Игорь Боженов – Кузница небесная, Сталь земная (страница 2)
– А кто сейчас наш король, дедушка? Ни в одной книге, хотя я рано научился читать, я не встречал о нем упоминания.
Арендиил глубоко вздохнул. Даже Турин исподлобья взглянул на него, ожидая, что он скажет.
– Трон пустует уже несколько веков, дитя. Король у нас есть, но он назначается советом лордов и баннов раз в поколение, путем выбора из феодальных семей. Назначенный королем выполняет его функции, но в своих родовых землях. Никто не дерзнул занять место короля, с тех самых пор, как Бертольд II привел нас сюда из земель Эдема. В Ламитерии, Аусгрелии, Драмстанге, Нойфшире и Прайсфарте после его смерти нет короля. Король существует лишь в Аматерии, но по слухам его сыновья не очень пригодны править… Банны каждой из земель выбирают лорда, который обязан верой и правдой охранять интересы своей области. Проблема в том, что в их защите многие заходят слишком далеко…
– А каким был Бертольд II? Я слышал, что в честь него построен памятник в столице Ламитерии, Лайонте. Там он с огромным мечом стоит в центре площади, взирая на город с высоты.
– Верно. Позже я расскажу тебе. А сейчас уже пора спать! – Арендиил спустил ребенка со своей шеи и повернулся к гному. – У нас с Турином еще много работы.
********************************************************************************
На следующее утро Аллендил вприпрыжку бежал на кухню. Дед еще спал после ночной работы, и можно было легко взять сыр для своего маленького друга. Мальчик был уверен, что если бы он попросил, дедушка наверняка дал бы ему круг ароматного, слегка соленого сыра, который они покупают на рынке каждую неделю. Но сказать ему правду было нельзя – так он обещал Туреню. Он подошел к большому дубовому столу, протянул руку к тарелке…
С улицы послышалось лошадиное ржание. От неожиданности Аллендил отпрянул от стола, едва не споткнувшись о скамейку позади. Отряхнувшись и выйдя в сени, он протянул руку к двери. Сильный захват заставил его остановиться.
– Дедушка?! Ты уже не спишь? – мальчик отдернул руку, будто и не собирался ничего открывать.
– Не сплю.
Строгий голос Арендиила напугал внука, но это было неважно. Утром в последний день недели кузнец обычно не ждал гостей. Это день отдыха и расслабления, планирования новых дел на следующую неделю и иногда походов на охоту. Все знают, что ремесленники отдыхают в это время. Значит, снаружи были не местные.
Мягко отодвинув внука, Арендиил приоткрыл тяжелую дверь, сбросив засов. Двор был заполнен всадниками, некоторые из них спешились, но основная часть осталась сидеть на лошадях. Кузнец вышел наружу.
– Кто вы и кто вам нужен?
Ржание прокатилось по двору снова, и гнетущее молчание опустилось на подворье, как погребальный саван.
Аллендил выглянул в окно. Крупный, словно небольшая гора, его дед кузнец стоял около горна, опираясь на холодную наковальню мощными руками. К нему приблизились двое неизвестных, которые явно что-то пытались объяснить. Один активно жестикулировал, что явно не понравилось кузнецу, и он прервал его коротким движением руки.
– Хватит. Я дал свой ответ. Военные заказы меня не интересуют, тем более если они из других областей. Для своей я делаю достаточно в уплату налогов, а остальное мне не интересно.
Послышался сдавленный хриплый голос одного из всадников, стоящего позади, близко к выездным воротам.
– Берегись, старик. Берегись, ведь никогда не знаешь, каким будет твоё следующее утро. Хай-а-а, поехали отсюда!
Всадники послушно развернулись и по одному выехали за пределы кузнечного двора. Пешие солдаты также вскочили в седла и пустились прочь за своими товарищами. Арендиил громко и шумно выдохнул, как самый настоящий кузнечный горн.
– Хватит прятаться, мой непутёвый внук. Выходи. Ты ведь абсолютно точно подглядывал?
С виноватым видом, открывая тяжелую дверь, Аллендил немного остановился в проходе. Дедушка смотрел на него строгим, но смешливым взглядом.
– Всё-то тебе надо знать. Каждый раз одно и то же. Испугался, поди?
Поняв, что на него никто не сердится по-настоящему, мальчик вприпрыжку подскочил к кузнецу.
– Что они хотели, дедушка?
Суровый взгляд Арендиила казался слегка печальным. Возможно, ему не давала покоя высказанная будто походя угроза, а может быть, он считал, что необходимо было ответить более спокойно, в это крайне неспокойное время. После секундной задержки он неожиданно подхватил внука на руки и легко подбросил его в воздух, поймав под плечи.
– Ничего. Ничего такого, что было бы тебе интересно. Очевидно, им не понравилась цена за мои работы, и они хотели ее урезать. Не думай об этом, чепуха.
