Игорь Пидоренко – Степные волки (страница 36)
— Махмудик, что теперь делать? — послышался тонкий голос Краснитской.
Баркаев сверкнул на нее глазами, но не ответил и продолжал свой бег по кабинету. Софья подождала и вновь заныла:
— Ты обещал, что мы уедем! А сам запер меня в каком-то подвале и наверх не выпускаешь… Теперь совсем выхода нет! Я ведь говорила — убей этих военных, нечего с ними возиться… Нет! «Они у меня подопытные кролики! Я на них испытания проведу! Чтобы знать, как потом их матери и дети мучиться будут!» Кролики нужны — давно бы уже журналистов использовал!
— Вот же сука! — вслух изумился я. — Это она своих товарищей предлагает угробить!
— Молчи, женщина! — оскалился Баркаев. Сейчас он походил на злящегося шакала, у которого отобрали кусок падали. — Посидим немного, пока мои люди прибудут. Они этих двоих на клочки разорвут! Уже вызвал, минут пятнадцать осталось.
Ну, мы так не договаривались. Как не сообразили, что у начальника службы безопасности должна быть связь со всеми подразделениями, хоть явными, хоть тайными? Точно сейчас толпа нагрянет. Если очень много будет, то можем и не справиться. Все, надо удирать.
— А куда? — спросил Сашка, когда я коротко пересказал ему услышанное. — В сторону казино не стоит, оттуда, скорее всего, они и появятся. Если в противоположную…
— Но мы же не знаем, куда тоннель ведет! Может быть, вообще в стену упирается.
— Сомневаюсь. Один как бы тупик мы уже видели. По всему выходит, что другой конец этого подземелья — на вилле у президента.
— Там тоже не сахар, наверняка охраны полно.
— И все же это предпочтительней.
— Ладно, давай за журналистами!
Последнего остававшегося в сознании охранника он успел связать по рукам и ногам его же ремнем и обрывком веревки, найденным в рюкзаке. Тот лежал тихо, только испуганно вращал глазами.
Стоянову удалось заставить своих коллег сесть на койках в ожидание нас. Но идти они могли с большим трудом. Обняв Сладкова и Цвигалева за талии, я потащил их по тоннелю. Стоянова мы пустили вперед, а сзади шел Загайнов с автоматом, тревожно оглядываясь. Скорость нашего передвижения была абсолютно черепашьей. Такими темпами нам от погони было не уйти.
— Двигайся вперед! — скомандовал Сашка. — Я их тут задержу.
— Брось хреновиной заниматься! — прокряхтел я. Изголодавшиеся и измученные журналисты были тем не менее чертовски тяжелы и неуклюжи. — Без тебя я отсюда не уйду!
— Ты не понял, Диня, — сказал он ласково. — Я не собираюсь отстреливаться до последнего патрона. Так, несколько неприятных сюрпризов, чтобы ретивость не проявляли.
— Ну, давай!
Мы потащились дальше, а Загайнов скинул рюкзак и стал доставать из него оставшиеся взрывные устройства, все с часовыми механизмами, и сейчас на дисплей нужно было выводить минимальное время — чтобы рванули, как только преследователи покажутся в тоннеле. Сашка как знал, что здесь довольно обширное подземелье, и собирался его непременно уничтожить.
Первый взрыв раздался, когда мы уже миновали отрезок тоннеля с лабораториями. И был он таким мощным, что вокруг все содрогнулось, как при землетрясении, и с потолка посыпались куски бетона и мелкая крошка. Свет и так слабый мигнул и погас. Вот же незадача!
Я вспомнил, что одну из бомб Загайнов заложил в трансформаторной. Теперь придется в темноте шастать…
Прислонив свою ношу к стене, я нашарил в рюкзаке очки, натянул их на лоб. Батарейка еще не села, видно было неплохо. Сзади послышались быстрые шаги. Это догонял нас Сашка. Он тоже был в ноктовизоре.
— Что у тебя за взрывчатка такая? Нас тут чуть не привалило! — накинулся я на него.
— Это не я, — стал он оправдываться. — Помнишь те ящики на складе? Что-то там такое хранилось. Вот и грохнуло. Но это даже лучше. Проход наверняка завалило. Теперь им не пройти. — Он неожиданно хихикнул. — Что там наверху делается! Казино перекосило, стекла вылетели, паника! Люблю!
— Террорист ты, Саня, — с облегчением сказал я. — Меняй профессию.
— Мне моя нравится, зачем менять? Ну что, двинулись?
Впереди нас ожидала совершенно неожиданная встреча. Из-за угла показалась смутная фигура, я схватился за автомат, но потом увидел на человеке платье и понял, что это Софья Краснитская.
С плачем она кинулась к нам. И как только разглядела? Пришлось разыскивать в сумке маленький, но мощный электрический фонарик. Он остался у меня еще с похода в президентское поместье, хотя воспользоваться там им не пришлось. Зато пригодился сейчас.
В свете фонаря Софья выглядела совсем не такой сексапильной, как в комнате допросов. И энергии, исходящей от нее, поубавилось. Можно сказать, совсем исчезла. Сейчас это была зареванная, с перепачканным тушью и помадой лицом женщина, уже не так чтобы первой свежести. Увидев Стоянова, она попыталась его обнять:
— Артурик! Как я рада!
