранее. Я думал обсудить этот вопрос с тобой, но у нас, как всегда, аврал. Куда-то бежим, срочно улетаем, все в слезах. Никакой организации жизни. А теперь что, хочешь сделать меня виноватым?

– Это тут ни при чём. Тебе не стыдно бросать девушку одну на чужой планете? Без доступа к кораблю, без пилота, без друга, который придёт на помощь.

– Чего тогда сам не остался?

– У меня есть обязанности. Я не могу ими пренебрегать.

– То есть тебе можно ставить интересы Таи на второе место, а мне – нельзя?

– Я действительно не мог остаться. По объективным причинам.

– Ситуация – точная копия моей.

– У тебя-то какие причины?

– Начнём с того, что ты ничего не выяснил, но сразу меня обвинил, а я, между прочим, с помощью обычных компьютеров сумел автоматизировать все процессы. Флаеры летают, заводы работают – что ещё надо? Да, временно «Орёл» будет выполнять только внутрисистемные полёты, но я работаю над этой проблемой. Не всё так страшно, как тебе рисует воображение. Помимо верных вассалов, Таю теперь охраняет целый отряд земного спецназа.

– Допустим. Но зачем тебе лететь на Терру?

– Неужели ты даже не допускаешь мысли, что у меня тоже есть интуиция?

– Это не ответ.

– Ответ простой: я чувствую, что моё место рядом с тобой.

– Неубедительно. Сдаётся мне, что ты просто заскучал, вот и решил отправиться в космическую одиссею – развеяться, так сказать.

– Скорее наоборот. Я больше не хочу заниматься тем, чем занимался на Атави. Это для тебя Тая – идеал доброты и чистоты. А если бы ты знал, на что она пошла ради твоего спасения… Лучше тебе этого не знать. Всё это происходило при моём непосредственном участии.

– Что, прямо так всё ужасно?

– Будет лучше, если ты больше не станешь лезть ни в какие авантюры. Для твоего спасения царица Тая не остановится ни перед чем, нужно будет – захватит все миры один за другим, а, не приведи господь, если ты погибнешь… Даже думать страшно, что ждёт вселенную.

– Не нагнетай, сказочник. Думаешь, я не понимаю, что ты пытаешься отвлечь меня от своего дезертирства?

– Всё будет хорошо. Дыши глубже.

Я немного успокоился, поняв, что на Атави всё продолжит исправно работать и без Адама, но смириться с мыслью, что самый дорогой мне человек остался без надёжной защиты, не получалось.

– Всё равно мы обязаны обеспечить ей такую же защиту, какая была при тебе. Нужно найти второй шалаграм.

– Ну-ну. Многие пытались. Наги до сих пор полцарства за это предлагают.

– Шекспира начитался, каменюка?

– Какого Шекспира? Ты о чём?

– «Коня! Коня! Полцарства за коня!» Это, по-моему, из Шекспира, а может, из русских сказок – точно не помню.

– Как был дурнем, так им и остался. Наги объявили, что, тому, кто предоставит им рабочий шалаграм или информацию о точном месте его нахождения, они передадут половину их царства – а это примерно полсотни обитаемых миров, между прочим.

– Забавно. У меня на Терре как раз проблема с нагами. Мы нашли портал и три станции реформирования планеты. Оказалось, Терра – их охотничьи угодья.

– Вот что ты от меня скрывал. Напрасно, очень напрасно. Без меня вам с ними не справиться: наги – серьёзные враги. На подземных станциях осталась их техника?

– Не вся. Роботов вывезли, остались только летающие дроны да компьютеры в лабораториях.

– Они вернутся. Надо атаковать первыми. Внезапность – наш единственный шанс на успех.

– Рехнулся? Как мы нападём на нагов?

– Ты до сих пор не понял, какая мы с тобой вместе силища? Шалаграмы – рабы своей физической оболочки. Так устроил Творец, иначе мы бы давно правили этим миром. А ты можешь передвигаться в тонком плане и брать меня с собой. Мы с тобой – абсолютное оружие. Наги точно не готовы к такому противостоянию.

