Игорь Гринчевский – Руса. Покоритель Вавилона (страница 54)
Тут Длинный усмехнулся, цинично подумав, что основные барыши получат вовсе не местные простофили. Как только порт начнёт приносить серьёзные деньги, здешний царь, наверняка, сменит его начальство на более хватких и приближенных людей. Появятся и новые купцы, богатые и расторопные, которые отхватят себе самые жирные куски. И даже местных проституток потеснят приезжие, привлечённые деньгами моряков и торговцев.
Впрочем, местным тоже достанется благ, но они, как это свойственно людям, будут сетовать на несправедливость жизни, а не благословлять богов за улучшение жизни.
— Дур-рак слеподыр-рый! — продолжала надрываться птица. — Гр-рабят! Пир-ра-аты!
До Йохана вдруг дошло, что лодки, пожалуй, великоваты для пары рыбаков. И почему это рыбаки вдруг свернули ловлю и уселись на вёсла? Рановато ещё для этого! И почему он не видел, как они вытаскивали сети?
— Командир, похоже, мой Пират прав! — громко доложил он.
Будто подслушав, люди, до того лежавшие на дне лодок, перестали прятаться и взялись за вёсла.
— Сигнал кораблям эскадры: меняем курс, держать по ветру! Всем перестроиться в оборонительный ордер! — скомандовал Волк.
Чтобы взять побольше груза, команды кораблей уменьшили. Причём, что удивительно, помимо дорогого индийского шёлка, благовоний и пряностей приказчик Клеомена постарался забить корабли местной пшеницей. Вкус у неё был получше привычной морякам полбы, но всё равно выбор товара не мог не удивлять.
На вёслах тяжелогружёные корабли не могли бы утомить преследователей долгой погоней, а вот под парусами на это можно было рассчитывать. Оборонительный ордер же подразумевал перестроение в две параллельных линии. Если пираты рискнут войтимежду ними — им достанется с двух сторон, поэтому оборону одного из бортов каждого корабля можно ослабить, соответственно усилив другой. Кроме того, корабли Волка, как обладающие наиболее боеспособными и полными командами, заняли места в начале и в конце каждой из линий.
— И стоило беспокоиться⁈ — как бы для себя пробормотал Боцман, но так, что его слышала вся команда. — Дюжины две лодок, людей и трёх сотен не наберётся, так что перевеса у них нет.
— И луки слабые, а доспехов вовсе нет! — поддержал его Гоплит. — Не понимаю, на что они рассчитывают?
— Если нападать скопом на один-два корабля за раз, перевес будет большой! — философски заметил Полуперс. — Потом можно повторить. И не раз… А про наши сюрпризы они не знают.
— Или имеют свои! — негромко заметил Волк, неслышно подошедший к ним. — Например — зажигательные снаряды. Поэтому я наш корабль и поставил одним из замыкающих. Хочу лично посмотреть. А вы пока скорострелку расчехлите и дробовики приготовьте.
При этих словах все трое оживились. Боцман обожал «скорострелку», а оставшиеся двое постоянно изыскивали поводы пострелять из «громыхалок».
— Пока не подойдут шагов на сорок, огонь не открывать! — распорядился Мгели. — Боцман, а ты обычные стрелы пока в сторону отложи, стрелять будешь «громовыми стрелами» и зажигательными, через одну. А обычными — только когда они все побегут.
Потянулись минуты ожидания. «Пора!» — сказал себе Гоплит и приподнялся над бортом. Глухо бахнул дробовик, и в передней лодке тут же раздались вопли. Крупная дробь успела прилично рассеяться и зацепила пятерых пиратов. Тут же бумкнул ещё один выстрел справа, затем другой — слева. Это уже сам Мгели присоединился.
Но Гоплит не отвлекался на это, отсчитывая про себя секунды и спрятавшись от вражеских лучников за бортом, он торопливо переломил ружьё, поддел донце гильзы специальным выступом на кольце и ловко вытащил. Затем вынул из подсумка[3] новый патрон, зарядил оружие и, приподнявшись над бортом, произвёл новый выстрел.
«Тринадцать секунд между выстрелами. Неплохо, втроём мы почти со скорострелкой сравняемся» — подумал он.
— Боцман, стреляй «громовыми»! — раздалась сзади команда Волка. — Я всё увидел, они «зажигалки» готовят!
Испытания «деревянных пушек», придуманных эребунской роднёй, оказались успешными. Широкие и толстые лучше всего применять для ближней картечи, средние — для дальней. А вот тонкие и длинные надо будет приспособить под метание артиллерийских гранат. Ещё бы добиться, чтобы запал у них поджигался выстрелом… Ничего, добьёмся, не так уж и сложна эта задача.
