Игорь Ан – Войнушка (страница 3)
– Ну, приехали, – протянул модный.
– У него мать вроде туда по контракту отправили, – произнес Миша, вытирая кровь с разбитой губы. – Так он и бесится, дебил.
Выглядел он спокойным до неприличия. Это дико раздражало Костю. Еще бы не быть спокойным. За его спиной стояли старшие ребята со двора. Это уже не один против троих. Это один на восьмерых – верная смерть. Не дали подраться спокойно, сволочи! Не дали пар спустить!
– Еще хоть слово, – прошипел Костя, – я тебя урою!
Он дернулся, но его тут же схватили.
– Там война идет, – пожал плечами Миша, изображая из себя скалу. – Я-то тут при чем?
Костя пыхтел, раскраснелся, старался вывернуться из цепких лап, держащих его под локти.
– Это я тебе войну объявляю! – прохрипел он, ощущая будто падает в бездонную пропасть от одних этих слов. Но заставил себя не дрожать ни от гнева, ни от страха. Сжался взведенной пружиной. – Собираем пацанов, и стенка на стенку. Рискнешь?
– Да как хочешь! – вспылил Миша.
Костя видел, что он не боялся драки. Да он и не ожидал, что Миша сдастся. Ему как раз было нужно другое. Костя сейчас думал только об одном. Ему хотелось драться. Хотелось уничтожать врага, а никого подходящего, кроме Миши, на примете не было. Он идеально подходил на роль противника. Смелый, дерзкий, из чеченской семьи. И пусть они переехали сюда очень давно, Костя знал, что Миша родился уже здесь, но всё равно – ему был нужен враг, и он его нашел.
– Три дня! Через три дня отряд на отряд. Мои бойцы против твоих. Кто проиграет, извиняется прилюдно, на коленях просит прощения, умоляет!
Костя перестал переть вперёд, как обезумевший бык. Вместо этого резко дернулся, вывернулся из захвата и посмотрел на тех, кто его держал. Два парня, на голову выше, отпрянули, встретившись с ним взглядом. Он отряхнулся и пошел прочь, не оглядываясь.
– Дурак! – крикнул Миша ему в спину. – Но если ты решил, что я сдамся, то накося-выкуси! Через три дня на треугольной поляне в согре!
Не оборачиваясь, Костя довольно улыбнулся.
Глава 2
Сходку назначили на большой поляне у самого края согры. Деревья здесь никто специально не вырубал, но как-то так вышло, что они образовали треугольную проплешину размером с пару футбольных полей. Через дорогу виднелись окраинные девятиэтажки, справа – поликлиника из белого кирпича.
Вечерние сумерки еще не окутали редкие березы, но солнце уже краснело у самого горизонта.
– Костян, вон они. Стоят, – презрительно скривился и сплюнул на землю Макс. – Как и нас – семеро.
Макс – коренастый темноволосый крепыш, ростом был чуть ниже самого Кости. Круглое лицо, каре-зеленые глаза и нос картошкой. Они дружили уже несколько лет. Учились в одном классе, жили неподалеку. Был он из той породы мальчишек, что и Костя, предпочитал игры на свежем воздухе сидению за экраном телевизора и тыканью по кнопкам джойстика. На том и сошлись.
– Так и должно быть. У нас всё честно, – отрезал Костя. – Бьемся до полной победы. Миша на мне!
– Надо было пацанов побольше взять… засаду устроить, – пробормотал себе под нос Макс, но Костя его услышал.
– Нет! – отрезал он. – У нас война.
– Да где ты видел, чтоб на войне все по-честному было? Так только в кино бывает.
– Не важно. У нас так.
Пятеро за спиной распределяли, кто с кем будет драться вначале. Понятно, что через минуту это будет совершенно не важно, но Егор с Серым все равно объясняли товарищам нехитрую тактику. Кто-то кивал и отвечал, кто-то просто слушал и шел молча. В разговор Кости и Макса, идущих впереди, не встревали.
– Как думаешь, что у них в арсенале? – спросил Макс.
– Колющих-режущих нет. Миша на такое не пойдет. Нунчаки, может, обрезки трубы, кастеты.
– То же, что и у нас, – хмыкнул Макс. – Пацаны, – тихо произнес он за спину, – слева валежник. Я вчера там жердин заготовил. Так, на всякий пожарный.
– Это можно, красава, – довольно произнес Серый – невысокий проныра, вечно любящий встревать в разговор. – Идем ближе к левому краю. На подходе двое метнутся за дубьём.
Трёп друзей немного успокаивал Костю. Позволял собраться, настроиться. Сегодня, в отличие от прошлого раза, эмоций поубавилось, остался холодный расчет. Костя понимал, что злость никуда не делась. Она затаилась где-то глубоко внутри, а значит, не сегодня-завтра снова выползет наружу. Да, злился он на других, но расплачиваться за это будет Миша и его прихвостни.
