Игорь Кацавеля – Игра за мечту (страница 10)
Только за десять минут до отбоя парни вдруг сообразили, что надо бы решить вопрос с комнатами. Алекс с Оливером подошли к своим нынешним соседям – те, недолго думая, согласились поменяться. Всё было на удивление очень просто.
Теперь вся четвёрка – Алекс, Оливер, Арман и Зак – оказались в одной комнате. И, пожалуй, это был первый по-настоящему счастливый момент дня для Алекса. Он понимал, что здесь каждый сам за себя. Но, сидя рядом с ребятами, он чувствовал: иногда соперничество не мешает дружбе. Иногда оно её даже делает крепче.
Последующие несколько дней пролетели стремительно – словно кто-то нажал на ускорение. Утренние тренировки, учебные занятия, вечерние тренировки, ужины, короткие разговоры в холле и поздние, измотанные вечера в комнате. Алекс привыкал к расписанию, словно втягивался в ритм чужого города, чужих правил, чужой борьбы.
Порой всё казалось не таким уж страшным: Оливер шутил на уроках, Арман молча поддерживал, а Зак устраивал соревнования – кто быстрее закончит контрольную. Даже тренировки начинали давать странное удовлетворение: тело болело, но мозг жадно впитывал всё новое.
Но когда спадало дневное напряжение, наступали вечера.
В тот вечер, когда расписание было наконец исчерпано до последней строчки, в комнате царила тишина. Оливер валялся на кровати, болтая с кем-то по видеосвязи и тихонько смеясь. Зак, перекинувшись с кем-то парой сообщений, листал телефон. Арман сидел в углу, уткнувшись в учебник, хотя глаза его давно блуждали где-то за пределами страниц.
Алекс тоже держал в руках телефон, но не знал, кому написать. Он не хотел казаться слабым, не хотел первым жаловаться родителям, что скучает. Это ведь был его выбор.
Он перевернул телефон в ладони, потом вдруг вспомнил про карман бокового отделения своей спортивной сумки. Порывшись в нём, нашёл небольшую сложенную записку. Почерк был родной, неровный от спешки: “Мы всегда рядом, даже если далеко. Любим тебя. Мама.”
Алекс медленно разгладил листок и положил его на тумбочку рядом с кроватью. Ему не хотелось никому показывать, как сильно ему не хватало дома.
Он просто тихо лежал, глядя в потолок, сжимая в руках клочок бумаги, будто это было что-то большее, чем просто записка.
Алекс не знал, сколько времени пролежал так, уставившись в потолок, раздумывая обо всём и ни о чём. Комната словно затихла вместе с ним, звуки улицы за окном превратились в далёкий фон.
На другом конце комнаты Оливер тихо захлопнул ноутбук и, бросив взгляд на Алекса, спросил почти шёпотом:
– Эй… Ты как?
Алекс повернул голову. Оливер сидел, облокотившись на спинку кровати, и выглядел неожиданно серьёзным.
– Нормально, – пожал он плечами. Оливер усмехнулся.
– Да уж, “нормально”, – передразнил он. – Слушай, все мы тут типа “крутые”, но на самом деле половина парней уже второй день маме звонит каждый вечер.
Алекс улыбнулся. Эта простая фраза сбила острие его грусти, сделала её мягче, понятней. Он почувствовал, что не одинок.
– Я бы тоже позвонил… – признался Алекс. – Но боюсь, если начну, домой потянет.
Оливер кивнул, словно понимал.
– Держись. Завтра будет легче. А потом ещё легче. Так говорят те, кто тут уже год учится, – он бросил мячик от настольного тенниса вверх и ловко поймал. – А там глядишь – и домой съездим в отпуск. Будем героями.
Алекс усмехнулся шире. Да, ему этого сейчас и не хватало – простого понимания, что все вокруг чувствуют то же самое.
– Кстати, – продолжил Оливер, – завтра у нас первая тренировка с главным тренером. Будет весело. Говорят, он любит молниеносные перекаты и взбучки тем, кто зазнаётся.
– Класс, – хмыкнул Алекс. – Вот и развлечение.
Они ещё пару минут перекидывались короткими фразами, ничего особенного – пара шуточек про тренировки, обсуждение, кто круче сыграл сегодня в мини-игре, и какие бутсы у кого порвались.
Но именно в этой легкой болтовне Алекс вдруг поймал тёплое ощущение: он не один здесь. И это место – каким бы новым и пугающим оно ни казалось – может стать домом. Может быть.
Постепенно разговоры стихли. Оливер уже спокойно дышал, задремав, а Алекс лежал, глядя на потолок, прижав к груди записку от мамы, и впервые за последние дни чувствовал себя чуть спокойнее.
На следующий день, после короткого сбора в холле, парни направились к полю. Но на этот раз шли тише обычного. Даже Зак, обычно не упускавший случая для шуток, молчал, уставившись в землю. В воздухе повисла напряжённая тишина.
Оливер догнал Алекса и шепнул, будто боясь, что кто-то услышит:
– Говорят, главный тренер сам проверяет, кто реально умеет играть.
Алекс кивнул, ощущая, как сердце начинает стучать быстрее. Он сжал ремешок сумки на плече так крепко, что побелели пальцы.
Арман шёл впереди, сосредоточенно и молча. Даже самоуверенный Зак оглянулся через плечо на поле, где уже стоял высокий мужчина в спортивной форме – их тренер. На вид ему было около сорока: короткая стрижка, строгие глаза, спокойная осанка человека, привыкшего держать под контролем десятки молодых характеров.
Когда вся группа собралась, тренер шагнул вперёд.
– Доброе утро, господа – сказал он чётким, уверенным голосом. – Я – тренер Дэниелс.
– С моим коллегой – мистером Морганом вы уже успели познакомиться.
– Лучше бы не знакомились, – подумал про себя, боявшись случайно выкинуть это вслух Арман.
– С тренерами Уотсоном и Харпером вам предстоит знакомство в ближайшие дни
– добавил Дэниелс.
– На играх чемпионата, как правило, вашей командой будет управлять мистер Уотсон, я не смогу присутствовать на каждой игре, поскольку в нашей академии есть 5 команд, u14, u15, u16, u17 и 18-20 лет. Но вам нужно знать, что я включён в развитие каждого из вас.
Он оглядел игроков взглядом, от которого хотелось распрямить спину.
– Сегодня будем работать над фундаментом. Техника, движение, физика.
– Он сделал короткую паузу. – И запомните: ошибки – часть пути. Не бойтесь ошибаться. Бойтесь не пытаться.
Некоторые ребята удивлённо переглянулись. В словах тренера звучала строгость, но без угрозы. Наоборот – было ощущение, что от них ждут не идеальности, а настоящего стремления.
– Начнём с разминки. Потом – работа с мячом. Подготовка вашего тела – фундамент вашей игры.
Он хлопнул в ладони:
– Пошли работать!
Ребята бросились выполнять разминку: бег, ускорения, растяжка. Потом ребята разбились на пары и пошли упражнения на контроль мяча – короткие передачи в парах, приём мяча с разных углов, отработка движений без ошибок. Алекс оказался с Оливером.
Тренер Дэниелс ходил между парнями, наблюдал, иногда поправлял движениями рук, реже – короткими фразами:
– Спокойней, голова вверх…
– Мягче приём…
– Двигайся быстрее после паса…
– Давай без позора, – тихо фыркнул Оливер Алексу, перекатывая мяч подошвой. Алекс усмехнулся:
– Говори за себя.
Они быстро вошли в ритм: передача – приём – движение. Всё под контролем.
На соседней паре Арман и Зак тоже работали – у Армана движения были мягкими, почти танцующими, а Зак иногда шутливо кривлялся после ошибок.
– Эй, я вообще-то даю мастер-класс, – крикнул он Арману, когда мяч в очередной раз отскочил не туда.
Арман лишь тихо улыбнулся, не сбиваясь с ритма. Тренер Дэниелс, проходя мимо, бросил:
– Шутить хорошо… но пасы пока отстают. Зак мгновенно посерьёзнел и выпрямился.
Алекс заметил это и про себя подумал: здесь даже шутки – часть игры. И ошибок действительно никто не боялся – каждый раз после промаха ребята не опускали головы, а пробовали снова. В этом было что-то странно обнадёживающее.
Это было другое чувство. Новое.
И пусть сердце всё ещё билось быстрее обычного, Алекс почувствовал – ему хочется работать, доказывать, открываться.
После двух часов напряжённой работы мышцы гудели, дыхание сбивалось, а футболки прилипали к спинам. Утренняя тренировка выжимала из них всё. Под конец занятия тренер Дэниелс собрал всех в круг.
Он медленно обвёл игроков взглядом, словно запоминая каждого. Алекс почувствовал, как сердце вдруг застучало чаще – казалось, тренер смотрит прямо на него.
– Поле – это зеркало, – наконец произнёс Дэниелс спокойно, но с той особой твёрдостью в голосе, которая заставляла слушать каждое слово. – Оно покажет вам всё: и силу, и слабости. Не бойтесь увидеть правду. Кто её примет – станет игроком.
Он сделал паузу, позволив словам повиснуть в воздухе. Кто-то опустил взгляд, кто-то наоборот – выпрямился гордо. Алекс стоял, вбирая каждую фразу как руководство к действию. Где-то рядом он услышал, как Оливер тихо выдохнул, словно отпустив напряжение.
Арман чуть заметно кивнул сам себе, а Зак скрестил руки на груди, но взгляд его был цепким и внимательным.