Игорь Корнилов – Империя Русь (страница 18)

Члены Государственного совета встали, приветствуя государя. Король, поздоровавшись с присутствующими кивком, прошел к своему месту, сел, за ним опустились в кресла члены Совета.

– Господа, я собрал вас, чтобы ознакомить с письмом, доставленным мне вчера гонцом из Багдада. Халиф Ахмат ан-Насир приглашает на переговоры. А это означает, что с нами стали считаться. Это означает, что мы шли правильным путем. И это означает мир в Западной Азии.

Король помолчал, давая возможность присутствующим осмыслить услышанное. Потом продолжил, обращаясь к сидящему слева от него рыцарю-тамплиеру:

– Твое мнение, мессир Анри? Что доносят твои люди в Багдаде?

– В окружении халифа, экселенц, – начал доклад начальник разведки Анри де Пуатье, – большинство придворных и советников за мир с нами, но есть несколько достаточно влиятельных шейхов, категорически настроенных на газават.

– С ними проводится какая-то работа?

– Пробовали, не поддаются. Они весьма богатые люди, и взятками их не возьмешь. И на уговоры не идут. Остается… Ждем команды.

– Считай команду полученной. К моему визиту в Багдад там не должно остаться наших противников, – резко скомандовал король и повернулся к остальным: – Граф Зигфрид фон Нойбурн, на тебе подготовка похода и отправь гонца в Дамаск с приглашением султану Саладину. – Сенешаль кивнул.

– Тебе, мессир Эжен дю Плесси, поручаю подготовить подарки халифу и выдать деньги на подготовку похода воеводе Воиславу.

Сенешаль и командир гвардейцев поклонились.

– Выступаем через месяц. О ходе подготовки докладывать мне лично. Все свободны.

Из Иерусалима решили выступить за две недели до окончания праздника Рамадан, чтобы прибыть в Багдад к концу мусульманского Великого поста. В составе посольства были король Корнелий, султан Саладин, рыцарь Анри де Пуатье, воевода Воислав и начальник охраны султана Ахмат. В качестве охраны планировалось взять по сотне своих гвардейцев. И, конечно, обоз с необходимыми вещами, водой, продуктами и подарками халифу, его многочисленным женам и придворным. Пройти предстояло более сотни фарсахов по безводной степи.

Рано утром из ворот Святого Стефана по дороге на Дамаск вышел караван посольства. Город только просыпался, по улицам сновали лишь женщины и мальчишки с кувшинами воды. Сразу за городскими воротами начинался торговый городок с его многочисленными складами, гостиницами, конюшнями. В свое время Корнелий лично контролировал планировку и постройку этого городка для заезжих купцов. Самым примечательным в городке были мощеные площади и улочки, а еще бани, посещение которых было обязательным для всех приезжающих во избежание инфекций. Купцы и погонщики поначалу со страхом подчинялись нововведению, но со временем привыкли и даже научились получать удовольствие!

Королевский фургон, мягко покачиваясь на рессорах, катился по прекрасной широкой дороге. Несмотря на раннее утро, движение было довольно оживленным. Унылость пейзажа кое-как скрашивали придорожные поселки с резвящимися детьми. До переправы через реку Иордан в городке Тивериада ехать два дня, и чтобы не свихнуться от скуки, король набрал с собой стопку книг, напечатанных в типографии Иерусалима. Иногда, для разнообразия, он покидал фургон и пересаживался на коня, но езда сквозь пылевые облака никакого удовольствия не доставляла. Но вот уже Тивериада, небольшой отдых в местной бане, отмытой и очищенной специально для высокопоставленных гостей, понтонная переправа и еще два дня пути до Дамаска, где их уже с нетерпением дожидался султан Салах ад-Дин.

Венценосцы встретились по-дружески. Традиционные вопросы о делах и здоровье не казались риторическими, особенно после того, как весной 1193 года султан чуть не умер от лихорадки. Тогда спас его посланный Корнелием волхв Велес, личный лекарь и советник короля. С тех пор они стали друзьями. Вот и сейчас радостный и веселый, хоть и измученный длительным постом, шестидесятилетний султан буквально потащил друга во дворец. Зная, что во время Рамадана еду можно принимать только после захода солнца, Корнелий отказался от обеда и уединился с хозяином в библиотеке. Там они тщательно обсудили сценарий будущей встречи с халифом, а потом предались воспоминаниям. Уже вечером, после скромного ужина, друзья пошли погулять по Дамаску. На экскурсии настоял Корнелий, давно мечтавший посмотреть на один из древнейших и красивейших городов Азии. Расцвеченный огнями город действительно производил впечатление даже ночью. Все здесь дышало глубокой, четырехтысячелетней стариной, река Барада спокойно несла свои воды, овевая прохладой раскаленные за день дома и мечети, дворцы и медресе, площади и небольшие скверы…

К переправе на берегу Евфрата караван вышел, как и планировалось, в первый день Ид аль-Фитр, праздника разговения после Великого поста. Остановились лагерем, послав гонца к халифу. Уже через день переправившихся поочередно через Евфрат и Тигр путешественников Багдад встретил музыкой, праздничными шествиями и цветами. Исламский мир праздновал.

Посольство медленно продвигалось по запруженным улицам к дворцу халифа, расположенному на левом берегу реки Тигр. Согласно этикету посольство остановилось на Регистане перед парадным входом. Через небольшой промежуток времени к посольству вышел главный евнух и пригласил гостей во дворец. Путь в тронный зал пролегал через анфиладу роскошно украшенных залов, с великолепной росписью стен и потолков и цветными витражами в стрельчатых окнах. Перед высокими двустворчатыми дверями в тронный зал опять остановка. Из-за дверей послышалось объявление церемониймейстера: «…султан Египетский и Сирийский Салах аль-Малик ан-Насир ад-Дунийа ва-д-Дин Абу ал-Музаффар Юсуф ибн Айюб… и… король Иерусалимский, герцог Эдессы, великий герцог Антиохии и Триполи Корнелий Лакмат аль-Сабах…» Двери распахнулись, султан и король вошли в огромный зал, заполненный пестро одетыми придворными и иноземными послами. Перед ними, на высоко поднятом над полом троне, восседал халиф Абу-ль-Аббас Ахмат ан-Насир ли-Диниллах, правитель огромной империи, раскинувшейся от Ливии в Северной Африке до реки Инд. Султан пал ниц перед своим сюзереном, король лишь склонился в поклоне. Халиф жестом поприветствовал друзей и так же жестом подозвал поближе. После обязательных приветствий настал черед вручения подарков. Среди прочих халифа очень заинтересовали – и он с трудом скрывал восхищение – вязанки шкур соболей, песцов и белых медведей, подаренных Корнелием. Но еще большее восхищение хозяина вызвал томик Корана на латинском языке, напечатанный в иерусалимской типографии.

Официальная часть приема закончилась, естественно, пиром, а переговоры решено было начать утром следующего дня. Вечер султан и король посвятили ознакомлению со столицей Исламской империи. Конечно, Багдад впечатлял богатством убранства дворцов и мечетей, фонтанами и парками, но неприятно поражал жуткой нищетой окраинных кварталов. Правда, опасаться нападения грабителей не нужно было даже в трущобах, законопослушание багдадцев было притчей во языцех по всему исламскому миру. Гуляя по городу, Корнелий про себя отметил: где-то сейчас рыцарь Анри встречается со своими осведомителями? А воевода Воислав со своим коллегой Ахматом отчаянно ругается со своими гвардейцами, не пуская их в ближайшие к казармам кабаки!

Утром молчаливый евнух принес кувшин и таз для умывания, потом легкий завтрак. Не успел Корнелий привести себя в порядок, как заявился один из секретарей халифа и пригласил на переговоры. Переговоры халиф решил проводить в своей библиотеке – может, из хвастовства, может, для большей доверительности. Кроме халифа, короля и султана, присутствовал великий визирь по имени Абу-Али ибн Дауд.

Собственно говоря, смысл переговоров сводился к следующему: поддержание мира в Средиземноморском регионе, беспрепятственное и безопасное перемещение товаров и людей к морским портам на территории Иерусалимского королевства и, главное, свобода вероисповедания в христианском королевстве и обеспечение свободного доступа мусульман-иностранцев к своим святыням в Иерусалиме. Уточнив детали, договор подписали и скрепили печатями халиф Багдадский и король Иерусалимский. Султан и великий визирь засвидетельствовали документ своими подписями. Закончив официальную часть, Корнелий попросил халифа об аудиенции один на один. Халиф, хоть и удивленный этакой бесцеремонностью, согласился и пригласил Корнелия в свой рабочий кабинет.

В небольшом и довольно скромно обставленном кабинете венценосцы расположились в креслах. После недолгого молчания и под вопросительным взглядом халифа Корнелий начал:

– Светлейший, то, что я сейчас расскажу тебе, может показаться сказкой. Твое право оценить: верить или не верить мне. – Корнелий вопросительно взглянул на халифа, тот согласно кивнул. – Так вот, Светлейший, я знаю будущее. Не спрашивай, от Аллаха или от Шайтана эти знания, главное то, что мои предсказания сбудутся, если не предпринять определенные меры.

Корнелий помолчал, собираясь с мыслями, и продолжил:

– Через двадцать семь лет, в 603 году Хиджры, ты можешь потерять власть, потерпев поражение в неудачной войне с хорезм-шахом Мухаммедом ад-Дином, сыном Ала ад-Дина Такеша. Позже, в 626 году Хиджры, всю Азию ждет страшное испытание – вторжение диких орд с Дальнего Востока.