Игорь Некрасов – Воплощение Похоти 6 (страница 27)
Я сделал еще несколько шагов и задумался: спарринг с кем-то из стражей — это, конечно, хорошо, но если самого боя не выходит, то толку от этого нет. Например, последний бой с Костей меня ничему не научил, только дал понимание, что без защиты от заклинаний я могу сдохнуть в первые же секунды боя против умелого мага.
Хм, ну у меня есть мой «Взрыв маны». А раз других магических заклинаний у меня особо и нет, значит, нужно работать с ним. И если я не могу противостоять магии врага в лоб, возможно, я могу научиться рассеивать её… эм, взрывным импульсом? Например, полетит в меня заклинание, а я создам направленный взрыв из чистой маны, и когда заклинания столкнутся, они же друг друга уничтожат?
Ну хрен его знает, но нужно попробовать, но сначала я должен научиться создавать этот самый взрыв маны прямо перед собой, словно барьер, и так, чтобы он меня самого не задевал.
Зайдя на полигон, я встал в центр, закрыл глаза и попытался сосредоточиться на внутренней энергии. Я представлял, как сжимаю её в комок где-то в груди, а затем резко выталкиваю наружу.
Сначала ничего не выходило — мана лишь лениво переливалась внутри. Я сжал кулаки, и начал представлять перед собой Костю, с его самодовольной рожей… и где-то через час из моей ладони с хлопком наконец-то вырвался небольшой сгусток энергии, который, пролетев пару метров, бесследно рассеялся.
Прогресс, — подумал я. — Медленный, но прогресс.
В этот момент слабо завибрировала моя дощечка связи. Я достал деревянный прямоугольник — на нём проявлялись строчки:
Интересно.
Я отложил дощечку и мысленно подключился к зрению одного из шаурмуков. Картинка была мутной, засвеченной. Сквозь лиловую пелену тумана едва угадывались очертания улиц.
Хм, а этот чёртов туман, оказывается, прям везде… Ничерта не видно.
Я заставил зверьков взобраться повыше на уцелевший дом и оглядеться. Помехи не исчезли — казалось, туман искажал восприятие, нарушал их зрение. Но вдалеке угадывалось движение: тёмные фигуры, мелькавшие в развалинах, вспышки света, летающие чёрные сферы.
Значит, они всё ещё сражаются, причём очень активно, и при этом еще и разрушая город, — заключил я и отключился от шаурмука, затем снова взял дощечку и написал ответ:
Убрав дощечку, я снова сосредоточился на тренировке. Пока они там разбираются со своими проблемами, у меня есть свои, и главная из них — стать сильнее.
И я намерен её решить.
— Продолжим, — выдохнул я, снова сжимая ладонь и ощущая под кожей зудящую энергию.
Я сменил тактику. Теперь я представлял не полёт шара, а мгновенную вспышку, стену, щит из грубой силы прямо перед собой. Я сжимал энергию в кулаке не для броска, а для немедленного, контролируемого выброса.
Вот летит в меня молния, например, — думал я, уставившись в пустоту. — Или ледяная стрела. И значит мне нужно создать барьер. Сейчас.
Я выбросил вперёд руку, мысленно вырвав ману из ладони.
Хлоп!
В полуметре перед моей ладонью воздух дрогнул и вспыхнул тусклым голубым свечением. Оно просуществовало долю секунды — быстрее, чем моргнёшь, — и рассосалось.
Да, это уже что-то. Но… этого катастрофически мало. Чтобы нейтрализовать атаку, нужно, чтобы эта вспышка совпала с ней по времени абсолютно точно. Секундой раньше — и она рассеется, не встретив ничего. Секундой позже — и вражеское заклинание попадет в меня. Подгадать такой момент в реальном бою, под давлением… почти нереально.
Я задумался, расхаживая по полигону.
Хм, если я даже натренирую эту вспышку до совершенства, она вряд ли защитит от атаки вроде земляной руки Кости, которая вырастает прямо из-под ног. От неё не отгородишься щитом перед собой.
Хм… а если… — меня осенило. — Если я не буду пытаться блокировать, а использую взрыв не как щит, а как… толчок? Создам его прямо под ногами и оттолкнусь? Это позволит вырваться из хватки его земляной руки или резко отпрыгнуть в сторону.
Идея показалась стоящей. Я встал в центре зала, сосредоточился на ощущении маны в ступнях — странное и непривычное чувство — и резко, с силой, выбросил энергию вниз.
Результат превзошёл самые смелые ожидания.
Грохот оглушил меня. Взрыв маны, сконцентрированный под моими ботинками, был куда мощнее, чем я рассчитывал. Меня подбросило вверх, как пробку из бутылки шампанского.
— Сука-а-а-а-а…!
