Игорь Хаустов – Смех сквозь слёзы (страница 3)

Толстая резиновая подошва на обуви незваных заграничных гостей дымила, приняв всю силу удара электрического тока на себя. Это спасло им жизнь.

Наши пограничники доставили их бесчувственные тела в полковой медицинский пункт. Только на вторые сутки, задержанные начали приходить в сознание.

«Особисты» (работники КГБ) в результате беседы с непрошеными гостями из Китая выяснили, что нарушить границу заставило их любопытство и нестерпимое желание познакомиться с русским гостеприимством.

В переводе на русский язык это означало, что у них в то время, после большого перепоя, и тяжёлого похмелиться сильно горели трубы, и страшно болела голова.

Оказывается бедолаги, направляясь к нам в гости, посчитали, что в СССР это одно из мест на её обширной территории, где в сопках, в дали от людей, для пьющего советского человека, регулярно устраиваются такие оргии.

Услышав очередной раз с Российской территории команду «К Столу» поддавшие нарушители границы не выдержали.

Они посчитали, что сейчас там счастливчики рассаживаются вокруг длинных столов, на которых в изобилии выпивка и всевозможные закуски.

А так как пьянка уже началась, поспешили, чтобы успеть на этот сабантуй до команды «От Стола».

Желание с похмелья поправить своё здоровье, и особенно рассчитывая на русское, братское гостеприимство, они направились в сторону сопок, откуда только – что поступило заманчивое приглашение «К Столу».

Наконец они подошли к ограждению, в виде металлической сетки, которая, удаляясь от верхушки столбов примерно под углом тридцать градусов, плавно опускалась к земле, не касаясь её.

Здесь Хюй-Вин отметил:

– Смотри Сюнь-Хюй?! Как здорово у русских всё продумано! Чтобы опьяневшая компания не разбежалась по сопкам, вон какую сетку поставили.

Время было ночное, при том наши гости были с большого перепоя и предупреждающих табличек о том, что вся сетка находится под высоким напряжением, не заметили.

Бедолаги поспешили вдоль периметра, в надежде обнаружить вход в огороженную зону.

Но здесь на их беду неожиданно внутри периметра раздалась команда «От Стола».

Желая, хотя бы к шапочному разбору попасть на сабантуй, они решили преодолеть сеточное заграждение.

Когда, находясь в санитарной части под наблюдением доктора, хорошо понимающего китайский язык, бедолагам на вторые сутки вернулось сознание, он находясь за занавеской, услышал:

– Ну, как Сюнь-Хюй, тебе понравилось русское гостеприимство?

Ты знаешь Хюй-Вин, ничего не помню. Но одно могу точно сказать, что у русских на сабантуе отличный вышибала. Ни ты, ни я его и в глаза не увидели, а сознание вырубил нам на двое суток.

После профилактической беседы с нашими «особистами» у обоих Хюев навсегда отпало желание ходить в гости без приглашения.

Глава № 3

С 1 октября 1949 года, до конца шестидесятых годов, пока успешное плановое экономическое развитие Китая, как и в СССР, основываясь на учения Карла Маркса, неуклонно двигалось вперёд, в то время на вопрос:

– Кто такие китайцы? – наши люди не задумываясь, отвечали – китаец, это тот же русский. Это родные братья-близнецы!

Но когда в результате авантюрной политики, китайское руководство, без всякого обоснования, фальсифицируя учения Карла Маркса, решило в одиночку в течение 1958 –1960 годов совершить «большой скачёк» вперёд, братские отношения между двумя Великими державами начали заметно ухудшаться.

Теперь уже на вопрос: – Кто такие китайцы? – наши люди, подумав, отвечали :

– китайцы похожи на русских. Наши братья! Но только двоюродные.

Особенно взаимоотношения ухудшились когда, вывернув наизнанку

Марксистскую теорию построения социализма, в КНР началась (1966 – 1976) «культурная революция».

Тогда наши разногласия с Китайской Народной Республикой уже были накалены до предела. Когда-то воспетые в песне, – русский с китайцем братья на век…, теперь на границе смотрели друг на друга сквозь прицелы автоматов.

В отдельных местах провокации доходили до применения оружия, и кровопролития.

Теперь на вопрос:

– Кто такие китайцы? – наши люди, глубоко задумавшись, отвечали:

Все китайцы, это такие же, как мы, русские, но основательно окосевшие от Марксизма.

