Игорь Елисеев – Империя «Вагнер» (страница 6)

Он с удивлением посмотрел на меня:

– Игорь, ты не понимаешь, это твой шанс, тут нечего думать. – Видно было, что Вася чувствовал запах больших денег и напрягся.

– Вечером, – спокойно ответил я.

Пришло уже понимание, что я им нужен не меньше, чем они мне, и внутри начало появляться ощущение, что всё, что происходит в моей жизни – не случайно.

После работы я встретился со своей девушкой Машей. Она жила в том же доме, где находилась юридическая фирма, и была первой красоткой на районе. Маша была похожа на одну голливудскую актрису – большие зелёные глаза, чувственные пухлые губы, мягкие черты лица, каштановые волосы и красивая фигура. Я хотел порадовать её новостями о перспективах и что, наконец, смогу заработать достаточно денег.

Для неё это было очень важно – она любила красивую жизнь и вообще была не по годам взрослой, избалованной множеством поклонников. Мы встречались уже несколько лет и планировали семью. Когда она приходила ко мне в юридическую фирму, адвокаты завистливо поглядывали на точёную фигурку и яркую улыбку. Она явно наслаждалась мужским вниманием.

Но с серьёзными разговорами она меня опередила.

– Подожди, – не дала она мне заговорить, – мне надо тебе сказать что-то важное – я ухожу от тебя. Прости, но я хочу жить ярко, гореть, а с тобой я тлею. У тебя работа и учёба с утра до вечера, да твой спорт, мы никуда толком не ходим. Я хочу жить красиво, пока ты там строил карьеру, у меня появился другой, прости.

– И кто он? – растерянно спросил я.

– Он модный танцор, танцует в крутых клубах, – она добила меня, – ты его не знаешь. И прошу тебя, не устраивай сцен. Я уже всё решила.

– Ты променяла меня на танцора? – криво улыбаясь, спросил я.

Маша молча сняла с пальца золотое кольцо, которое я подарил ей на помолвку, и протянула его мне. Я взял кольцо и просто смотрел, как она уходит. Я понимал, что навсегда. Размахнулся и бросил кольцо в сторону ближайшего перелеска. Золото в последний раз блеснуло и исчезло в тени деревьев. Так исчезают наши детские мечты и иллюзии.

Это был сильный удар. Первая настоящая любовь разбилась о реальность – я был не модным, не крутым и денег особо не было. Мы были с ней очень разными – она любила клубы и дискотеки, выпивку и безудержное веселье, бездельничать и жить в своих мечтах.

Для неё я был слишком сосредоточенным и серьёзным, все мои планы были видны на много лет вперёд. Семья, дети, карьера – в её восемнадцать лет это все выглядело до безумия скучно и серо. Я пытался, как мог, цветами, заботой и прогулками по парку компенсировать отсутствие денег и развлечений, но красивой девочке этого было мало.

Это было хорошим уроком – вся моя «правильность», перспективы и романтизм оказались никому не нужны, когда вокруг зарождался мир больших денег и развлечений – общество потребления во всей своей красе. Очевидно, чтобы быть в нём успешным, надо было играть по его правилам. Это ещё больше утвердило меня в желании покинуть Петергоф и никогда больше сюда не возвращаться.

Глава 4. «Петромол»

К власти пришёл Путин, вся история с его назначением была какой-то странной – Ельцин добровольно покинул пост Президента, хотя до него власть просто так ещё никто не отдавал. Вроде олигархи поддержали Путина, а в то время все знали, что в России без них ничего не решается.

И сам Путин был полной противоположностью Ельцину – спортивный, мало и спокойно говорил, много делал. Очередной развод для народа? Если его привели к власти те же олигархи из окружения Ельцина, значит, он будет делать всё то же самое и уничтожать страну. Никто не позволит ему проводить свою политику.

В сентябре 1999 года произошли взрывы в жилых домах в Москве – война из далёкой Чечни пришла в наш дом. Террористы достигли своей цели, им удалось породить ощущение тревоги и опасности у всей страны. И последующие теракты лишь усилили это ощущение.

На фоне всех этих событий Путин начал новую военную операцию в Чечне, причём делал это не как в первую кампанию, а жёстко и грамотно. Похоже, что делал не для вида, а с расчётом на результат. Даже мне с моим скудным жизненным опытом было понятно, что если не наведём порядок в Чечне, то России конец – следом отделятся остальные регионы. И то, что президент стал наводить порядок, давало робкую надежду на позитивные изменения.

На тот момент я ещё не был участником политических процессов и мог лишь внимательно наблюдать со стороны и пытаться понять эти скрытые течения. В Питере начали серьёзно бороться с бандитами, РУБОП проводил жёсткие задержания и посадки. Знакомые бандиты начали резко «перекрашиваться» в бизнесменов, понимая, что эпоха беспредела осталась в прошлом. Мир менялся, и мы менялись вместе с ним. Власть начала наводить порядок, Империя начала свой путь к возрождению.