Но тот молча отстранил Софью и отвернулся. А Сашка ехидно проблеял, подражая ее голосу:
— Махмудик!..
Краснитская осеклась, поникла головой. Нам было не до сантиментов.
— Где Баркаев? — резко спросил я.
— Убежал! У него потайной выход есть, через душевую! И меня бросил, скотина нерусская!
— Ах, блин! — Загайнов, подхватив автомат, метнулся в темноту. Минут через десять вернулся, открыто ухмыляясь и таща под мышкой баркаевский ноутбук.
— Порядок! Выход действительно есть. Но знаешь, куда он ведет? В одну из лабораторий! Заперся там, крыса, думает отсидеться. Подержи эту цацку, думаю, содержимое нам пригодится, — он протянул мне компьютер. — А я пойду с другой стороны его закрою. Чтобы не выскочил.
Софья вдруг почему-то злобно захихикала. Но мне было не до нее, потом допрошу. Мало ли почему баба может злорадствовать. Радуется, наверное, что ее теперь уже бывший любовник попал в западню. Ничего, скоро опять своего Артурчика охмурит. Вот только оправится от подземных переживаний. Была бы моя воля, оставил ее вместе с Баркаевым дожидаться спецгруппы. Нельзя, как шефу докладывать буду?
Вместе с вернувшимся вскоре Сашкой, мы потащили журналистов дальше по тоннелю. Цвигалева я взвалил на Краснитскую. Пусть поработает на общее благо. Предательница.
Загайнов продолжал посмеиваться.
— Чего ты ржешь? — не выдержал наконец я. — Думай лучше, как из виллы будем выбираться. Там знаешь, какие собаки? Звери! От наших комбезов только клочки полетят.
— Ерунда, прорвемся. Есть у меня идейка. Почему веселюсь — потом расскажу. А то знаю я тебя, гуманиста…
— Какую-нибудь гадость Баркаеву устроил? — попытался угадать я.
— Сказал же — потом! Прибавь ходу!
Идти все равно было трудно. Журналисты совсем расклеились, висели на наших плечах мешками с картошкой. Софья, согнувшись под тяжестью фотографа, кряхтела от натуги, но покорно тащила его.
Глава 21
По пути в стенах тоннеля попадались еще какие-то помещения, Сашка совался туда, но выходил разочарованным — пусто. Некоторые комнаты были оборудованы постелями на манер казармы охранников. Какое-то время в них могло жить довольно большое количество людей.
— Гадство, — зло сказал я. — Не могли они в этой подземной кишке какой-нибудь транспорт предусмотреть, что ли?
— Я же говорю — жлобы, — откликнулся Загайнов. — Экономили, когда строили. А мы теперь потеем. Потерпи, мне кажется, немного осталось.
— Крестись, когда кажется, — отрезал я и снова взвалил на себя Сладкова. Прислушался, нет, дышит.
Но Сашка оказался прав. Вскоре впереди возникла глухая стена. Теперь мы уже знали, что в этом подземелье абсолютно глухих стен не бывает. Обязательно дверка найдется. Нашлась она и здесь. Не мудрствуя лукаво, я набрал все тот же код, что и раньше. Сработало.
— Ты посиди здесь с ними, — попросил я Загайнова. — Надо на разведку сходить, посмотреть, что в доме.
— Если возможно будет, загляни в гараж, — попросил он. — Не тащить же этих задохликов на себе по снегу и морозу! Проверь президентские «роллс-ройсы».
— Ну, ты голова! — восхитился я. — Действительно, зачем мучиться? С комфортом поедем! Там ведь и бронированные машины есть.
Отобрав у него на всякий случай бесшумный пистолет, я взял с собой и автомат. После моего визита сюда в поместье не могли не усилить охрану. При всем местном разгильдяйстве жизнь президента чего-то да стоила.
Выглянув из подвала, я внимательно прислушался. Нет, по комнатам не маршировали отделения и взводы вооруженных солдат, но в отдалении слышались голоса. Люди в здании, несомненно, присутствовали…
Наши приключения в подземелье заняли порядочно времени. На улице стояла ночь. Но пространство перед виллой было ярко освещено. Через окно я увидел у парадного входа несколько человек с автоматами. Это могли быть люди Баркаева из его службы безопасности президента.
Шастать по всем этажам совсем не хотелось. Только разведать путь до гаража, устранить возможные препятствия.
Если в самом доме почти никого не было, разве что наверху, то в гараже околачивалась целая толпа. В щель приоткрытой двери я увидел и охранников в камуфляже, и механиков в синих спецовках, и еще каких-то личностей, одетых в строгие серые костюмы. Может быть, и это была какая-нибудь униформа. Да, неприятная картинка. Как же нам добраться до автомобилей?
Пришлось вернуться в подвал. Туда, по счастью, никто пока не совался. Загайнов времени не терял. Когда я проскользнул в дверь, он о чем-то разговаривал с Краснитской. И лицо у него было очень мрачным. Мои сведения веселья не добавили.