Игорь Павлов – Древесный маг Орловского княжества 11 (страница 16)

— Где там выстоял? Великаны его просто обошли, — парировал один из поляков.

— Верьте больше россказням, что русские болтают на десять делить надо, — покривлялся верзила и на воеводу посмотрел с подхалимством.

— Мальчишка ловко всех надурил, — комментирует Корнель. — Выдал случайность за подвиг, а глупый русский люд и поверил. Вот такие тут и правят — хитрые слабаки. Согласись, Емельян?

— Всё верно, милостивый лорд, — залепетал князь. — Но выскочку нельзя не воспринимать всерьёз, мой господин. Он тёмный маг высокого ранга, доносят, что ирские руны освоил. Иначе как объяснить, что у него стены и башни растут, как трава по весне.

— Ну… с этим не поспоришь, — протянул хряк. — Придётся с ним повозиться.

— Причиндалы так просто отрезать не даст, — добавил верзила и снова заржал, как конь. Следом и воевода счастливо рассмеялся, половина присутствующих подхватила.

Послушав о себе достаточно, выхожу под шумок и усаживаюсь на середине стола на свободное место. Рассмотрев меня, Емельян приходит в ужас. Но я сразу прикладываю палец поперёк губ, подавая знак, чтоб не вякал.

Но и без него ржать быстро перестают, уставившись на незваного гостя.

— Да вы продолжайте, а я пока поем, — говорю, подтягивая к себе общую тарелку с варёной курочкой.

После ночной вылазки изголодался так, что за минуту с аппетитом проглотил сразу четыре сочных бедра и закусил хрустящей булкой.

— Ох, какая вкуснятина, — комментирую с набитым ртом. — Передайте повару, кто сегодня выживет, мою благодарность.

— А ты кто такой? — Первым возмутился один из верзил. Теперь могу его лучше рассмотреть и оценить, насколько хороши у поляков магические шмотки, которые будут просто отлично смотреться моих витязях.

— Эй, пёс? — Вмешался и второй. — Отвечай, когда тебя паны спрашивают!

Оба, конечно, мощны и круты. Шесть присутствующих наших витязя смахивают на побитых бомжей в сравнении с ними. Хотя у двоих ещё горят глаза, остальные явно сдались.

Бросаю кость в тарелку шумно. Окидываю всех взглядом и на возрастного витязя смотрю. Чую в нём мудрость, опыт. Былую славу.

— Я их тут послушал немного, — обращаюсь к нему, игнорируя поляков. — Вам самим–то не обидно? Не коробят иностранные речи? Не хочется вогнать клинок в глаз супостату, вгрызться ему в горло за обиды люда нашего?

— Обидно, Ярослав, — выдавил, узнав меня сразу.

— Да кто ты такой! — Взревел один из верзил и поднялся угрожающе.

— Это Ярослав, тёмный лорд, — произнёс князь умирающим голоском.

Поднявшись, перехожу в ускорение сразу до третьей изнанки, чтоб мгновенно добраться до троицы.

Пока вскакивают другие поляки, я успеваю подойти к поднявшемуся верзиле. В процессе появляется даже какое–то особое защитное поле, в котором я вязну. Но даже желейное пространство не останавливает меня. Достаточно приложить дополнительные усилия, чтоб добраться клинком Лимубая до шеи.

В этот момент я вижу, как разгораются зелёным временные руны портала под ногами воеводы. Похоже, он решил свалить! Но увы, разве что без башки. Через его поле клинок проходит туже… но проходит. И как раз в тот самый момент, когда всколыхнулось пространство перед отправкой. Бедолага не успел. Третий поляк–верзила даже из–за стола не встал.

Когда вышел в нормальное пространство. Все три башки почти одновременно упали на стол, одна туша осела на стуле, две другие повалились на пол с грохотом.

Первые секунды народ даже не понял, что произошло. Затем завизжали служанки, уносясь прочь через служебный проём, где только слуги ходят.

— Всего делов–то, — усмехнулся я хищно, вылавливая взгляды, полные ужаса и непонимания.

Два поляка вскочили и запрокинулись от шрапнели. Защитное поле мои усиленные пики прошли легко. Остальные сидящие лишь напряглись.

— Я никого не отпускал, — прокомментировал спокойно и уселся на место воеводы. — Ну что скажешь, князь? Как ты дошёл до такой жизни, что готов лизать задницу каким–то иноземным уродам? Дочку свою продал этому хряку, который её кнутом бил? ДА ещё и беременную.

Все молчат, языки в задницу засунули. Ещё живые поляки трясутся, поглядывая на трупы. Наши вроде держатся. Хотя Емельян весь вибрирует, но глаз своих не прячет.

— А как мне быть? Скажите мне, ваше величество, тёмный король, как⁈ — Взвизгнул с наездом.

И заплакал, прямо навзрыд. Витязи поникшие сидят, глазки опустили.

— Предатель, — прошипел ещё один поляк. И отлетел к колоннам от концентрированного залпа.

— Червям слова не давал, — бросил я с оскалом, чуя сладкую кровь. — Подумать только, до чего вы тут докатились.

— Это Ярослав… Ярослав, тёмный лорд, — зашептались.

Похоже, до них только дошло.

— Конечно, я давно знаю, что Брянское княжество продалось полякам, — продолжаю. — Не стыдно, витязи?

— Семьи наши в их руках, что мы можем? — Ответил стары витязь. — Да и куда податься?

— Понимаю, — вздохнул и поднялся.

Пока ещё целые поляки насторожились. Князь заткнулся, продолжая всхлипывать.

— Сегодня я разорил два лагеря и сжёг крепость Биргера, так что дымовой сигнал неспроста, — рассказываю. — Ничего сложного для тёмного лорда, господа.

Сам себя не похвалишь — никто не похвалит.

— В твоей тёмной силе мы не сомневаемся, — произнёс витязь с неким укором. — И что на благо нашего народа она — тоже. Но…

— От вас ничего не требуется, — хмыкнул, перебив. — Просто не путайтесь у меня под ногами. Увижу кого из вас на поле боя в рядах польских, прокляну весь ваш род. Ты понял, Емельян⁈

Закивал, как дурачок. Остальные глаза вытаращили.

Похоже, моё демоническое слово прошибает до мозга костей.

— Кончайте захватчиков, — кивнул на поляков за столами.

Витязи недолго думают, подрываются и колют. Кто мечом, кто ножом, кто вилкой. Один поляк оказался магом — даже вдарить успел по бойцу, но тот ловко уклонился. Затем уже вдарил я. Второй ретивый попытался отбиваться мечом, ранил нашего и побежал на выход. Но упал на полпути подрубленный шрапнелью.

Князь сдуру рванул за ним, но один из витязей его придержал, повалив на пол.

Услышав, что стража бежит, я запаял дверь и подлечил раненного. А затем вернулся к первым трупам, чтобы их обобрать. Чую, что витязи ждут от меня ещё каких–нибудь слов, или ещё чего–то. А я просто забираю трофейное барахло, убирая его в магический карман.

— Что нам делать, Ярослав? — Слышу от старого витязя, когда я закончил своё хомячье дело.

— Создавайте тайное сопротивление в городе, ищите сторонников, — предлагаю. — А как придёт время, ударите врага с тыла.

— А когда оно придёт? — Обозначается ещё один.

— Когда поляк в моё королевство упрётся. И встанет там раком. Я иллюзий не питаю, скорее всего в осаде будем сидеть какое–то время. Но врагу без провизии туго придётся, вот каналы поставок и будете им портить. Сможете? Сдюжите, братцы?

— Сдюжим, Ярослав! — Раздалось решительное.

— Вот и славно, — одобрил порывы. — А пока сидите тихо. Скажете полякам, что я напал. Всё, как есть скажете, чтоб на вас не подумали. Кстати, кто у них тут ещё остался из доблестных панов?

— Наместник герцог Войцех, — раздалось от князя истеричное. — У него дюжина магов и сотни отборных ратников. И туда наведаешься?

— Не стоит, Ярослав, — вмешался ещё один витязь. — Он точно будет тебя ждать. Эта зараза хитрая.

В дверь стали настойчиво ломиться.

— Уходи, король, — кивнул старый витязь. — Мы не забудем твоих слов. Совестно нам, попробуем исправиться.

— А князь? — Кивнул на придурка.

— Я… я… ничего не скажу, клянусь дочерью! — Завизжал.

— Не переживай на счёт Емельяна, — встал перед ним старый витязь, вероятно, подумав, что щёлкну и этого. — Я, граф Третьяк, ручаюсь за него головой. И даю своё слово.

— Хорошо, — выдохнул и уже к князю: — Помни, Емельян, что я могу в любой момент явиться. Никакие стены меня не сдержат, никакая стража. От меня не скрыться. Я и в Нави тебя достану, понял, шкура⁈

— Понял, понял, всё понял…

Собрался уже через окно выходить. Но Третьяк придержал.

— Ярослав, ты должен знать кое–что. Подлый поляк недоброе задумал, — шепнул мне на ухо.