Игорь Петровский – Византия. Христианская империя. Жизнь после смерти (страница 18)
В Милане Феодосий Великий и скончался в 395 году. После его смерти десятилетний Гонорий остался управлять Западом под опекой доверенного полководца Стилихона, а на Востоке, в Константинополе, императором стал старший сын Феодосия Аркадий.
Аркадий – это очень интересный человек, о котором мало кто знает. О нем чаще всего говорят, что он был слаб здоровьем, слабоволен и вообще бестолковый. На самом деле, судя по всему, Аркадий был как раз очень интересным политиком и интересным реформатором.
Дело в том, что, в отличие от всех предыдущих императоров, Аркадий никогда не возглавлял армии. Все время своего правления он почти не выезжал из Константинополя, зато постоянно участвовал в богослужениях и городских празднествах. Видимо, именно в это время начинает формироваться пышный церемониал императорских выходов.
Это новый имидж власти, причем именно христианской власти, христианской империи. Этот император-христианин должен быть пацифистом. Он не должен брать в руки оружия, потому что война – это зло, это убийство, а император должен быть чист перед Богом. Император становится неким образцом христианина для своих подданных.
При Аркадии важнейшую роль начинает играть епископ Константинополя, поэтому в 397 году, после кончины епископа Нектария, император лично участвует в поисках новой кандидатуры и приглашает на столичную кафедру знаменитого в ту пору проповедника из Антиохии Великой Иоанна Златоуста.
Будущий великий проповедник в первую очередь был не богословом, а пастырем. Большинство его произведений – это не богословские трактаты, это пастырские проповеди. Он не рассуждал о Боге, он учил, как найти Его. И в собственной жизни Златоуста слово с делом не расходились. Став архиепископом Константинопольским, святитель Иоанн Златоуст в первую очередь сократил расходы на собственное содержание. Он даже заморозил некоторые крупные церковные стройки и направил вырученные деньги на благотворительность, тем самым настроив против себя подрядчиков, которые потом и выступали против него в суде. Он обличал власть имущих, невзирая на лица, доставалось даже императорской фамилии. А еще он заботился о проповеди христианства среди язычников и о том, чтобы в лоно Церкви вернулись еретики, причем он использовал даже их собственные методы. Так, например, когда из Царьграда изгнали всех арианских епископов и священников, единственные храмы ариан сохранились за городскими стенами. И ариане стали устраивать пышные процессии по городским улицам и пели во время этих процессий псалмы попеременно, антифонно. Это, конечно, выглядело очень красиво, очень торжественно. И Златоуст вместо того, чтобы запретить эти процессии, решил, что православные должны организовать у себя нечто подобное. По его благословению на улицах столицы появились православные торжественные процессии, которые с пением псалмов, антифонно, шли в противоположную арианам сторону – от городских стен в направлении Святой Софии.
Очертания этих древних православных процессий можно видеть до сих пор в нашей Божественной литургии. Она формировалась веками, но ее древнейшая часть принадлежит эпохе и перу Иоанна Златоуста, поэтому она и называется литургией Иоанна Златоуста. Сегодня наша литургия стала компактной, она ограничивается пространством храма, а в эпоху Златоуста это был целый процесс, который начинался на улице Меса и двигался в сторону Святой Софии. Поначалу пели какие-то псалмы и делали первую остановку на форуме Быка. Это, собственно говоря, наш первый антифон и первая малая ектенья. А от форума Быка дальше процессия шла на форум Константина, и это, соответственно, наш второй антифон и вторая малая ектенья. На форуме Константина жители близлежащих улиц присоединялись к этой большой процессии, и она двигалась дальше, в сторону соборной площади. Это наш третий антифон. Далее все выходили на площадь перед Святой Софией и после возгласа дьякона под пение «Приидите, поклонимся» заходили в пространство храма. Так и сложилась первая антифонная часть нашей Божественной литургии.
Растущий авторитет константинопольского архиерея, который со временем все больше вмешивался в дела окружающих епархий, вызывал зависть и раздражение со стороны других епископов и в первую очередь предстоятеля Александрийской Церкви Феофила.
На II Вселенском Соборе константинопольский архиерей был поставлен в диптихе на второе место после римского епископа. Это не принял Рим и это не приняла Александрия, которая оказалась передвинута на третье место, то есть старейшая кафедра Востока, архиепископы которой возводили свою линию к святому Марку, оказалась затерта архиепископией нового города, который не имел особой истории и вплоть до недавнего времени находился в подчинении у митрополита Гераклеи.
В начале 400-х годов в Константинополь прибыли изгнанные из Египта монахи по прозвищу «долгие братья», которых Феофил обвинил в ереси и отлучил от Церкви. Они обратились к Иоанну Златоусту за защитой, и тот разрешил им остаться в столице до разбирательств. Но Феофил Александрийский, которому в церковном плане подчинялся весь Египет, воспринял это как вмешательство Константинополя в дела Александрийской Церкви.
Поэтому фактически с подачи Феофила Александрийского под Златоуста начинают постепенно, что называется, «копать». В Константинополе постоянно присутствуют какие-то соглядатаи, которые доносят Феофилу, что происходит, что Златоуст делает, что он говорит, какие у него взаимоотношения не только с императором, но еще с каким-нибудь важными чиновниками, и так далее. Вот весь этот компромат постепенно накапливается, собирается, и над этим работают систематически.
К этому времени Иоанн Златоуст своими проповеди о нестяжательстве и критикой роскошного образа жизни придворных нажил множество врагов при дворе. Отношения с императорской четой стали натянутыми.
Любимое изречение, которое Златоуст использует многократно, гласит, что «легче верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царствие Божие». Это все понятно, это слова Христа в Евангелии, но вопрос в том, что мы ставим во главу угла. Вот эти слова самые важные для нас – или там есть еще что-то кроме этих слов. Очевидно, что для этих людей, людей во власти, там было еще что-то, много чего, на что можно было опереться для того, чтобы жить так, как они привыкли, и в этой связи радикальная проповедь Златоуста ставит их в очень неудобное положение.
В 403 году, собрав достаточно сторонников, Феофил Александрийский прибыл в Малую Азию, но, не доезжая до Константинополя, остановился в городе Халкидон, на другом берегу Босфора, и с разрешения императора открыл Собор для рассмотрения обвинений против епископа Константинополя.
В древности на азиатском берегу Босфора, как раз напротив Константинополя, был пригород, который назывался Руфинианой – в честь консула Восточной Римской империи Флавия Руфина, который построил тут дворец. А еще где-то здесь рос дуб просто каких-то невероятных размеров, и он был известен не меньше, чем дворец консула, поэтому Собор, который собрался здесь против святителя Иоанна Златоуста, в истории именуют «Собором под дубом». Сорок пять епископов со всей Малой Азии и Антиохии выдвинули против архиепископа Константинопольского двадцать девять обвинений – мол, и священников он избивал, и с женщинами уединялся, и деньги транжирил, и пищу принимал в одиночестве, и даже ванну с горячей водой после себя сливал – вот такой, мол, был эгоист. И, наверное, правильно этот Собор в истории именуют не Руфиниановским, что было бы очень красиво, а именно «Собором под дубом», потому что вот эти сорок пять участников «Собора под дубом» своими интригами и лжесвидетельствами продемонстрировали все то дуболомство, против которого воевал и с чем всю жизнь боролся великий архиепископ Константинополя.
Тем не менее Собор принял решение о низложении святителя. Иоанна Златоуста отправили под арест в поместье неподалеку от Константинополя. Однако, согласно рассказам церковных историков, стоило святителю выехать из столицы, как у императрицы Евдоксии случился выкидыш. Аркадий и Евдоксия решили, что это знак Божий, и немедленно вернули Иоанна Златоуста на кафедру.
Но проблемы Иоанна Златоуста только начинались, и самое непосредственное отношение к этой истории имеет уникальный сохранившийся до наших дней постамент, который находится на территории парка у Святой Софии. На нем есть надпись по-гречески и по-латыни, которая гласит, что когда-то на этом месте стояла колонна из порфира и серебра в честь императрицы Евдоксии. Именно эта самая колонна стала причиной серьезных проблем и гонений на святителя Иоанна Златоуста. Дело в том, что на открытии этой роскошной, украшенной драгметаллами и камнями колонны собралась огромная толпа людей. Императрица устроила какие-то торжества, пляски, гулянки, потратила кучу денег. Златоуста это возмутило, и он сказал слово в соборе Святой Софии, где раскритиковал устроителей маскарада; досталось даже императрице. Она обиделась и пожаловалась мужу. Император Аркадий решил сместить Златоуста с кафедры, но для этого были нужны хоть какие-то основания, и вот за ними было отправлено посольство все к тому же Феофилу Александрийскому.