Подходили медленно, вразвалочку, старались всем видом показать превосходство.
Бойцы Михаила тоже «играли бицухой». Кто-то достал и крутил обмотанные черной изолентой палки, соединенные короткой цепочкой, кто-то демонстративно надел кастет.
– Не передумал?! – издалека крикнул Миша.
Костя мотнул головой, не удосужив противника другим ответом.
– Тогда погнали! – выкрикнул Миша и первым рванул вперед.
– Двое! – скомандовал Макс.
Быстрый рывок к валежнику, казалось, чуть удивил бойцов Миши. Они даже с шага сбились. Макс уже выхватывал из-за пазухи короткую металлическую дубинку – обрезок трубы. Те двое, что бегали за жердями, шустро волокли метровые обломанные палки с опасно торчащими сучками.
«Макс предусмотрительный!» – успел подумать Костя, прежде чем противник растянулся в линию и бросился в бой.
Первые выпады оказались примерочными. Глухо ударили нунчаки, дубинки тоже не слишком пробивали надетую на манер капусты одежду.
Костя успел только увидеть, что все парни разобрали своих противников и начали драться один на один. Пока.
Миша налетел с разбега. Увернуться Костя не успел. Точнее попытался, но противник разгадал его план и сдвинулся чуть вправо.
Кулак больно вошел под ребра. Заныло. Чуть повело от удара головой в висок.
Начало у Кости не задалось. Слишком долго высматривал, как там его товарищи. Не бросился ли кто из Мишиных двое на одного – хотел контролировать ситуацию.
Пропускать второй удар – это уже слишком. Костя сгруппировался, выставил блок, принял Мишу на правое предплечье, отвел чуть в сторону и с прыжка попытался всадить кулак в голову. Попал вскользь. Костяшки тут же обожгло – содрал кожу. Кровь заструилась, сделав пальцы скользкими. Миша отшатнулся, но тут же ударил в ответ.
Справа кто-то закричал. Костя успел увидеть, как Егор валится на землю. Над ним победно возвышался парень с нунчаками. Радость его была недолгой. Недоделанный Брюс Ли тут же получил березовой жердиной в плечо. Чуть наклонился, не успел увернуться от колена под дых, схватился за грудь и упал рядом с поверженным чуть ранее противником. Началась возня на земле. Пацаны лупили друг друга, как придется.
Миша отвлекся на секунду, и Костя умело провел захват-бросок. Миша кувыркнулся, затормозил и тут же вскочил, ухмыляясь
Как и Костя, Миша предпочел драться голыми руками. Костя это оценил. Продемонстрировал, что и у него нет оружия, повертев пустыми ладонями. Капли крови сорвались с казанков и заляпали джинсовку.
Правее от них уже была куча-мала. Спарринги закончились, и сейчас пятеро навалились на пятерых. В ход пошли кастеты. Длинные палки стали малоэффективны.
Миша зарычал и снова ринулся на Костю. Они сцепились. Короткие удары, почти не чувствовались сквозь джинсу, натянутую поверх двух футболок. Пара обидных пропусков, но Костя и сам несколько раз удачно ткнул кулаком. У Миши текла кровь из рассеченной брови, но он этого как будто не замечал.
Толпа дерущихся вдруг раскатилась в стороны, словно внутри клубка рванула граната. Парни потрясли головами, похватали выпавшее оружие, кто что смог, и кинулись «продолжать разговор».
Вдруг кто-то заорал. Высоко, зло, страшно.
Костя повернулся и тут же получил в висок. Его повело, ноги стали ватными, но он удержался. Не отвернись сейчас Миша, реши добить противника, и судьба драки была бы решена. Но Миша вдруг тоже замер.
Костя обошел его, ковыляя, прихрамывая на левую ногу. На земле без движения с закрытыми глазами лежал Макс. У Кости кольнуло где-то в груди, и тут же навалилась злость.
Лицо Макса походило на жуткую маску: черная кровь, размазанная по щекам, медленно скатывалась на землю. Носа, казалось, вообще не было видно. Веки, как две огромные сливы. Над ним замер с испуганным выражением на лице парень, из Мишиных, с сучковатой жердью в руке.
Макс не шевелился и, казалось, не дышал.
– Садовников! – заорал вскочивший на ноги Егор и бросился к товарищу.
Костя подлетел следом, оттолкнул его, склонился над Максом.
– Нет! Да нет же!
А в голове вертелось, как заевшая пластинка: «Урою гада, урою гада, урою гада».
Там, где должен быть рот, булькала кровь. На выдохе надувался и лопался черный пузырь.
Костя краем глаза видел, что кто-то попытался ринуться на замершего противника, но Миша гаркнул так, что все остались на месте.
– Что с ним? – спросил Миша.
Костя повернулся к нему. Миша в страхе отшатнулся.
– Если с ним что-то случится, – прошипел Костя, – я тебя из-под земли достану!