Главный офис «Петромола» располагался на территории бывшего АТП на юге города и занимал больше половины его площади. По местным меркам это было очень крупное предприятие. А мне тогда казалось просто огромным. Мы с Василием прошли через современно обставленный офис в кабинет директора.

– Эдуард Евгеньевич, – представил его Вася.

– Игорь, – в ответ представился я.

Эдуард смотрел с интересом. Он явно ожидал увидеть кого-то постарше и посерьёзнее. Вася тут же стал нахваливать молодого специалиста – типа всё знает, все умеет, хоть и молодой. В итоге решили попробовать и выделили мне рабочее место и компьютер – работа закипела. Бизнес-планы, кредиты летели один за другим, залоги, осмотры, я организовывал всё. Через полгода я полностью ушёл из юридической фирмы и обосновался в «Петромоле». Совмещал должности юриста и кредитного специалиста. Зарабатывал я в несколько раз больше, чем у Олега Васильевича.

Через полгода взял себе модный спортивный мерс. В то время это было нереально круто, тогда только самые крутые пацаны ездили на мерсах. Каждое утро за мной заезжала чёрная волга с водителем и в двадцать два года я чувствовал себя большим начальником.

Эдик, как мы называли его между собой, был достаточно молодым мужчиной, чуть старше тридцати. Он быстро почувствовал схожесть наших характеров – готовность пахать сутками и ничего не бояться. Только авантюрности и склонности к риску в нём было на порядок больше, чем во мне. Мы отлично дополняли друг друга, он креативил, генерировал идеи, а я организовывал их реализацию.

Разбитое сердце требовало постоянной движухи, чтобы заглушить боль, вместе с деньгами появились и ночные клубы, рестораны, девчонки, но всё равно расставание с Машей причинило много боли. Не только от потери любимого человека, но и от обесценивания всех моих идеалов. По сути, Маша сказала мне, что они смешны и наивны.

Вечером я собирался доехать до Петергофа, навестить друзей детства. «Мерседес» мягко шелестел шинами по Петергофскому шоссе, играла лёгкая музыка. Мощь машины и лента дороги успокаивали нервы, кожаный пиджак и золотой браслет дополняли образ золотой молодёжи того времени. Мне нравилась такая жизнь, и я брал от неё всё. На мобильник девчонки присылали сообщения, предлагая встретиться и покататься. Яркие фары выхватили на остановке в Стрельне две стройные девичьи фигурки, не раздумывая, я резко тормознул около них, открыл наглухо затонированное окно.

– Девчонки, вас подвезти?

На меня, раскрыв глаза от изумления, смотрела моя Маша, рядом стояла её двоюродная сестра, с опаской глядя на дорогую тонированную иномарку.

– Ой, – смущенно сказала Маша, она любила в таких ситуациях включать «маленькую девочку», – ой, это правда ты? – Она заулыбалась. – Подвези, пожалуйста.

Всю дорогу ехали молча, я включил погромче музыку, а внутри всё сжималось от эмоций, в горле пересохло. Маша, моя Маша снова рядом. Она растерялась и была смущена. Мой новый образ, дорогая тачка и отстранённость действовали на неё интригующе. Полгода назад она бросила студента-зануду, а теперь рядом был серьёзный и успешный молодой парень. Подвёз их до дома сестры, хорошо, что ехать было близко и пауза не слишком затянулась.

– Как ты? – спросила она напоследок.

– Лучше всех, – улыбаясь, ответил я и подавил в себе страстное желание – броситься к ней и сжать её в объятиях. – Ну ладно, давай, рад был видеть, – произнёс я дежурные фразы.

– Я тоже, – сказала тихо она и осталась стоять у дома, глядя, как мой мерс разворачивается и уезжает. Я понимал, что она позвонит, но ещё раз переживать эту боль и предательство я был не готов.

Почему сейчас? Почему не тогда, когда из-за неё я забросил учёбу и пустился во все тяжкие в клубах. Когда месяц она снилась мне каждую ночь и не хотелось жить? Зато теперь я готов был рисковать всем, сознательно искал опасности, заглушая эту боль. Значит ей нужен не я – ей нужен просто крутой парень на мерсе, со связями, деньгами и клубами. И это простое понимание ранило меня в самое сердце.

Она позвонила на следующий день – сказала, что скучала и думала обо мне, предложила встретиться, но говорить нам было уже не о чем. Наш поезд ушёл, с ней разговаривал уже другой парень, которому она была неинтересна.

Утро в офисе началось со звонка охраны.

– Эдуард Евгеньевич, на склад приехали оперативники, собираются изымать всю документацию, скоро будут у вас.

Эдуард тут же приказал закрыть все двери в офис, никого не пускать и не выпускать. Офис располагался на втором этаже и имел два выхода, один основной, второй на чёрную лестницу.