Игорь Лахов – Кафедра 4 (страница 41)

— Вообще-то, — поправил я, — бывал там далеко не два раза. И должен признать правоту княгини: мне придётся идти на бой с Тёмным Князем. Очень не хочется, только вариантов действительно нет. И чем мы быстрее начнём подготовку к бою, тем лучше для нас.

— И то верно, — кивнула Ярина. — Пойдём, Родя. У меня уже всё готово.

Следующие сутки я провёл в настоящем аду. Алтайская Ведьма запихнула меня в какую-то ранее не встречающуюся мне сложнейшую пентаграмму и активировала её с помощью своей крови.

Сначала всё было хорошо. Я, полностью расслабленный, пребывал в лёгком, почти наркотическом блаженстве, купаясь в разноцветных энергетических потоках, окутывающих землю. Как понимаю, именно так видит их Ярина. Оригинально! Я бы даже сказал: красиво!

Тело постепенно наливалось силой. Вернее, не тело, а мой внутренний резерв наполнялся ею. Даже впитывая ауру убитых с помощью Таракана одарённых, я раньше не мог настолько хорошо подзарядить себя, как этой чистой природной энергией. По моим подсчётам, примерно через несколько часов я был полностью заполнен.

Но энергия продолжала вливаться. И тут пришла боль. Поначалу не очень сильная, но довольно неприятная. Словно быстрорастущие мышцы растягивают кожу. Внезапно меня просто разорвало на части! А потом каждую из частей Родиона Булатова разорвало ещё на несколько частей! А потом ещё и ещё!

И каждый ошмёток моей ауры, разделяясь на сотню других, причинял неимоверные страдания! Как личность я уже перестал существовать, но и в спасительное беспамятство не ушёл. Всё закончилось ярким взрывом, расплавившим мои уже давно несуществующие мозги. И тут же пришла темнота.

Открыв глаза, увидел себя лежащим посреди деактивированной пентаграммы. Причём увидел собственное тело сверху. Словно бесплотным духом парю под потолком и лицезрю результат трудов Алтайской Ведьмы. Внезапно пространство скрутилось в спираль, и я очнулся уже второй раз. Уже на полу.

— Всё, что могла, дала, — раздался уставший голос Яриной.

Старуха сидела на полу в углу комнаты и пустыми глазами пялилась в пустоту. Видимо, ей тоже нелегко далась моя прокачка.

— Сами помирать не собираетесь? — прохрипел я. — Видок у вас, Светлана Кузьминична, больно болезненный.

— Чуток поживу ещё. Рано мне уходить. Как сам?

— Непонятно. Словно я и не я одновременно.

— За сутки освоишься. И твой блохастый помощник тоже.

— Кто? — ещё с трудом соображая, переспросил я.

— Чпок. Я допустила ошибку и не перекрыла ваш канал привязки. Этот засранец тоже хапнул немало энергии, продлевая наши с тобой мучения. Но, быть может, это и к лучшему.

— А Вера?

— За неё не беспокойся. Тут мне ума хватило намертво заблокировать девушку. Иначе бы зазноба твоя сгорела, как спичка.

— Хозяин… Что это было? — раздался в голове голос белкогада. — Я чуть не сдох.

— Ты где? — также мысленно ответил я.

— Не знаю. Ни пошевелиться, ни глаз открыть. Но до того, как меня шандарахнуло, был на кухне около холодильника… О! Один глаз открылся! Всё тут же на кухне и лежу. А почему с тобой мы мысленно разговариваем? Раньше так только с Дунькой мог.

— Побочный эффект, наверное? Меня Алтайская Ведьма прокачивала.

— А заранее предупредить не мог⁈ — уже в полный голос возмутился белкогад, материализуюсь рядом со мной. — Я чуть колбасой не подавился!

— Думал, что ты в курсе. Всегда же тихонько подслушиваешь.

— Отлучился перекусить. Имею право!

— Значит, сам и виноват. Тебя, кстати, прокачка тоже коснулась, — обозначил я новые реалии.

— Да в гробу я её видал! Так хреново ещё ни разу в жизни не было! Даже тогда на кладбище, во время слияния змеи и белки! Да что за житуха такая! То спьяну создают, то без предупреждения и разрешения прокачивают! А я ведь не Дунька бесчувственная! Я — эксклюзивное существо, имеющее, кстати, душу! Пусть она и является частью твоей души, но болит по-моему, по-белгогадовски!

— Имеешь часть души Булатова? — внезапно заинтересовалась Ярина. — А вот это может нам пригодиться.

— Орех тебе в задницу, а не эксперименты надо мной! — продолжал разоряться Чпок, переключив весь свой гнев на Алтайскую Ведьму. — Ты, старая, совсем ополоумела⁈ Тебя на кладбище давно дожидаются, но вместо того, чтобы спокойно подохнуть, над невинными существами измываешься!

Но Светлана Кузьминична даже не попыталась отреагировать на оскорбительные выкрики разъярённого белкогада. Она о чём-то глубоко задумалась, пропуская слова Чпока мимо ушей. Потом, словно очнувшись ото сна, произнесла.

— Кажется, Родион, на битву ты отправишься не один.

— На какую битву? — моментально поинтересовался Чпок. — Что за драка намечается? Почему без меня?

— Именно с тобой. Если в тебе есть часть души Родиона, то большая вероятность, что вместе с ним переместишься в межмирье для схватки с Тёмным Князем.

— Уверены? — спросил я.

— Нет. Но шанс присутствует. Если, конечно, этот сварливый грызун ментально не воспротивится.

— Чего⁈ — аж подпрыгнул Чпок. — Пропустить самую эпическую битву в своей жизни⁈ Да ни за что! Даже приплатить готов и извиниться за резкие слова. Если для такого интересного дела необходимо, то готов ещё на одну прокачку. Даже на две!

— Хватит и того, что есть, — отрезала Алтайская Ведьма. — У вас всего лишь сутки, чтобы освоиться с новыми возможностями. А теперь нужно возвращаться к нашим. Уверена, что за вчерашний день произошло много интересных событий.

Ярина оказалась права. Неожиданно прибывшие домой эшелоны внесли жуткую неразбериху не только в работу железной дороги, но и во все остальные ведомства. Начальники и генералы, находясь чуть ли не в предынфарктном состоянии, пытались понять, что происходит. Без связи была парализована работа всех столичных организаций, а переданные с курьерами гневные депеши из дворца лишь усугубляли обстановку. К императору выстроилась целая очередь, но Павел Четвёртый, внезапно для всех, никого не допускал до своего царственного тела. Лишь несколько дворцовых вельмож были вхожи в его покои.

На улицах тоже чёрт знает что творилось. Всякие немногочисленные недобитки пытались устроить погромы. Среди простых граждан стали распространяться слухи, что императора убили, а во дворце засели мятежные генералы. Несколько взрывов оставили город без света и воды. И это сделали не мы.

— Верные нам, жандармерия и полиция уже зачищает Петербург от опасных элементов, — отчитался полковник Краснов. — Все армейские части пока не принимают никакого участия, но находятся на казарменном положении. Уверен, как только начнётся финальный этап Великого Размытия, они выступят на нашей стороне против очевидного врага в виде тварей Преисподней.

— Также организована эвакуация людей из столицы. Правда, идёт вяло, — признался князь Хаванский. — Люди отказываются верить, что началось Великое Размытие. Считают это уловкой мятежников. Но наиболее здравомыслящие всё же решились на бегство. И поток эвакуирующихся усиливается час от часу.

— То есть, — подвёл итог Аничков, — всё плохо, но не до такой степени катастрофично. Планы Павла частично сорваны. Осталось нам определиться, как и когда начнём основную битву.

— Когда начинать? Это нам сам Тёмный Князь подскажет, полностью вылупившись из императора. До этого момента его трогать опасно — улизнёт тварь в другое тело. Уверена, имеет на примете такое, — начала объяснять Алтайская Ведьма. — Как только он войдёт в межреальность и начнёт стирать границы между землёй и Преисподней, лишь тогда станет уязвимым и не сможет сбежать.

К сожалению, атаку из вашего, Аничков, поместья организовать не сможем. На таком большом расстоянии от дворца я не смогу сделать привязку к императору. Так что придётся возвращаться в город, в мой дворец. Я уже озаботилась убежищем в подвале. При правильной обороне мы сумеем в нём долго продержаться.

— Может, Тёмный Князь и не поймёт, откуда его атакуют? — с надеждой спросила профессор Гладышева, приглашённая, как и Дракон, на расширенный совет.

— Обязательно поймёт, — вздохнула Ярина. — Так что денёк предстоит кровавый. На нас попрут орды тварей, желающие заполучить не только тело Родиона, но и остальных, подпитывающих его силой.

— Но вы же утверждали, что Булатов теперь силён, как никогда. Зачем подпитка?

— Верно. Но его изначальных возможностей хватит лишь на то, чтобы пережить первый, самый страшный удар могущественной твари. А вот дальше начнётся изматывающая битва, в которой проиграет тот, у кого быстрее закончится резерв. Поэтому все мы будем подключены к Родиону. И… Готовьтесь к тому, что многие даже в случае нашей победы полностью выгорят, а то и вовсе погибнут. Всем придётся цену высокую заплатить.

— На войне по-другому и не бывает, — жёстко ответил профессор Зудин. — Я готов на любой риск.

— Все готовы, — кивнул Беда. — Слабаков среди нас нет. По какой схеме организовываем оборону нашего дворца? Я предлагаю следующую. Второй и четвёртый курсы Академии уже вернулись в столицу. Они засядут в близстоящих домах и постараются не дать тварям быстро взять нас в кольцо.

В самом же дворце разместятся третий курс и мои подготовленные жандармы из спецотряда. Прорыв обязательно случится, так что основной напор нечисти придётся именно на них. Около бункера обоснуются воспитанники Булатова. Кафедра Лингвистики — наш последний шанс.