Находясь всего в семи километрах от китайского пограничного поста, несмотря на усиленную охрану, мы на своей «Стартовой Позиции» начали чувствовать себя не уютно.

Даже в стельку пьяные китайцы со своей территории, по нашей заманчивой, зазывающей команде «К Столу», перестали наведываться к нам в гости.

В каком постоянном, психологическом напряжении жил народ в приграничной зоне, мне довелось увидеть своими глазами в городе Гродеково, ныне город Пограничный, расположенном на самой границе с Китаем.

Тогда я ехал по городу в рейсовом автобусе. Все сидячие места были заняты. Впереди сидел инвалид с массивной тростью в руках.

Несколько человек, в том числе и я, стоя разместились в проходе. Впереди меня стоял мужчина славянской наружности, крепенького телосложения, и что-то с явным возмущением говорил на ухо молодому китайцу.

Тот невозмутимо продолжал стоять на своём месте, абсолютно не реагируя на окружающих.

И здесь неожиданно произошло событие, которое потрясло меня своей жестокостью.

Мужичок, славянской наружности и крепкого телосложения с размаху двинул по физиономии китайца.

Несчастный пулей полетел по проходу в сторону инвалида, который, абсолютно не задумываясь, своей массивной тростью начал дубасить по туловищу китайца.

Этого оказалось вполне достаточно, чтобы взбудоражить пассажиров автобус. Беднягу от линчевания спасла находчивость водителя, который, закрыв двери, доставил всех в ближайшее отделение милиции. Зачинщиков избиения и свидетелей оставили для разбирательства в милиции, а остальных отпустили.

Я, как лицо, видевшее начало всего этого самосуда, оказался среди свидетелей, и мне довелось воочию наблюдать весь ход расследования этого необычного происшествия.

Следователь быстро выяснил, что причиной избиения стал отказ китайца, после неоднократного напоминания ему, убрать пятку своего сапога с носка ботинка славянина.

Затем, обращаясь к инвалиду с массивной тростью, сидевшему в то время на переднем сидении, он удивлённо спросил:

Ну а вы-то с пассажирами автобуса, за что начали избивать несчастного китайца?

А мы все пассажиры в автобусе, уважаемый товарищ следователь, подумали, – что уже началось!

не задумываясь, ответил инвалид.

Глава № 4

Обострившиеся отношения с Китаем, сказались и на судьбе нашего ракетного полка.

Осенью 1963 года мы были подняты по «тревоге» и согласно приказу начальника Генерального штаба Вооружённых сил СССР, своим ходом, со всем вооружением, в течение двух суток совершили марш-бросок, в глубь страны.

Командир дивизии генерал-майор Фролухин Владимир Иванович, осуществлял общее руководство в процессе передислокации.

Несмотря на преклонный возраст, генерал оставался, или пытался оставаться молодым и энергичным. Но года неумолимо делали своё дело.

У генерала был толковый и преданный адъютант – лейтенант Слабухин, который ни на шаг не отходил от своего начальника. После того, как колонна прошла половину пути, ночью в полевых условиях устроили привал.

Пока генерал-майор давал указания, адъютант установил полевую палатку. Время осеннее, ночи прохладные.

Чтобы обеспечить нормальный сон генералу, он в палатке растопил печку «буржуйку».

Под утро, когда Владимир Иванович в натопленной палатке спал крепким сном, сон окончательно сломил лейтенанта Слабухина. Подбросив последний раз в полевую печку дровишек, он прилёг возле своего любимого командира.

После изнуряющего марш-броска, и бессонной ночи адъютант не заметил, как мгновенно уснул. И как на грех, приснилась ему любимая девушка.

И не просто приснилась, а приснилась в постели. И не только в постели, а в его жарких любовных объятиях.

Во сне, так захотелось лейтенанту Слабухину близости с милой подругой, что не заметил, как на ширинке все пуговицы по отскакивали, и мужское достоинство вырвалось на свободу.

В это время генерал тоже видел подобный сон, и вдруг во сне как закричит УРА…

Генерал-майора Фролухина солдаты и офицеры любили и уважали, как орденоносца, участника Великой отечественной войны.

Вот и сейчас, все, кто находился недалеко от генеральской палатки и слышал этот боевой клич, сочувствовали своему командиру:

Что война с человеком делает? Прошло уже двадцать лет после её окончания, а генерал до сих пор во сне в атаку рвётся.