Смущал, правда, низкий ресурс изделий. Фактически они получались одноразовыми. С другой стороны — кто заставляет нас возить стволы отсюда? Шаблоны и станки для сверления стволов можно отправить и механикам при войске. Не сейчас, конечно, а когда сами процедуру отработаем.
В голове мгновенно выстроилась система: артиллерийские лафеты с большими колёсами позволят сделать артиллерию мобильной. Стволы будут точить в ближнем тылу и заменять по мере износа, а заряжать и ввинчивать запальную трубку[4] будут непосредственно перед боем. Должно, по идее сработать…
На окраинах Хураздана нас нашёл посыльный, и у меня мгновенно вышибло из головы любые мысли. У Розочки начались роды, а ей ещё и семнадцати нет, между прочим!
И не говорите мне, что нервами я ей ничем не помогу! Сам знаю, но только… Любой, у кого оперировали близких или рожала жена меня и так поймёт. При чём тут «не поможешь»?
— Иди в лабораторию! — мягко подтолкнул меня тесть. — И займись чем-нибудь простеньким и не опасным. Это замёт мысли и отвлечёт.
— А вы куда? В кузню отправитесь? — попытался улыбнуться я.
— Нет, я лучше в храм схожу. Сам помолюсь, жрецам заплачу, чтобы помолились… Пусть боги помогают.
А я впервые в жизни подумал, что верующим иногда проще. Но завидовать не стал, просто зашёл домой, обнял дочек, узнал, что Софочка сейчас с Розой, и отправился в лабораторию.
«Хорошо всё же, что наш дом достроили!» — подумал я.
Архитектурный стиль вышел любопытным. Фактитическая основа — «дома-крепости», которыми застроен Эребуни[5], но замаскированные под стиль греческих полисов. Особенно умиляли фальшивые колонны на фасаде, фактически нарисованные из гипса.
Лабораторий теперь стало три — химическая, электротехническая и механическая. Окна тоже поставили шире, появился электрические лампы, мешалки и вентилятор в вытяжке. Да, цивилизуюсь потихоньку, теперь работать можно и без пары мальчишек на посылках… Откуда электричество? Так лаборатории-то на втором этаже, а внизу — кислотная, склад химикатов и аккумуляторная. Время от времени их возят к реке и ставят на зарядку.
Не только для меня, разумеется. Электрическое освещение поставили в Школе, больнице в городской ратуше. А ещё в домах самых уважаемых граждан: у мэра (бывшего старосты Долинных), у обоих дедов, Азнаура, Пузыря, в здешнем доме, поставленном для Арцатов. Храм предков пока отказался. Сказали, сначала надо в столичном храме поставить.
Да мне бы и не жалко, но ведь тогда всё по цепочке пойдёт — поставь в другие храмы, в царский дворец, наместнику, столичным Арцатам и Еркатам в Мецаморе… А заряжать аккумуляторы где? Малых генераторов на всех не напасёшься, а большой ставить — так это уже нория нужна на реке…
Нет, разумеется, придётся со временем и этим заняться, никуда мы не денемся. А потом и другие желающие подтянутся — во дворец Александра, Клеомену в Египет, родне в Палестине и Эребуни… А потом и наши наместники пожелают, и деловые партнёры в Трапезунде, Александрополисе, Апшероне и Астрахани… Почему я так уверен? Да потому, что с часами эта история уже идёт полным ходом! Начали со хуразданской Школы, потом мэр Хураздана подтянулся, дальше потребовали царю в Армавир и в Эребуни, а теперь уже дюжина заказов поступила. А мастер у нас пока один — Левша. Имеется ещё и пара учеников есть, но выйдет ли из них толк — пока не ясно.
Ашоту-Часовщику тоже приходится учеников готовить, часы-то — устройство суперсложное, их и обслуживать надо, и выставлять по солнцу… А в некоторых городах желательно ещё и обсерватории поставить, чтобы за небесными светилами наблюдать и записи вести… Жизнь несётся вскачь, некоторые решения я теперь не только не контролирую, я и узнаю-то про них месяцы спустя! С одной стороны, это хорошо, что прогресс не замкнут на меня, а с другой… Тут же и утечки знаний и технологий неизбежны, и всякие непредвиденные случайности, далеко не всегда приятные…
Все эти мысли не помешали мне включить вытяжку, разделить привезённый шлам по трём крупным колбам, залить их азотной кислотой и поставить на медленный огонь. Как ни крути, а платиновый катализатор нужен, в неё наш следующий «рывок» упирается.
— Не отвлекаем, внучек? — спросил Гайк и, не дожидаясь ответа, вошёл в сопровождении деда и брата. В принципе, почему бы и нет? Беседа отвлекает от неправильных мыслей ничуть не хуже.