Игорь Конычев – Там леший бродит 3 (страница 16)

Напиток был вязким, обжигающе горячим и не спешил остывать даже на морозе. Сделав осторожный глоток, я почувствовал небольшую сладость, прекрасно гармонирующую с ощутимой кислинкой. Кисель понравился мне настолько, что я всерьёз задумался над тем, как бы научить Кузьмича варить точно такой же.

— Хорош киселёк? — раздался рядом со мной знакомый голос.

Подавив завертевшееся на языке ругательство, я повернул голову к Крачуну как раз в тот момент, когда ему ответила Забава:

— Хорош, дедушка, очень хорош!

— Вот бы попробовать, — мечтательно протянул старик в белой шубе и похлопал себя по карманам, — да кошель дома оставил… — он покосился на меня и криво усмехнулся.

Мои кулаки непроизвольно сжались.

— Тогда давай я тебя угощу, — тут же нашлась царевна. — Хозяюшка, — обратилась она к разливающей кисель старушке. — Налей ещё кружечку для дедушки.

— Сейчас, сейчас, — засуетилась бабушка, выполняя очередной заказ.

Забава забрала кружку, положила в сухую ладонь старушки округлую монетку с неровными краями, после чего отдала кисель Крачуну.

— Вот, пей на здоровье!

— Ай спасибо, внученька, — закачал седой головой владыка Подземного мира, изображая на морщинистом лице радостную благодарность. — Уважила ты старика. — Он аккуратно взял кружку, держа её за самый край рукоятки.

Я заметил, как от киселя сразу же перестал идти пар.

— А как иначе? — удивилась не обратившая на это внимания Забава. — Меня батюшка учил старших почитать.

— Хорошо он тебя научил, — одобрил Крачун.

— Дедушка, — в глазах Забавы промелькнуло недоумение. Она осторожно втянула носом воздух. — А почему от тебя так пахнет?

— Потому что в баньку давно не ходил, — вмешался я в разговор, оттесняя Крачуна от лешачихи. — Ты, Забава, иди, погуляй ещё, брата с невестой поздравь, да скоро собираться будем.

Лешачиха хотела что-то спросить, но к счастью из толпы вынырнул Иван-царевич и увлёк её за собой для разговора с отцом. Проводив их взглядом, я развернулся к Крачуну.

— Чего ты здесь забыл?

— Так ярмарка же, — с беззаботной улыбкой ответил тот, разглядывая кисель внутри своей кружки. — Люд веселится, вот я и явился поглядеть, да погулять.

За нашими спинами раздался разочарованный детский вздох. Совсем ещё молоденькому мальчишке, что держал за руку свою маму, не досталось киселя.

— Прости, дитятко, — причитала старушка. — Погодить тебе придётся, пока новый сварю.

Но ребёнок лишь шмыгал носом и глядел на пустые котелки полными слёз глазами.

— Возьми мой, — совершенно бесшумно Крачун вдруг оказался подле ребенка и его матери и протянул пацану свою кружку, которую тот тут же сцапал двумя руками.

Молодая мама полезла за пазуху, но старик в белой шубе покачал головой:

— Платы мне не надобно, всё равно кисель мне задаром достался.

— Спасибо, дедушка, — мама ребёнка чуть склонила голову.

Крачун улыбнулся ей и уставился на пацана холодным взглядом.

— Спасибо, дедушка, — повторил за мамой ребятёнок, и глаза владыки Подземного мира немного потеплели.

— Пей на здоровье, — он потрепал мальчишку по шапке и, отвернувшись, зашагал прочь.

Я поспешил за Крачуном, не желая терять его из виду. За моей спиной раздался озадаченный голос мальчугана.

— Матушка, кисель-то холодный! — пожаловался он. — Там, вон, ледышки плавают!

— Давай сюда, дитятко, я живо погрею, — предложила старушка, гремя котелком.

Продолжение их разговора я не слушал, так как догнал Крачуна. Тот как раз остановился и принялся скользить взглядом по толпе.

— Хватит уже людей испытывать, — я встал рядом с ним.

— Коли их не испытывать, как узнать, кто душой ладен, а кто сердцем чёрств? — спросил старик в белой шубе, глядя прямо перед собой.

— Зачем тебе это знать?

— Чтобы понять, кого наградить, а кого наказать, — ровно произнёс Крачун, наконец удостоив меня взгляда. — Зачем же ещё?

— Всякий может и хороший поступок совершить, и оступиться. Не тебе их судить.

— Так я и не сужу, — призвав в руку свой посох, сейчас выглядевший не ледяным, а деревянным, Крачун разжал пальцы и тут же уронил его. — Я оцениваю.

— Вот, дедушка, держи, — проходящий мимо случайный паренёк тут же поднял посох и вернул старику. Несмотря на то, что молодой человек был явно увлечён шагавшей рядом девицей, он решил задержаться и помочь.

— Спасибо, внучок, — произнёс Крачун, внимательно разглядывая парня. — Добрая ты душа.

Смущённо улыбнувшись, паренёк попрощался и поспешил догнать подругу. Та же вдруг поскользнулась буквально на ровном месте и упала точно в объятия догнавшего её молодого человека.

— Да ты прямо Купидон, — скривился я.

Крачун нахмурился.

— Как-то срамно звучит, — проворчал он. — Не кличь меня так. У меня своё имя имеется.

— Хорошо, — покладисто согласился я. — Скажи тогда, Крачун, что с парнем было бы, пройди он мимо?

— Тогда бы он поскользнулся, и зад себе ушиб, — улыбнулся он в седые усы. — А девица красная над ним бы потешаться стала.

Я вскинул бровь.

— И ты не стал бы превращать юнца в ледяную статую?

Владыка Подземного мира поглядел на меня с укором.

— Белояр, — проникновенно произнёс он, — я, по-твоему, кто?

— Старик с большой силой и странностями, — без промедлений ответил я.

— Пожалуй, — Крачун медленно кивнул. — Возраст мой не зимами, а веками меряется, силою тоже не обделен, что же до странностей… Имеются, вестимо. Всё так. Но не нужно думать, что я зло во плоти.

Скептически хмыкнув, я покачал головой:

— Звучало бы правдоподобнее, не уничтожь ты целый отряд печенегов за несколько мгновений за то, что они тебя не уважили.

— Считаешь, что они этого не заслужили?

— Речь не о том…

— О том, — перебил меня Крачун. — О том, Белояр. Коли кто-то дурное удумал, то нет ничего скверного в том, чтобы не позволить ему сотворить задуманное. Наоборот, скверно бездействовать.

— Складно говоришь, — не стал спорить я. — Но ты бы помешал им, коли они бы тебя уважили, как ты того хотел?

Между мной и владыкой Подземного мира пронеслась стайка детворы и их родичей, ненадолго разделив нас. Не успел я отыскать собеседника взглядом, как он вдруг подступил ко мне с другой стороны.

— Прояви они доброту, исход был бы другим, — не выражающий никаких эмоций голос Крачуна звучал глухо и отрешённо. — Но задуманного они бы не свершили, и мне то доподлинно известно.

— Откуда? — тут же спросил я, недоверчиво прищурившись.

— Потому как ты бы им не позволил, — пожал плечами Крачун. — Видел я, как волколаки следы нашли, а потом их вожак тебе о том доложил.

— Как ты это узнал?

— У каждого свои тайны. — Неопределённо ответил мой собеседник, и стало ясно, что в детали он вдаваться не намерен. Отвернувшись, он неторопливо направился в сторону от снующих туда-сюда людей. Остановился он лишь на самой окраине ярмарки. — Спрашивай уже, чего хотел, — негромко сказал он.