Игорь Алмазов – Бывает и хуже? Том 5 (страница 12)

Это как-то связано с разговором? С таинственным голосом? Вероятно, хотя и не факт. Возможно, что так просто совпало. А центру действительно надо было отдохнуть.

Итак, что ещё я узнал? Что у голоса на меня планы и мне предстоит ещё сделать что-то, что от меня потребуется. Это будет моя плата за шанс прожить новую жизнь. Эх, ладно, мне не привыкать. В моём положении и плюсов полно.

Я молод, единственный с магией в мире без магии и могу снова лечить людей. А что ещё для счастья надо?

— Доктор, к вам можно? — ко мне заглянула первая пациентка.

Со всеми этими таинственными разговорами чуть не забыл, что я тут вообще-то на диспансеризацию села приехал!

— Входите, — кивнул я. — Присаживайтесь!

Она села на стул для посетителей, я достал первый бланк. В ФАПе не было компьютера, записи нужно было вести от руки. Мне такое нравится, с этими машинами я до конца так и не нашёл общий язык.

— Итак, фамилия, имя, отчество, дата рождения? — начал опрос я.

— Кузнецова Антонина Васильевна, — бодро ответила бабка. — Тысяча девятьсот пятьдесят третьего года рождения. Мне семьдесят три года, между прочим, но я ещё ого-го какая! Крепкая, бодрая, никаких серьёзных болячек!

Фраза прозвучала с явным вызовом, словно она пыталась что-то доказать. Воу-воу, я пока что только имя и год рождения спрашивал.

Бабка на вид тоже выглядела довольно бодрой, была одета в длинное цветастое платье и платок. Натруженные руки сложила на коленях, спину держала прямо. Разительное отличие от городских пациентов, видно было, что люди в сёлах не привыкли излишне жаловаться. Такая женщина и коня на скаку остановит, и скалкой недруга огреет.

— На что жалуетесь, что беспокоит? — спросил я.

— Ничего не беспокоит, — махнула она рукой. — Ну так, по мелочи. Давление иногда поднимается, но я таблетки пью, всё под контролем. Суставы побаливают, так у кого ж они не болят? А так я молодец, и в огороде у меня порядок полный, и дома всё ладно-красиво.

— Я не сомневаюсь, — улыбнулся я. — