Игорь Екимов – Интуиция, дедукция и железный кулак (страница 5)

— Слушай, Лёха, — попросил Пётр Андреевич, — а расскажи нам что-нибудь интересное из области твоей науки.

— Это можно. Вот, например, совсем недавно учёные открыли новый вид первобытного человека. Дело было так: два года назад в Алтайском крае, в одной пещере, обнаружили человеческие останки. Правда, это был не целый скелет, а всего-навсего один палец. Но этого оказалось достаточно, чтобы сделать открытие. Палец отправили на экспертизу, долго изучали и недавно, наконец, пришли к выводу: он принадлежит особой разновидности древних людей, науке ещё неизвестной!

— Да разве можно по одному пальцу это определить? — не поверил Пётр Андреевич.

— В наше время — запросто. Учёные исследуют генетический код, ДНК… тут и одного пальца хватает. Так вот, сразу возник вопрос: как назвать эту разновидность древнего человека. А нашли-то его в пещере, которая называется Денисова пещера — там, кстати, археологи уже много лет работают и много чего нашли. Ну и пока, по названию этой пещеры, новый вид человека так и назвали: «Денисов». Меня очень развеселила одна статья в интернете — там было написано буквально следующее: «Как выяснилось, в этой части современной России бок о бок жили три разновидности людей — Хомо Сапиенс, неандертальцы и Денисов!»

Силачёв и Пётр Андреевич рассмеялись.

— У меня есть один знакомый по фамилии Денисов! — вспомнил Пётр Андреевич. — Наверно, он как раз и произошёл от того доисторического человека. — И, посмотрев на часы, добавил: — Ну что, мужики, я думаю, пора начинать вечерний киносеанс.

Он встал из-за стола, вышел на эстраду и, выключив музыку, объявил в микрофон:

— Дамы и господа, предлагаю вам посмотреть два-три хороших фильма. Для начала я приготовил новый фильм, который и сам ещё не смотрел — он называется «Аватар»!

Публика зааплодировала.

— Сейчас я включу технику, и начнём!

Он спрыгнул с эстрады и покинул банкетный зал. Немного погодя к столику, где сидели Силачёв и профессор, подъехал официант с тележкой. Но, посмотрев на него, Михаил Николаевич заметил, что это не штатный официант, а дворник-гардеробщик.

— Горячие закуски желаете? — спросил он.

— Не откажусь! — радостно потёр руки Алексей Викторович. — Дайте мне, пожалуйста, бифштексов, штучки три.

— А мне ничего не надо, — сказал Силачёв, — уже наелся.

Официант положил на тарелку профессора три бифштекса и вдруг обратился к Силачёву:

— Михаил Николаевич, у меня к вам просьба. Я, собственно, поэтому и подменил одного из штатных официантов. Вы знаете, я много читал о ваших подвигах в борьбе с преступностью, и вы, можно сказать, стали моим кумиром. Если бы мне позволяло здоровье, я бы взял с вас пример и пошёл работать в милицию. И раз уж вы оказались у нас в гостях, то я хотел вас попросить: можно мне с вами выпить?

Ловко и быстро, как фокусник, он извлёк с нижнего этажа тележки две больших рюмки, наполненных кристально чистой, прозрачной жидкостью. Одна рюмка была простая, без всяких украшений, а другая отделана замысловатым резным рисунком — и он протянул её Силачёву.

Но Михаил Николаевич ответил на его просьбу отказом:

— Понимаешь, какое дело… Мне очень жаль тебя разочаровывать, но в последнее время я отказался от употребления спиртных напитков.

— Как! Совсем?!

— Совсем. Больше не буду пить никогда, ни с кем и ни по какому поводу. Бери с меня пример! Тем более, как я понял, у тебя не всё в порядке со здоровьем.

Собеседник явно стушевался и, пробормотав: «Извините», поставил обе рюмки в тележку, на прежнее место, и торопливо отъехал.

— Жёстко вы его отфутболили! — заметил Алексей Викторович.

— Почему жёстко? — удивился Силачёв. — Я с ним вроде бы вежливо разговаривал.

— Ну, это было как-то немного не по-русски, что ли…

— Главное, что это было правильно. А остальное уже дело десятое.

Тут вернулся Пётр Андреевич.

— Ну, — спросил его профессор, — и где же фильм?

— Сейчас, сейчас, мужики. Я там установил трёхминутную задержку, чтобы самому успеть вернуться сюда!

И точно, в банкетном зале вдруг начал медленно гаснуть свет, а позади эстрады с потолка стал спускаться громадный экран. Народ опять зааплодировал, и фильм начался. Это был до предела насыщенный спецэффектами фантастический боевик о войне землян с инопланетянами. Причём земляне, что любопытно, выступали агрессорами — обычно в таких фильмах всё как раз наоборот.

Пётр Андреевич пришёл в полный восторг. Зато Силачёву кино не очень понравилось: он вообще не увлекался фантастикой с инопланетянами, к тому же в фильме, на его взгляд, было многовато истерики и соплей. Где-то под конец фильма, когда воюющие стороны планировали генеральное сражение, Петру Андреевичу пришла в голову интересная идея, и он, стараясь не отрываться от экрана, обратился к Силачёву:

— Михаил Николаич! А как ты смотришь на то, чтобы поехать поохотиться? Я запланировал это мероприятие через недельку и могу взять тебя с собой.

— Не, я такие развлечения не люблю. Правда, по роду своих двух профессий — милиция и единоборства — я всё время охотился на людей, но это совсем другое дело. Звери-то в чём провинились?

— Так охота, считай, те же единоборства. Чисто спортивный интерес. Честное, равное противостояние…

Услышав последнюю фразу, Силачёв поднял хозяина на смех:

— Чего-чего?! Равное противостояние?! Ага, щас! Да я вообще не промахиваюсь, чтоб ты знал!

— И то верно, — поддержал его Алексей Викторович. — Если б это было равное противостояние, то количество убитых зверей было бы равно количеству съеденных охотников.

— Ничего вы не понимаете, мужики, — огорчился Пётр Андреевич. — Ладно, давайте фильм смотреть.

— Фильм-то, в общем, неплохой, — заметил Алексей Викторович, — но вот эта борьба учёных и военных уже давно стала избитым штампом, который переходит из одной картины в другую. Такие штампы надоедают в конце концов.

— Не нравится — придумай чего получше! Фильмов-то много снимают, как тут не повторяться.

Большинство зрителей были довольны, а некоторые даже очень. Правда, кино смотрели не все. По крайней мере один человек нашёл себе занятие поважнее — закрывшись в туалете, чтоб никто не мешал, он вполголоса вёл деловой разговор по мобильнику:

— …Слушай, это реальная проблема. Пока он здесь, начинать нельзя! Пусть он заснёт или свалит отсюда, тогда начнём. Убрать? Не-е, не получилось, пытался уже. Ты б хоть сказал мне, что он не пьёт. Слушай, давай отменим всё дело, я подставляться не хочу! Да чего ты орёшь-то сразу? Тебе легко оттуда командовать, а был бы ты на моём месте… Ну ладно, ладно, будем ждать. Не шуми. Как расклад поменяется, я тебе позвоню. Всё, отбой.

Фильм закончился. Сработала автоматика, и в банкетном зале включился свет, но экран продолжал висеть, закрывая стену: ведь Пётр Андреевич планировал показать ещё как минимум один фильм, а то и два.

— Отличное кино, — восхищённо произнёс Пётр Андреевич. — Слушай, Михаил Николаич, у меня тут идея появилась… Ты правда так хорошо стреляешь, что вообще не промахиваешься?

— Ну да.

— Давай тогда устроим ещё одно представление. У меня во дворе висит провод, который никуда не подключён. Бывшая сигнализация. Сможешь в него попасть из ружья? Только издали, а то иначе будет неинтересно.

— Ну, если ружьё хорошее, то смогу.

— Ружьё хорошее, не сомневайся! Моё личное. Изготовлено по индивидуальному заказу.

— Погоди, а как там с освещением? Время-то уже позднее, на улице темно.

— Обижаешь, Михаил Николаич. У меня такое уличное освещение, что ночью может быть ещё светлее, чем днём!

— А провод точно никуда не подключён?

— Абсолютно точно! Недавно у меня на даче переделали всю сигнализацию, поэтому он больше не нужен. Его просто снять не успели.

— Ну, если так — тащи ружьё!

Пётр Андреевич ушёл. Силачёв осмотрелся по сторонам, почесал в затылке и задумчиво произнёс:

— Да-а-а… До чего же у него избушка большая! Сколько нужно уборщиков, чтобы такой дом поддерживать в чистоте.

— С этим отлично справляется одна-единственная уборщица, — ответил Алексей Викторович.

— Да не может быть! Как это?!

— Очень просто. Всё дело в том, что она — чемпионка России по кёрлингу!

— А, тогда понятно.

Вскоре Пётр Андреевич вернулся с ружьём, чем сразу привлёк внимание всех присутствующих. Он поднялся на эстраду и сказал:

— А сейчас вы увидите интересное представление! Наш почётный гость, Михаил Николаевич Силачёв, продемонстрирует нам свою фантастическую меткость в стрельбе: он постарается попасть из ружья в натянутый провод. Это представление будет проходить на улице, так что прошу всех во двор!

Народ потянулся к выходу. Силачёв, которому торопиться было некуда — без него всё равно не начнут — покинул банкетный зал одним из последних. Гости по очереди брали в гардеробе куртки, одевались и выходили на улицу.

Уличное освещение и вправду оказалось очень мощным. Можно даже сказать, чрезмерно мощным: освещался буквально весь двор, и трудно было понять, какое сейчас время суток. На месте хозяина Силачёв отключил бы здесь как минимум половину прожекторов. Впрочем, вполне возможно, что Пётр Андреевич усилил освещение только на время аттракциона со стрельбой.

Пётр Андреевич с ружьём (оно было с вертикально соединёнными стволами) остановился у крыльца и показал пальцем в небо:

— Смотрите, вот он идёт.