Я метнулся к потолку, едва успел сгруппироваться, и всем телом врезался в каменные своды на приличной скорости. Затем рухнул вниз и ударился о пол, отбив все рёбра и плечо.
В ушах звенело, в глазах потемнело. Я лежал, пытаясь отдышаться, и чувствовал жгучую боль в ступнях. Глянул вниз — от моих добротных туфлей остались одни лохмотья, а кожа на подошвах была красной и покрылась волдырями.
Системное окошко тут же услужливо моргнуло в уголке: «Получено повреждений: 287».
— Блядь… — выдохнул я сквозь зубы, переворачиваясь на бок. Боль была ясной и наглядной. — Вот это пиздец… Чёт я сильно переборщил с вливанием маны…
Итак. Выводы. Во-первых, количество маны нужно дозировать. Во-вторых, направлять и формировать импульс надо гораздо аккуратнее. В-третьих… в-третьих, идея рабочая. Я смог моментально переместиться. Просто пока я перемещаюсь прямиком в отделение травматологии.
С трудом поднявшись, я отряхнулся. Боль быстро прошла, но ощущения все равно были очень неприятными.
— Ладно, — хрипло сказал я. — Значит, будем учиться прыгать, а не взрываться. Медленно, маленькими шажками.
Я снова сосредоточился, на этот раз пытаясь представить себе не взрыв, а короткий, упругий всплеск энергии, который должен не разорвать мои ноги, а мягко, но в то же время сильно подтолкнуть. Как батут! Ну примерно…
Я сконцентрировал крохотную, по сравнению с прошлым разом, каплю маны и… аккуратно выплюнул её. Раздался не грохот, а скорее резкий хлопок, как от лопнувшего воздушного шарика. Энергия вырвалась, но не симметричной подушкой, а кривым, скошенным выстрелом.
Результат был предсказуемо болезненным.
Меня не подбросило вверх. Меня криво швырнуло в сторону. Правая нога получила резкий толчок, а левая осталась на месте. Я описал в воздухе неуклюжую дугу, беспомощно замахал руками и врезался боком в манекен для тренировок, установленный у стены. Манекен с треском сложился пополам, а я свалился сверху, отчаянно ругаясь.
— Твою ж мать! Сука! Бля! Рот ебал! — выругался я, потирая новый синяк на боку. — Неравномерное распределение… значит, нужно контролировать не только силу, но и форму. Нужно создать что-то по типу небольшого коврика под ногами, чтобы я мог стоять на нем двумя ногами.
Я поднялся, отряхивая щепки от манекена.
Прогресс, конечно, есть. Я хотя бы не взорвался а просто эксцентрично отлетел в случайном направлении.
Это лучше, чем ничего, но до управляемого прыжка или резкого уворота в бою мне ещё далеко, но… хули еще делать? Буду пытаться дальше…
Архилич Сайлон неподвижно парил, чувствуя, как ядро Некрополиса, его сердце, дрогнуло, стало неустойчиво. Энергия, которую он вложил в голема, не вернулась к нему, а была выжжена, обращена в ничто без остатка.
Как?.. — единственная мысль, способная крутиться в его потрясённом разуме. — Столько душ… в одно мгновение…
Он мысленно поднялся выше, и его сознание растворилось в лиловой мгле тумана, превратившись в тысячи невидимых глаз. Он окинул магическим взором поле боя, пытаясь оценить обстановку.
Часть его слуг продолжала «рекрутировать» новых мертвецов, другие яростно сражались. Его элита всё ещё давила на паладинов, но, оставшись без своего главного козыря, гиганта, теперь несли бессмысленные потери.
Его армия все еще была велика и насчитывала тысячи слуг, план не был разрушен до конца. Битва продолжалась, но чаша весов склонилась не в его сторону.
Его «взор» метнулся к женщине.
От её доспехов исходила неприятная, режущая аура света, даже сейчас, в её казалось ослабленном состоянии. И тут он увидел, как она опустила меч, остриём вниз, и расслабила хватку, меч плавно вошел в землю на десяток сантиметров, будто расплавив её. Затем она раскинула руки, и её доспех начал накаляться, слабо, тускло, словно из последних сил.
Это была она? И теперь эта женщина собирает энергию для чего-то нового! — пронеслось в его голове, и холодная, знакомая ярость начала пробиваться сквозь шок и пустоту.
Она была тоньше, острее, оттого что замешана на унижении. Он не мог позволить ей закончить заклинание. Его воля, хоть и ослабевшая, приобрела форму. Позади женщины, из самой тени, материализовалось умертвие — черный струящийся призрак с косой, сотканной из чистой ненависти.
Дух взметнул своё оружие, чтобы рассечь ей спину… но лезвие, не долетев всего сантиметра, вспыхнуло ослепительным белым светом и начало растворяться с тихим шипением, словно капля воды на раскалённой сковороде, а затем и само умертвие загорелось и рассыпалось.