Игорь Аниканов – ИМ… (страница 11)

Транзакция одобрена.

Услуга завершена.

Девушка-бот плавно поднялась – как актриса, отыгравшая последнюю сцену спектакля. Прошла к двери, растворилась в портале, не оставив ни запаха, ни теней, ни «надежды на продолжение». Протокол был доволен: услуга оказана, долг погашен, судимости не последовало.

Рэми сполз на пол, опустился спиной к стене и какое-то время просто слушал собственное дыхание.

– Вот это было близко, – пробормотал он. – Прямо по краю.

В комнате впервые за вечер стало тихо. Даже интерфейс, казалось, взял паузу. «Закат в Андах» на потолке нервно подёрнулся, цвета на долю секунды сбились – будто картинка тоже перевела дух.

Он нащупал рукой валявшуюся рядом бутылку. Пусто.

– Так… – сказал он в пустоту. – Что это было? Ангел-хакер, баг или меня уже пасут и решили великодушно дать ещё пару ходов?

Он усмехнулся сам себе, без радости.

– Куда теперь? – спросил он пол и свои собственные кости. – Бежать? Куда? В новый фальшивый ID? В другую капсулу? Под лестницу? В канализацию?.. Там, по крайней мере, не спрашивают, сколько у тебя по счёту ботов.

Внутренний имплант подал сигнал:

Пульс: 129. Категория: стрессовая перегрузка.

Рекомендуется: аудиотерапия, зефир, медитация.

– Ну или лотерея, – пробормотал он. – Да-да. Самое время.

И именно в этот момент стена вспыхнула.

Не так, как при обычном уведомлении, – а как при вторжении. Экран, встроенный в панель, активировался без запроса, поверх всех окон. Яркая картинка буквально вломилась в его капсулу.

[ТРАНСЛЯЦИЯ: OMEGANET | ПРЯМОЙ ЭФИР]

Глянцевый ведущий, ровный голос:

– Граждане Единого Мира! Сегодня – день, который изменит чью-то судьбу!

Смена кадра: пляжи, садовые террасы, левитирующие здания, вечно молодые лица, вечно правильные улыбки.

Виртуальная реальность. – Юбилейная ЛОТЕРЕЯ OmegaNet : десять лет бессмертию!

Один шанс. Один билет. Один рай – без очереди!

За спиной ведущего – рекламный рай: закаты, дети, бегущие по лужайкам, «вечные пары», которые никогда не ссорятся. «Там, где ваши желания всегда с вами», – мурлыкал закадровый голос.

– ИМ МОЖЕШЬ СТАТЬ ТЫ.

Именно ты. Не кто-то. Не он. Не она. Ты.

Под этим «ты» система почему-то подчеркнула его профиль. Маленький, почти незаметный отблеск – но он его увидел.

– Подключение к системе розыгрыша откроется через тринадцать минут.

Таймер заплясал в углу экрана.

Рэми какое-то время просто смотрел, не моргая.

– Это сейчас что было?.. – медленно произнёс он. – Мем? Реклама? Или ты реально со мной заговорил, цифровой Господь?

Он подошёл ближе, щёлкнул пальцами перед экраном.

– Ты, да? – спросил он у логотипа. – Ты меня позвал? Ну, что, хочешь, чтобы я снова полез? Опять в эту аферу? Чтобы меня второй раз забанили до 2130-го?

Он нервно прошёлся от стены к стене.

– Пять раз, – сказал он вслух. – Пять раз я лез туда, где нельзя. Каждый раз – как по минному полю. Один раз – с полным отключением от сервисов, помнишь? Без душа, без еды, без лайков. Чистый каменный век с доставкой на дом.

Он усмехнулся, но в этом смехе уже был металл.

– И всё равно… – тихо отозвался в нём второй голос, тот самый, который редко называли вслух. – А вдруг это и есть выход? Не прекрасный, не честный, но всё-таки – выход.

Он достал из ящика тот самый серый, поцарапанный накопитель – План Б. Для случая «если совсем край». Подключил к панели, к тому же старому порту, через который только что протащил платеж.

Интерфейс заметно напрягся. На экране появилось сервисное окно, которое обычным пользователям не показывали:

Сканирование уровня допуска…

Обход шифрования… 9%… 24%… 41%…

LIL шевельнулась в глубине системы, как кошка, которой снова дали поохотиться.

– Ну давай, цифровой бог, – тихо сказал Рэми, глядя на бегущие проценты и на отсчёт в углу трансляции. – Покажи, как ты играешь в кости.

Пульс: 142.

Таймер на экране симуляции: 12:00… 11:59… 11:58

ЧАСТЬ 2. "РАЙ". Глава I – Eden Beta / Первая волна

Когда желания исполняются слишком быстро, человек забывает, зачем он вообще хотел.

27 ноября 2084 года.

Первый день подключения. Локация: симуляционная среда Eden Beta 0.1, зона F (временная).

Они появились не как люди, а как ощущение – лёгкий импульс, короткий мигающий восклицательный знак в чёрной тишине нейросети. Сначала был только сигнал: всплеск в матрице, новый узор в карте соединений. Потом – вспышка. Свет, звук, плотность. И они были.

– Где я?..

– Это уже?..

– Боже… я чувствую всё…

Голоса звучали не из ртов, а прямо изнутри сознаний, пересекаясь, накладываясь, пробуя друг друга на вкус. Пространство вокруг не имело названия, но уже имело температуру: чистое поле, тёплый воздух без ветра, небо, которое упрямо отказывалось быть ни голубым, ни чёрным – оно было живым, переливчатым, как дыхание.

Деревья поднимались тонкими стволами, кроны казались нарисованными слишком аккуратным художником, но запах… запах был нецифровой. У каждого – свой флэшбек: кому-то мерещился сад у бабушки, кому-то – первые школьные каникулы, кому-то – лето, которого никогда не было, но очень хотелось.

Лаура – первая зарегистрированная иммерсантка, ID-001 – стояла босиком на траве, которую ноги не чувствовали, но мозг настойчиво говорил: «ощущай», и тело послушно дорисовывало тактильность.

– Я подумала о яблоке – и оно появилось, – выдохнула она. В руке, из ниоткуда, тяжело легло тёплое, слегка шершавое яблоко. Сок стекал по пальцам, хотя никаких настоящих пальцев уже не было.

– А я подумал о собаке… и она прибежала! Смотри! – чуть поодаль мужчина смеялся, как подросток, глядя, как к нему несётся лохматый пёс из далёкого детства, с тем самым надорванным ухом.

– Это… это оно?.. Это он?.. – у кого-то дрогнул голос.

Кто-то опустился на колени, уткнувшись лицом в иллюзорную траву. Кто-то расплакался – громко, с рыданиями, как будто разрешил себе впервые за долгие месяцы больницы. Кто-то просто стоял и смеялся, запрокинув голову, вцепившись руками в воздух.

Где-то очень глубоко, в старой, земной памяти, ещё жила мысль: «Это неправдоподобно». Но новая реальность перебивала скепсис, как сильная музыка перебивает шёпот.

По краю поля, почти незаметные, шелестели тонкие, как металлические травинки, камеры наблюдения. Они не жужжали, не сверкали красными огоньками – наоборот, были почти ласковыми, вежливыми. Следили, чтобы никому не было слишком страшно и слишком больно.

Корпорация «Элион» фиксировала всё:

каждую эмоцию,

каждую слезу,

каждое первое «вау».