Игорь Атаманенко – «Пророк». КГБ изнутри глазами профессионала (страница 12)

Глава седьмая. И всё тайное становится явным…

Ночные вылазки к окнам женского общежития продолжались уже несколько месяцев. Как правило, они приходились на ночи полнолуния или им предшествующие. Иногда на ночи, следовавшие за полнолунием. В другие же дни и вечера Он с совершенным спокойствием, даже безразличием, проходил мимо открытых окон. Свет их приобретал роковую притягательность лишь в означенный период.

Самое замечательное заключалось в том, что Он, вопреки заведенному правилу, ставшему со временем его «alter ego», даже не пытался подвергнуть анализу своё поведение и то, что с ним происходило. Ему такая мысль даже в голову не приходила. Не испытывал Он и угрызений совести. Ни перед собой, ни перед женой. Как если бы это происходило не с ним, а ему знакомым человеком. При всём том, Он всё помнил. Хотя и были эти воспоминания лишены всяких красок, эмоционального фона. Так, статистические зарисовки, ни более. Ближе к полнолунию увиденные ранее им картины извращенной любви приобретали цвет, звук. Они начинали, как бы просыпаться, оживать. Но теперь они жили не сами по себе, а в его воображении и сознании. Не отдельно от него, но вместе с ним. Ожившие, они, как омут, манили, затягивали. И не было никаких человеческих сил им противиться…

Теперь на лесбийский спектакль Он выдвигался под предлогом выгула «Султана». Удобно. И жена спокойна, и кобелю дополнительная прогулка. С другой стороны, при таком матером охраннике следить за развитием сексуального шоу было просто безопаснее. И вот почему.

Однажды ночью он выяснил, что из порочного родника черпает не Он один. Оказалось, что у него есть подельники, или, скорее, конкуренты.

В очередной раз после затянувшейся за полночь Коллегии Он возвращался на служебной машине домой. Расставшись с водителем, как обычно в начале Гоголевского бульвара, Он, теперь уже торопливо, двинулся по проторенному маршруту.

Ознакомившись на месте с обстановкой и удостоверившись, что вокруг всё спокойно, а секс-труппа на месте, Он нырнул за угол, чтобы принести ящики.

«Партер, первый ряд, третий звонок, занимайте ваши места, господа… Тореадор, смелее в бой, торе-а-а-доррр», – мурлыкал Он себе под нос, устанавливая свой помост. Ведь если разобраться, то составной частью рампы можно считать не только мраморный банный столик, где выступали трое, а иногда – четверо жриц однополой любви, но и его самого, балансирующего на импровизированных подмостках.

Окна душевой располагались высоко от пола, почти под потолком, поэтому всё, что происходило внизу, – было обозримо, как на ладони. Вместе с тем риск для наблюдателя быть разоблаченным сводился к нулю, так как окна находились над головами лесбиянок, а им, занятым похотливым промыслом, было недосуг поднимать головы к небу.

В этот раз что-то не заладилось с самого начала. Разгадка наступила скоро.

«Зинка! – заорала старшая из девиц. – Сколько раз тебе говорить, чтобы ты мохнатку побрила?!»

«Кончай привередничать, лимита! Давай за работу, зрители на месте… У них уже фаберже от напряжения звенят!» – в азарте прошептал Он.

Наконец, девицы начали боевое построение: разобрали подходящие места, приняли удобные позы (на этот раз выступал квартет), по команде старшей принялись ритмично двигаться, распаляя друг друга истошными криками и стонами. Создавали, по их мнению, атмосферу интима, переходящего в нирвану.

Квартет только начал входить в экстаз, когда вдруг Он почувствовал, что кто-то дергает его за полу пиджака. Увлеченный до самозабвения зрелищем, Он резко обернулся, едва не потеряв равновесие, ибо напрочь забыл, что стоит не на тротуаре, а, как кур на жердочке, находится между небом и землей.

– Старик, ты всё не съешь, давай слазь! Пора местами меняться…

У основания пьедестала стояли два дюжих «бычка». Глянув на их безусые лица, Он привычное обращение «старик» воспринял на свой счет слишком буквально, обиделся, но покорно освободил подмостки. Не ушел. Остался стоять. Может, рассчитывал получить контрамарку на второй сеанс? Увы! Окна через минуту погасли. Незнакомцы спрыгнули вниз.

– Ну что, сладкоежка, накушался? – обратился к нему один из пришельцев. – Пойдем, сдрочим втроем!

– Да нет, ребята… я по другой части, – промямлил Он. – Я еще ни разу не…

– Да ладно, гимназист… в натуре… Один раз – еще не пидорас… Пошли! – И «бычок» попытался взять Его под руку. – Вона, рядом во дворе…

Вечер явно не удался. Мало того что сеанс не имел «мокрого конца», а тут еще эти… Дрочильники! Он резко отпрыгнул на проезжую часть переулка.

– В общем, так, – выкрикнул Он, вытаскивая из нагрудного кармана пиджака нереализованные три рубля на обед, – вот вам на бутылку, а я пошел!

– Да ты чо, дядя, в натуре!

Он бросил деньги себе под ноги и что было духу пустился наутек. Сзади раздались гогот и улюлюканье…

На следующий вечер, взяв Султана на поводок, Он попытался найти запасную рампу. Однако к его искреннему разочарованию в округе больше не было общежитий.

«Что ж… Телефонистки и почтальонши, я возвращаюсь к вам, но не один, а с другом… Да, Султанчик? Трепещите, лимита!» – Он потрепал пса за холку и с этими словами решительно зашагал к общежитию Министерства связи.

Закончилось посещение спектаклей также неожиданно, как и началось.

Однажды ночью Он усадил Султана под окнами, а сам направился к пивной за ящиками. Не успел Он сделать и двух шагов, как за спиной раздалось приглушенное повизгивание пса и тот, радостно помахивая хвостом, сорвался с места и растворился в темноте переулка.

– Султан, ко мне! – не раз скомандовал Он. Но пес исчез. А в переулке призывно светились вожделенные окна, из которых стали раздаваться хлопки открываемых бутылок с шампанским, задорные возгласы и девичий смех. Карнавал похоти начинался…

– Нет, это невозможно пропустить! – вслух произнес Он и взгромоздился на ящики.

Вернувшись домой, Он застал там притихших жену и Султана. Обычно Енотик уже спала в это время. А как Султан оказался здесь? Неожиданно его осенило. Доказательство правоты своей догадки он нашел во взгляде своего любимого Енотика. Нет, в нем не было укора – только безграничная грусть и сожаление…

– Дорогой, я всё знаю… Тебе надо проконсультироваться, нет, пройти курс лечения… У Ланы есть хороший знакомый, психоневролог с мировым именем… Он практикует на дому… Никто ничего знать не будет… Всё останется между нами… А Султан нас не выдаст… Да, Султанчик? – Она потрепала пса по холке.

– Султан не выдаст? – насмешливо спросил Он. – А сегодня?

– Это я сегодня допустила ошибку… Зашла не с подветренной стороны… Прошу тебя, так больше не может продолжаться. Ты обязан побывать у профессора. Владимир Львович гарантирует сохранение в тайне и диагноз, и само лечение… Знаешь, у него в свое время перебывали чуть ли не все секретари ЦК, генералы, известнейшие актеры. – Енотик назвала несколько громких имен, правда, уже умерших людей. – Владимир Львович – светило в своей области. Даже Джуна приезжала к нему советоваться…

– Вот-вот, – парировал Он, – а потом профессор запишет в свой актив и мою фамилию, и будет козырять ею в рекламных целях. Ну, может, не он сам, а чья-то жена… Как ты вот сейчас…

– О чем ты говоришь? Не в интересах профессора распространяться о своей клиентуре. Во-первых, потому, что он берет с пациентов огромные деньги… Практикует частным образом… У него сразу же возникнут проблемы с налоговыми органами… Во-вторых, каждый потенциальный пациент, услышав от Владимира Львовича чью-то известную фамилию, насторожится, предположив, что и его имя будет предано огласке при рекрутировании новых пациентов… Нет-нет, тайну лечения Владимир Львович гарантирует не из доброхотских побуждений и не потому, что зациклен на клятве Гиппократа… Ну не будет же он рубить сук, на котором так безбедно сидит… Частная практика – его единственный и весьма обильный источник дохода… Да ты и сам увидишь… Не дом – дворец… Полная чаша… Он разве что только бессмертия не имеет.

– Ты была уже у него?

– Да… Лана настояла, чтобы я напрямую обратилась к нему… Она отказалась вникать в наши… в твои проблемы…

«Ну что ж, – прикинул Он, сходить можно. Разок. На разведку. Как это недавно мне один щенок сказал? А, ну да: “Один раз – еще не пидорас!”»

– Согласен. Когда?

– Да хоть завтра… то есть уже сегодня… Вот его телефон. Скажи, что от Ланы… Он просит даже имени не называть… Он тебя готов принять, а там – решай сам. – Енотик украдкой утерла слезу.

«Надо идти. Хотя бы для того, чтобы не сделать любимому Енотику больно. Всё! Сегодня же!» – И Он направился в спальню.

Глава восьмая. «Плавающий ящик Пандоры»

В середине 1970-х Первый главк КГБ (внешняя разведка) добыл данные, что капитанам торговых судов, ходивших под флагами стран – членов НАТО и регулярно посещавших советские порты, под персональную ответственность были вручены секретные «Пакеты», которые, в частности, содержали:

– предписание, регламентирующее действия команды в случае ядерного конфликта (дня «Д»);

– список морских баз, банков и финансовых институтов, принадлежащих явным или тайным союзникам Североатлантического блока, готовых оказать судну режим наибольшего благоприятствования в день «Д»;

– свод рекомендаций, как избежать интернирования, находясь в портах СССР или его союзников при наступлении дня «Д»;