Игорь Пидоренко – Степные волки (страница 35)

— Врешь?

— Н-нет, н-не вру…

— Ну, гляди, козел! Если соврал, я вернусь и тебя наизнанку выверну!

Прямыми пальцами Загайнов резко ткнул охранника в шею, и тот, слабо охнув, осел на пол. Действительно, если сам Баркаев здесь, зачем нам пешки? Будем брать самую крупную фигуру.

Все бы хорошо, но у охранников не было оружия! Наши надежды не оправдались. Дальше нужно было действовать только с одним пистолетом. А этого маловато.

— Поспешил ты, Сашка, — упрекнул я приятеля. — Нет, чтобы спросить, где у них оружейка!

Загайнов усмехнулся.

— Не боись. Я так думаю, что тут у них что-то вроде казармы должно быть. Жить им надо? На худой случай — караулка. Не могут они лаборатории и пленников бросать так просто. Найдем, где живут, — там и оружие должно быть.

Логика в этом была. И охранники в казарме тоже были. Человек пять, как только что встретившаяся нам компания. Но, к сожалению, трезвые. Они только что сменились и собирались отдохнуть. Кстати, безлюдье в тоннеле и объяснялось этой самой пересменой. Одни с постов ушли, а другие только собирались. Но отправились сначала в сортир. По дороге обратно им не повезло, на нас напоролись. Надо не пить и устав блюсти, тогда и служба будет полноценной.

— Старшины хорошего на них нет! — вздохнул Сашка, краем глаза заглянув в караулку. — Но все равно нехорошо. Они, придурки, с автоматами. Не дай бог, кто-нибудь пальнет сдуру. Баркаев сразу насторожится.

— Давай-ка вокруг пошурудим, — предложил я. — Вдруг что-нибудь полезное найдется.

Из караулки по нашим наблюдениям никто пока выходить не собирался, и мы принялись шурудить. Можете себе представить, что такое обыск в тоннеле с голыми бетонными стенами. Что, а главное, где искать? Но я вспомнил, как раньше обнаруживались кодовые замки, и стал ощупывать стены. Загайнов сначала посмотрел на меня, как на идиота, а потом до него дошло, и он присоединился ко мне. Со стороны это выглядело, наверное, очень смешно. Два взрослых мужика в черных облегающих комбинезонах устрашающего вида на манер слепых ползают ладонями по стенкам и к чему-то прислушиваются.

Тем не менее потайную комнату мы нашли. К счастью, никаких сложных замков на этот раз строители не предусмотрели. Просто ручка, потянув которую можно было открыть узкую дверцу, ведущую во что-то вроде обширного стенного шкафа. Интересно, сколько таких «шкафов» мы пропустили на протяжении всего тоннеля?

Вентиляционное отверстие тут имелось. А разве человек может часами сидеть перед экраном и не дышать? В «шкафу» стоял стул, миниатюрный стол с видеомагнитофоном, пультом переключения и монитором.

— Оч-чень интересно, — протянул Загайнов, рассматривая тайничок. — Папочка Баркаев любит подглядывать за своими детками. По долгу службы или так, ради удовольствия? Ну-ка, может быть, отсюда и на папочку можно посмотреть?

Он нажал кнопку. На экране появилось изображение казармы. Я поинтересовался:

— А звука нет?

— Есть, только через наушник надо слушать. Вот он, на крючке висит, — Сашка протянул мне тонкую дужку с капсулой на конце.

Я сунул капсулу в ухо.

— Сделай чуть громче. Ага, вот так.

— Ты козел и ничего не сечешь! — на экране охранник, лет сорока на вид, навис над совсем еще молодым парнем, лежавшим на кушетке. — Вас, сынков, сегодня положили два каких-то хиляка! А все потому, что водку жрете без меры и службу нести не умеете!

— Это он правильно говорит, — заметил Сашка, прижимаясь к моему уху своим, чтобы слышать, о чем идет речь в казарме.

А старший охранник продолжал:

— Меня там не было! Мы таких шустрых спецназовцев, как эти двое, в Грозном на кол сажали!

Загайнов скривился:

— Вот врать нехорошо. Попался бы он мне в Чечне!

— Здесь что, звук иначе вывести нельзя? — спросил я.

Слушать вдвоем один наушник было очень неудобно.

— Нет, ты что! Комнатка-то секретная. Вдруг кто-нибудь снаружи услышит? Поэтому и сделали только наушник. Тихо!

Я напрягся.

— Да какие это спецназовцы? — лениво сказал кто-то. — Боча был на допросе, говорит, они журналисты.

— И ты поверил? Костюмы видел? А вооружение? Одни гранаты эти чего стоят! Шакир и Мартам до сих пор как слепые и слышат еле-еле. Хорошо хоть живыми остались.

— Зато Дахира и Магомеда увезли совсем, — мрачно сказал тот же голос.

— Нечего было ушами хлопать! Раз проник кто-то на объект — стреляй в него без разговоров. И не раздумывай! Мы в Ичкерии потому и победили, что сначала стреляли, а потом думали.

— Закаленный кадр. Его Баркаев, наверное, с собой привез, — сказал я. — Мы долго этих уродов наблюдать будем?