– В теории заманчиво, но как реализовать это на практике?

– Доверь организацию операции против нагов мне, ведь именно за мной они так рьяно охотятся, чтобы сделать своим рабом. Будет очень символично наказать их за это. Как говорится: за что боролись, на то и напоролись!

Общий враг примирил нас с Адамом. К моменту прилёта домой мы вновь общались по-дружески.

Когда «Вояджер» вышел из гиперпространства, радары зафиксировали десятки крупных и мелких объектов на орбите планеты. Чтобы выяснить, что происходит, я позвонил Баринову.

– Здорово, Николаич! Мы вернулись. Через несколько часов будем приземляться.

– Привет, космические бродяги! Как всё прошло? Тут все разговоры только о вас.

– Хорошо прошло, с приключениями. Подробности при личной встрече расскажу. Ты мне лучше скажи: чего у вас на орбите творится?

– Всё просто замечательно! Завершается развёртывание спутниковой сети, шаттлы разгружают контейнеровоз, что доставил нам комбайны. Наши парни всё-таки притащили грузовик, который мы бросили прошлый раз. Сейчас ремонтирую его на орбите. Ванары патрулируют сектор, чтобы нас не ограбили. Уже торговые делегации прилетают, интересуются товаром.

– Прямо экономическое чудо какое-то.

– Точно. Кстати, ты вовремя прилетел. Тут какие-то жабы требуют губернатора. Говорят, мол, не будем обсуждать условия торговых контрактов ни с кем, кто чином ниже губернатора.

– Прям настоящие жабы?

– Нет, конечно. Это мы их так прозвали – за морды, а так они гуманоиды.

– Обиделись, что они с вами разговаривать не стали?

– Сам увидишь. Обиды тут ни при чём. Короче, сажай «Вояджер» – и сразу к нам. Не вздумай прятаться в своей избушке. Будем считать, что ты в полёте отдохнул.

– Я буду жаловаться в трудовую инспекцию!

– О-о-о, сразу видно – человек с Земли прилетел. Забудь об этом. У нас тут средневековые порядки – трудовую инспекцию ещё не придумали, а я уж позабочусь, чтобы это так и оставалось.

– Предупреждали меня ванары, что вы дикари, а я не верил. Как же можно жить без инспекций?

– Лучше расскажи, что привёз.

– Сейчас отправлю грузовую спецификацию на почту.

– Тогда отбой – не терпится почитать.

Когда экран погас, Адам язвительно заметил:

– Вот какая беда тебя ждала на Терре – все лавры уходят заместителю, а ты опаздываешь к празднику.

– Ты погоди злорадствовать. Меня интуиция ещё никогда не подводила.

Посадка прошла штатно. Зайдя в здание космопорта, мы были приятно удивлены обилию посетителей: пилоты, механики, техники – все с удовольствием пользовались нашими кафе, магазинами и зонами отдыха. Космопорт выглядел достойно: внутри было действительно комфортно, а главное – просторно. Пока ждал высланный за нами гравикар, я кое-что вспомнил.

– Зак, подожди пять минут. Я быстро сбегаю на «Вояджер».

– Только не задерживайся. Пилот написал, что мы можем выходить на парковку.

Вернувшись на корабль, я зашёл в трюм. Отыскав там бочку с сыром, выбрал круг пармезана и сунул его в рюкзак, а затем бегом вернулся к прилетевшему гравикару.

В администрации нас уже ждал весь Совет поселения. После тёплого приветствия мы сели за стол, чтобы обменяться информацией. Доклад о состоянии дел на Терре не был неожиданностью, так как Баринов кратко посвятил меня во всё. Все ждали рассказа о посещении Земли.

– Мужики, давайте запишем всё на камеру, потом можно будет выложить в местной новостной канал, ваше возвращение – это тема номер один, – предложил главный инженер.

– До чего дошёл прогресс – у нас уже свои новостные каналы появились, – удивился Зак.

Рассказ о моих злоключениях стал самой эмоциональной частью собрания. Возмущению членов Собрания не было предела. Баринов взял слово: