Игорь Дмитриев – Возвращение Марины и Тани в XVI век (страница 33)

Мимо проходил князь, остановился послушать Олега – князь очень любил слушать «душевные» песни.

–А про чьи глазки ты поешь? – спросил князь, когда Олег допел романс до конца. – Про Маринины?

–Про Маринины, князь, – улыбнулся Олег.

–Хороша, девка, – вздохнул князь. – Олег, спой еще раз.

–Хорошо, князь, – и Олег еще раз спел «Очаровательные глазки».

Очаровательные глазки, очаровали вы меня,

В вас много неги, много ласки, в вас много счастья и огня.

С каким восторгом я встречаю твои прекрасные глаза

Но в них я часто замечаю, они не смотрят на меня!

–А что, Олег, Марина на тебя не смотрит? – очень заинтересованно спросил князь.

–Смотрит, князь. На кого же еще будут смотреть очаровательные Маринины глазки, если не на меня?

–Ну, не знаю. Да мало ли на кого может смотреть девка! На то она и девка, чтобы смотреть на парней! Олег, ты ведь грамотный, запиши мне песню.

–А мне не на чем писать.

–Держи, – князь протянул Олегу кусочек выделанной кожи.

–А мне и писать нечем.

–Хорошо, пришлю тебе человека, он сам запишет. А ты еще раз спой мне.

Олег еще раз спел князю «Очаровательные глазки». «Ох, и хороша же девка! И глазки у нее прекрасные, и сама прямо огонь, а не девка! Небось, ласковая, а, Олег?» Князь понимал песню, как рассказ «от первого лица», и не удивительно, ведь в то время пели или «былины», плавное, протяжное пение-сказание под гусли, в котором воспевали подвиг князя или богатыря, или «пели» скоморохи под домру и дудку. У скоморохов пение резкое, пронзительное, но опять какое-то повествование. Было и церковное пение, но это уже молитва. Олег же пел современные ему романсы, что-то вовсе не виданное в то время! Князь ушел, а скоро пришел от князя «человек», и попросил спеть «про глазки». Олег спел еще, и еще раз, чтобы «человек» записал слова песни. Так этот «человек» какими-то знаками, вроде крючков, записал и саму песню, музыку ее. Похвалил Олега «добре, хлопче» и ушел.

Олег больше в этот вечер не играл и не пел. Он ходил какой-то мрачный и задумчивый.

–Олег, что случилось? – спросил Игорь, придя от князя домой.

–Да князь на Марину запал. Все твердит: «Хороша, девка! Огонь, а не девка!» И без него знаю, что хороша! Да ему то что за дело! Не его же «девка»! Да что же этим князьям моя Марина далась! Не к добру это, Игорь, чувствую, что не к добру. Помоги мне, приемчики освежу в памяти.

А вечером пришла из поварни Марина задумчивая, грустная.

–Мариночка, любимая моя, что случилось? Почему ты такая грустная? – спросил Олег.

–Ничего, Олежик, все хорошо, любимый. Просто я устала сегодня.

Не сказала Марина Олегу, что князь приходил на кухню и пел ей про «очаровательные глазки».

–Марина, будь моя! Зачем тебе связывать жизнь с холопом? Будь моей, девка, и я отдам тебе все земное! Посмотри на меня! Ведь я молод и богат. Я озолочу тебя. А с Олегом ты будешь холопка всю жизнь. Дом, скотина, куча детей, грязь и нищета, работай целый день. Пройдет несколько лет, и ты станешь старуха! А со мной ты жизнь увидишь.

–Князь, пусть я холопка, но я люблю Олега. Никто больше мне не нужен, и никакие сокровища мне не нужны.

–Не спеши, Марина, отказывать мне, ты еще нужды не знала. Вы у меня живете, я вас кормлю и пою, а одни бы уже с голоду сдохли, вы ведь по крестьянству ничего не понимаете. Подумай, Марина, или княжной со мной будешь, и Олег твой при мне останется, и друзья твои, или узнаешь, что такое нужда, холод и голод.

Нравится Марина князю, красивая девка, статная. Ведь она, живя у воеводы и трудясь на кухне да по хозяйству под присмотром боярыни, еще немножко располнела. Жизнь спокойная, размеренная. Физически не только не перетруждается, но и не очень загружена. И без того склонная к полноте Марина, у воеводы раздобрела, как выражались в то время. Посмеивалась над подругой Таня: «Смотри, Маришка, последний сарафан усохнет! В чем ходить будешь?» Боярыня-воеводша подумывала, а не выдать ли Марину замуж. Уж больно хороша девка, беды бы какой не было. Не соблюдет себя, тогда укор ей, воеводше. Соседи осудят, что за девкой недоглядела. Жили Марина и Таня у воеводы, как родственники. Таня же по «моде» XVI века была «суховата».

Встретившись со своим Олежкой, Марина вовсе успокоилась. Не о чем ей переживать, с ней любимый, он знает, что надо делать и как делать и найдет выход из любой беды. Спокойно Марине. Скучает, конечно по братику своему, по Арсенику, да по родителям. Но это и не страшно, Олежка ведь рядом. Да и не вдвоем они, и подружка верная, Танечка, здесь же, и Игорь, чтобы и Олег не очень скучал.

