Игорь Павлов – Древесный маг Орловского княжества 11 (страница 37)

Прыгаю резко в сторону, и успеваю уйти от третьего удара! Похоже, пакостник перемещается короткими порталами или… двигается в изнанке! Это Гершт!

А где он, там и его крутая свита!

Вот как знал! Под мелкими, но интенсивными ударами магии защитное поле теперь практически иссякло. А тут, как назло, за меня взялись рубины высокого ранга. В меня полетели огромные метеориты, которые легко нанесут серьёзный ущерб! В лесном массиве, где всё теперь в дыму и пыли, мне букашек вообще не разглядеть. А когда начинаю наскакивать на место предполагаемой атаки, туда прилетает с упреждением уже с другого правления. Я для них, как на ладони.

Понимая, что меня кроет организованная группа магов высочайшего ранга, решаю не связываться с ними сейчас. Весомым аргументом становится полыхнувшее плечо, куда всё же прилетает.

Не испытывая судьбу и не теряя время на ненужной позиции, прыгаю высоко, расправляю крылья для планирования и несусь прямо в реку над Новосёлками, которая мне как ручей. Окунуться туда нельзя — глубина по колено, зато можно прыгнуть с брызгами, а затем ещё и прилечь. Со стороны выглядит странно, вероятно, бойцы со стен переживают за своего защитника. Но куда деваться? Приходится тушиться именно так, пока рука не отряслась.

Поднимаюсь быстро уже в облаке дыма. Успеваю выставить щит на несущийся в меня огненный снаряд. Быстро же гад меня догнал! Следом летит сразу два!! Я как раз встаю. Остаётся только обратно прилечь, чтоб миновать удар. Но тут происходит неожиданное!

Всё это врубается в возникшую передо мной призрачную бордовую стену! Оба метеорита рассыпаются со взрывным грохотом. Искры обильным каскадом разлетаются в стороны, с шипением бултыхаясь в реку. Дым развеивается на пути стремительно несущегося всадника. Это Люта в обличие демоницы!

— Назад! — Кричу ей. — Их много!!

— Делай, что задумал, я разберусь! — Кричит в ответ звонко и слетает с коня, как циркачка.

Не успеваю и вякнуть в ответ. Магичка пускает огненную волну высотой в несколько метров, которая стремительно разрастается по мере удаления. Да так, что у опушки она расширяется до полсотни метров! Вместо того чтоб врубиться, потеряв силу, геенна в одно мгновение пожирает первые препятствия до углей, что авиационное топливо, а следом и всю растительность, стоящую на пути! Проносится вперёд, как ударная волна от ядерного взрыва, расщепляя всё в чёрную пыль.

Поборов растерянность, я присвистнул в голос и поднялся.

— Гершт может уходить в изнанку! — Кричу ей уже в спину.

— Разберусь, сказала! — Визжит Люта ещё яростнее и пускает уже вторую волну не слабее первой.

Похоже, лесу пинда вместе со всеми, кто там ещё прячется. Такой злой магички я ещё не видел. Посоха с ней нет, а значит, больше она не сдерживается. И не парится по этому поводу.

Вижу, что за ней скачет Остромила с тридцатью лёгкими конниками. А с юга и Пересвет пешком несётся с самыми прытки бойцами, которые в тяжёлой броне бегают, как спринтеры. Ну хоть какое–то прикрытие.

Мысленно пожелав Люте удачи, ухожу на север к Каменцам. Под селом продолжается штурм стены. Тяжёлая вражья конница пронеслась, как ураган, и попыталась прорваться через восточные ворота. Когда у них не вышло, часть завязла вместе с пехотой.

На этом направлении поляков тысяч пять, если не больше. Трупами завалили стены так, что местами по горке из них можно наверх и подняться. Тащатся целыми толпами, продолжая давить. Но часть вражеских сил уже обращена в мою сторону. Подавив в большей степени оборону стены и башен, поляк смело разворачивает бронированные коробки, оголяя фланг, и заряжает стрелковые батареи, чтоб встречать великана.

Вместе со стрелами вылетают и магические снаряды. Прошаренные поляки лупят огнём щедро, но я уже не иду напролом. А стараюсь уклоняться от них, двигаясь зигзагами и взмывая в воздух большими прыжками. Так и влетаю в массу, раскидывая бойцов пачками.

Разметав сотен пять, обращаю супостата в бегство. Стремясь раздавить как можно больше, несусь по толпе, под ногами хрустят и пищат, кричат летящие в разные стороны от ударов. Прямо в движении работаю и секирой, цепляя конников. В чистом поле, когда до леса больше километра, наступавшая масса теперь выглядит жалко — просто, как кучка тараканов, которых застали врасплох.

Здесь нет магов высшего ранга, поэтому снаряды, летящие в меня, выглядят даже смешно. Хотя тонкие молнии и проходят, оставляя неприятные ощущения. Самые крутые маги Биргера теперь бьются с Лютой, о чём свидетельствует полыхающий чёрным дымом лес и сверкающие каждую долю секунды вспышки.

Похоже, магичка привнесла в наше мирское месиво свою Навь, устроив её этим уродам. Думали, меня надо бояться? Наивные! Надеюсь, она уцелеет. На фоне массовых смертей соратников и мирных жителей, я не могу думать только о её благополучии. Хоть и не допускаю мысли, что она погибнет, иду дальше туда, где моя помощь нужнее.

Дальше в полукилометре поляк каким–то чудом пробил ирскую стену и прорвался в Каменцы! Там идёт ожесточённая рубка уже как минимум час. Три потрёпанных пехотных полка стоят насмерть, мелькают и китайские бойцы, прибывшие в подкрепление.

Вижу и Ксинга! Двумя широкими лавовыми мечами орудует так, что вся улица тлеет раскалёнными углами с пеплом, оставшимся от противника. Но поляки продолжают лезть, окружая и заполоняя собой дворы и переулки. С моего замка бойцов прикрывают огнём лучники и баллисты. Но погромы продолжаются, треть села в огне! И ворваться туда я не могу, иначе зацеплю своих, да и под огонь попаду. Остаётся только перекрыть канал подкрепления, чем и занимаюсь.

Враг явно не ожидал такого поворота, поэтому посыпался сразу. Рубанув секирой, я смахнул поляков с захваченного участка стены, куда сразу потянулись наши. На фоне орущих в пламене поляков обращённые в бегство солдаты получают стрелами в спину, когда наши воодушевлённые лучники вновь появились на стенах у пролома.

Гнаться за отступающими не вижу смысла. Потоптав и распинав кого успел по пути, поспешил дальше на северо–запад. Вдоль стены прошёл, где стоят наши непотревоженные караулы — все, как на иголках. Здесь поляки не полезли. И так до самого замка, где комендантом поставлен Горыня, никаких боевых действий. Только наши бойцы стоят меж зубцов с глазами навыкате. Увидев меня, машут руками и радостно кричат.

Миновав спокойный участок, убедился, что на севере обстановка только ухудшилась. Замок Никиты штурмуют непрерывно, вражеских войск кишмя кишит, тысяч восемь набежало! В округе ими кишит вся земля. Наши поселения в дыму, заполонены вражеской пехотой, конницей и стрелками. Похоже, они тут вообще решили закрепиться — строят оборону из кольев, двигают заборы, создавая некие линии обороны.

Но уже не так уверенно, ибо до них дошли вести, что великан восстал и надвигается. Как раз видел драпающих лёгких конников, орущих на польском во все стороны, что тёмный великан проснулся.

Однако эта новость штурмующих только подстегнула, они ещё яростнее полезли на стену замка, будто решили, что его захват — это их единственный шанс на успех и выживание. Что ж, поспешим!

Разогнавшись знатно, под градом стрел я ворвался в большую массу в двух сотнях метров от стены замка. Получив по касательной мощным ледяным ударом, не удержался и покатился кубарем! Похоже, маг, засёкший меня заблаговременно, ждал и готовил этот удар, вложив в него много сил. Только начавшие набирать заряд амулеты защиты сразу же стали бесполезными, впитав часть урона.

Разметав при падении ещё больше врагов, я поднялся легко и рванул в сторону, предчувствуя новый удар. Закрутившись, как волчок, выставил секиру, устраивая свой огненный вихрь. А то и танец смерти. Давно пора! И полетели поляки, полетели мыши паршивые, одни просто разделённые на куски, другие разлетаясь на угольки! Похоже, секира Бейга так ещё активнее стала работать. А то я и чувствую, что резерв начал разматываться пуще прежнего. С таким успехом, исполином второй замок Богдана я уже не отобью.

Но что ни сделаешь ради поражения противника? Три минуты боя, и огромная масса обратилась в бегство. На этот раз мне удалось вычислить пакостника, который сбил меня с ног. Им оказался маг на коне, который не спешил уходить, а готовил очередной удар, обогнув меня стороной.

Резко уклонившись от ледяной глыбы, я прыгнул на него и пнул вместе с конём. Гад подлетел метров на сорок, а когда рухнул, уже не поднялся. Следом я вколотил его секирой в землю, булькающий звук сменился шипением. Когда земля заискрила, поднял секиру и двинул дальше довольный.

Приметив, как Никита на стене насаживает поляков, что шашлык на шампур и перекидывает обратно, помахал ему. Хм, витязь всю грань между башнями в одиночку держит. И, похоже, не парится. Его только с башен прикрывают стрелки.

Разобравшись с последним, Никита машет в ответ с довольной миной. В два прыжка подхожу ближе.

— Держитесь? — Интересуюсь участливо.

— А как же! — Орёт ошалело и предлагает: — Айда погоним, супостата⁈

— Сидите! Куда ты там погнать собрался, их тысячи, а вас четыре сотни! — Прогремел в ответ и поспешил к селу, где обречённо ощетинились остатки польского штурма.

Человек триста удалось прикончить, растоптав и порубив. Остальные спаслись, бросившись в рассыпную, что ловить уже не было времени. А всё потому, что штурм замка Богдана идёт ещё более ожесточённый и, похоже, движется к успеху! После моей встряски зонтиками поляки разошлись в том направлении только сильнее, перенаправив силы с Елькино как раз на наш северо–западный оплот обороны.