– У нас и без того хватает работы, чтобы дожить до зимы, да? Мы ведь действительно не уедем отсюда?
Арендиил снисходительно улыбнулся.
– Действительно не уедем. Теперь беги, мне пора приниматься за работу над заказом.
Спущенный на землю, Аллендил смерил его подозрительным взглядом.
– Но ведь сегодня выходной. Обычно ты весь день отдыхаешь, к вечеру идешь к реке, чтобы рано утром побыть на рыбной ловле, а затем приступаешь к новой работе на неделю? Разве что-то изменилось сегодня утром?
********************************************************************************
Мой резной трон. Огромный тронный зал, в котором множество украшений и яств. Откуда у меня взялась привычка вести пиры здесь? Я уже и не помню…
Тридцать лет назад в этом месте мой отец умирал на троне. Лишь сухой, состарившейся рукой он благословил корону для меня, чтобы наконец упокоиться в мире. Теперь на нем умираю и я.
Моя страна мала, но лишь я несу ответ за то, как жили в ней люди. И под конец жизни мне горько осознавать, какие ошибки я совершил в прошлом.
– Ваше Величество…
Передо мной благородный рыцарь из рода Доенов. Он никогда не покидает меня. Вот и сегодня, с раннего утра, я уже вижу его во дворце. Тяжелые доспехи тяготят его старость, но седая борода благородна, как горный снег. Опершись на одно колено, он опустил голову и ждет ответа, словно верный пес, ожидающий руки хозяина. Скорее всего, мой младший сын снова что-то натворил. Как же надоело постоянно одергивать его, ведь у меня нет столько сил.
– Ваше Величество, скоро прибудут гости. Принц снова отнимает у собак еду и носится с ней по подворью. Нужно придумать что-то, иначе кухарок он скоро просто изведет… простите.
И вот опять. Я слушаю это уже не первый год. Мой старший сын постоянно дурачится, ради шутки крадет собачью еду и вообще недостоин быть принцем. Моя отцовская любовь холит и лелеет его, пытаясь заменить мать, но это бесплодный труд. Придворный лекарь сказал свое слово в самом начале, и оно прозвучало, как негласный смертный приговор.
«Ваш ребенок никогда не будет полноценным, Ваше Величество».
Рождение младшего сына так и не смогло утешить до конца мое ноющее сердце. Когда умерла их мать, я рвал на себе волосы, но ничего не мог сделать. У меня было двое детей, но ни одному из них я не доверил бы управление страной. Я бы не смог. И в сегодняшний день, когда младшему исполняется двести полнолуний, он мог бы занять трон, как и я в свое время. Но он слишком зациклен на себе, чтобы в один прекрасный день взвалить на себя заботы о целом государстве. Старшему минуло триста лун несколько дней назад, но развитием он отстает от младшего. Тяжелые мысли одолевают меня…
– Ваше Величество, разрешите воздать Вам приветствие.
Передо мной граф Трума. Известно, что никто лучше него не пилотирует паровой дромон, и вообще он – крайне одаренный чародей. Граф изобрел внутренние полости в гигантских стенах, что окружают нашу столицу, и кроме того, предпринял все, чтобы помочь лекарю в его изысканиях. Он пытался излечить старшего принца, когда все давно поставили на нем клеймо.
Чародеи – отдельная «каста» в моем государстве. Я никогда не притеснял их, но и не давал особых привилегий. Они умеют терпеть и добиваться своего, когда хотят, но моя власть была непоколебимой в глазах главного чародея. Он ровесник моего отца, и лишь магия поддерживает в нем жизнь так долго. Источник жизни, что находится под дворцом, даровал магию и происходящую от нее технологию для всех, кто живет в Аматерии. Но лишь немногие из людей способны впитать эту силу в себя, став чародеем, элитарным служителем королей, который навсегда будет изгнан из мира, но войдет в ближайшую свиту монарха. Если организм будущего чародея принимает в себя силу после ритуала, энергия кристалла наполняет его, образуя татуировку на груди. Область сердца окружается округлой дорожкой, выжигаемой синим пламенем, и в запечатанном состоянии силы мага ограждены от мира. Они заполняют всю нутро чародея с момента его становления и завершения ритуала. Но как только он рушит печать, видоизмененная кристаллом душа мага приобретает истинную форму. Она разнится от чародея к чародею, у графа Трума – это огненный крылатый нетопырь.
Теперь же не скажешь, что он похож на такое существо. Только длинные рассеченные полы парадного пальто похожи на сложенные крылья, а улыбка тонких губ аристократично снисходительна. Даже когда он стоит перед королем…
– Ты пришел, граф. Присядь за любой стол, бери любую пищу. Мне трудно говорить, но сегодня праздник для нас. День рождения моего сына.
Граф коротко, искренне поклонился и отправился за ближайший стол. Прекрасный день. Я слышу, как за окнами щебечут синицы.