Но пришла беда совсем неожиданная – приглянулась Марина князю. И что делать девчонка не знает: и ответить резко боится, и Олежке рассказать не хочет, как бы с князем не поссорился. А князь не отстает, разгорелся на девку. И чем больше та упорствует, тем сильнее разгорается – не привык, чтобы ему противились.

В другой раз приходит домой Марина, а глаза красные.

–Мариночка, – опять беспокоится Олег, – что с тобой? Ты что – плакала?

–Что ты, Олежка! Нет, конечно нет! Чего мне плакать, когда я с тобой? Просто на кухне сегодня печь дымила, ну и покраснели глаза.

Удивляется Олег, вроде и Таня на кухне работает, а глаза не красные. Странно.

–Мариночка, может быть тебе уйти из поварни?

–Куда, любимый, я пойду? Ни скотницей не умею работать, ни птичницей… Хоть на кухне сгодилась. К тому же и князь не отпустит. Олег, мы живем у князя холопами, своего хозяйства у нас нет. Мы ведь княжеские крепостные. Мы, Олег – рабы!

Княжеский холоп Ванька «подливает масла в огонь» – все твердит князю: «Ох, хороша девка Маринка. Князь, подари мне ее! Ведь верой и правдой служу тебе! Никакой благодарности не просил от тебя, но сейчас прошу – подари мне эту девку!» «Ванька, зачем тебе эта девка? Она ведь тебя тряпкой по морде бить будет!» – смеется князь над Ванькой. Над холопом смеется, а и сам все больше разгорается на Марину.

Еще не раз приходил в поварню к Марине князь Виктор, и все с одним предложением: «Отдам тебе я все земное, лишь только б ты была моя! Марина, я не варвар и не разбойник, мне не нужно брать девку силой. Добровольно соглашайся быть моей, в шелка одену! И Олега твоего, и подругу с Игорем не оставлю своею милостью, пусть при мне живут. Да Олега твоего и от работы освобожу, лишь иногда будет со мной на охоту ходить. А то, смотри, девка, скоро зима, и мне лишние люди не нужны будут. Продам соседям твоих друзей, а тебя обменяю на борзую собаку или Ваньке отдам».

Задумалась Марина, вдруг разозлится князь да отдаст ее Ваньке? Может и прав князь, не противиться, а «стать его», так и Олега, и друзей спасет. А то ведь и правда продаст или выгонит зимой из дома, и куда идти? В шалаше зимой не проживешь. К разбойникам? Так и там атаман себе заберет или ее, или Таню, а может и обеих. Уже и склоняется Марина к тому, чтобы пожертвовать собой ради друзей.

Спрашивает Олег Таню: «Танюш, что с Мариной случилось? У нее на кухне какие-то неприятности?» Но Таня ничего не знает, ведь и князя на кухне не видит. Старшая стряпуха, как только увидит, что князь идет, выпроваживает Таню из поварни с каким-нибудь поручением. Так ей князь велел. Спрашивала Таня подружку, но Марина уверяет, что все в порядке.

А князь все настойчивее требует Марину. Уже и срок поставил. «Марина, или ты через неделю моя будешь, или собирайтесь и уходите!» Плачет Марина, и старшая стряпуха жалеет ее, но помочь не может. А другие так на прямую говорят. «Не дури, девка, соглашайся. Счастье тебе выпало. Не упускай его. Иди к князю».

Еще подумала Марина и решилась пожертвовать собой ради друзей. Решилась уйти к князю.

–Согласна я, князь. Только поклянись мне, что друзей моих оставишь у себя, и ни в чем они не будут отказа иметь. А Таню из поварни забери, пусть будет дома с Игорем. Поклянись, князь!

–Девка, не годится князю клясться, но довольно с тебя и моего княжеского слова. Оставляй стряпню, пойдем в мою палату.

–Князь, разреши мне попрощаться с Олегом.

–Иди, попрощайся, – князь понял «попрощаться», как «попросить прощения». – Но только не в чем тебе прощаться, ведь это моя княжеская воля.

Пришла Марина к своему Олежке, сказала, что уходит от него к князю.

–Как это, Мариночка? Зачем – к князю? Уже вечер, что же еще делать надо, ты и так наработалась сегодня! – Олег не понял, что Марина насовсем к князю уходит.

–Олежечка, милый мой, любимый! Прости меня, пожалуйста, и не спрашивай ни о чем. Просто так надо. Я совсем к князю ухожу.

Но тут Марина не выдержала, обняла своего Олежку и расплакалась. «Мариночка, любимая моя! Расскажи мне все! Пожалуйста, не скрывай ничего!» – Олег нежно обнял свою подружку. И вот Марина, плача, рассказала, как князь требует, чтобы она «стала его», уже срок назначил, и обещал, если к нему не придет, всех выгнать на улицу. «Глупенькая ты девочка, что же ты мне сразу не рассказала? Зачем таилась? Ничего нам князь сделать не сможет. Будь умницей и сиди дома. Я скоро вернусь!»

Олег попросил Таню приглядеть за Мариной и не отпускать из дома, а сам пошел к князю.

–Князь, нехорошо ты поступаешь, не по-христиански! У меня и есть только одна Марина, а ты хочешь отобрать ее у меня. Разве так можно, князь! Мы к тебе за защитой обратились, а ты вон как…