— Погоди. Надо же посмотреть, что тут по другим каналам показывают. Может, порнушку какую-нибудь.

И Сашка щелкнул переключателем. Увы, настолько ему не повезло. Баркаева мы нашли, но совсем не занимающегося любовью с Краснитской. Он что-то негромко диктовал, а Софья, как прилежная секретарша, тарахтела клавишами ноутбука. С того места, где располагалась камера наблюдения, не видно было, какие строки появляются на экране. И говорил начальник службы безопасности президента так тихо, что, как мы ни напрягали слух, все равно не смогли разобрать ни слова.

Загайнов в очередной раз прошелся по поводу качества здешней техники и скупости строителей тоннеля и снова переключился. Все остальные помещения пустовали. Однако положительный результат нашей находки все же был. Одна из комнат показалась знакомой. Стол с кувшином и стаканом на нем, два стула.

— А-а, так это здесь нас допрашивали! — догадался я.

— Не нас, а тебя. Мне вопросов не задавали. Смотри — наши рюкзаки, — показал Сашка на экран. — Вот это уже хорошо. Будем надеяться, что и содержимое там же.

— Нам бы только комнату найти, — сказал я.

— Найдем! — заверил Сашка. — Я расположение примерно запомнил, когда нас в камеру потащили.

Он и вправду помнил, где находилась та комната. И снаряжение оказалось на месте. Обитатели подземелья только осмотрели его и оставили лежать в рюкзаках.

— Теперь бы еще парочку автоматов, — вздохнул Загайнов.

— Так в чем дело? Пойдем и возьмем, — тряхнул я своим «стечкиным».

— Не так все просто, Диня. Станем разбираться с охранниками — Баркаев может услышать шум и сбежит. А если сначала его трясти начнем, охранники спохватятся, что их давно не меняют, и поднимут тревогу. Что выбираем?

— Давай все-таки охранников нейтрализуем. Только тихо.

Но совсем тихо не получилось. Когда мы вломились в казарму и приказали всем стать к стене, ошеломленные охранники послушно выполнили команду. Кроме одного. Тот самый, который воевал в Чечне, успел схватиться за автомат и даже дал короткую очередь, прежде чем Сашка прострелил ему голову из бесшумки. Пришлось по-быстрому вырубать остальных прикладами и ногами, хватать одного и, подталкивая стволами, заставлять показывать резиденцию Баркаева.

Автоматная очередь прозвучала не очень громко, и все же начальник службы безопасности президента ее услышал. Войти к нему в кабинет нам не удалось. Дверь была закрыта наглухо.

— Ну что? — сказал Загайнов, вытирая рукавом пот со лба. Мы порядком запыхались, штурмуя казарму. — Будем взрывать или ну его на фиг?

Поставив заложника к стене лицом, я обхлопал его карманы, нашел пачку сигарет и зажигалку, закурил сам и предложил Сашке. Сейчас нам, кажется, ничто не угрожало, было время подумать и решить.

— Давай так. Ты оставайся здесь, дверь карауль. А я схожу в ту секретную конуру и посмотрю, что Баркаев делает. Если его выковырнуть не удастся, может быть, и правда плюнем да смоемся. Пусть разбираются те, кому по штату положено.

— Идет, только надолго там не застревай. А ты, козел, — это уже пленному охраннику, — садись на пол и не дергайся. Видел, что с вашим старшим приключилось? Крутым себя считал. Вот и упокоился с миром.

Охранник послушно сполз по стене и устроился на холодном бетоне. Сопротивляться ему явно не хотелось.

Я побежал по коридору.

Кабинет Баркаева был обставлен не по-спартански, в отличие от казарм и камер подземелья. На экране монитора было видно, что стены, бетонные, как и повсюду здесь, закрыты большими толстыми коврами, на полу тоже ковер, мебель вычурная и на вид довольно дорогая. С потолка свисала небольшая люстра. Имелся и уголок, который принадлежал, очевидно, Краснитской. Там стояло трюмо с массой коробочек и флаконов, низкий пуфик. В глубине комнаты виднелась резная дверца, за которой могла скрываться туалетная комната. Если здесь есть вода, то почему же в камерах из кранов вместо нее доносилось только тонкое змеиное шипение? Чтобы узники больше мучились?

Софья, поджав ноги, забилась в уголок дивана и оттуда следила за своим господином и повелителем. А Баркаев метался по кабинету, изредка останавливаясь перед дверью и прислушиваясь к тому, что там происходит. А что там такого могло происходить? Охранник тупо сидит на полу, а Загайнов с автоматом наизготовку дожидается меня. Загнали мы начальника службы безопасности в угол. Как теперь его оттуда доставать? Действительно, взрывать дверь? Стоит ли? Ведь ее можно заблокировать и пусть себе сидит, пока специалисты не подъедут. Просто так бросать нельзя. Мы не успеем выбраться из города, как он поднимет всех своих людей. Тогда нам мало не покажется. Кто его знает, сколько под его командой народа. Вон даже вертолет с пулеметом есть. Решено, покрепче заклиним дверь в его логово и, забрав москвичей, уходим. На всякий случай я поднял дужку наушника.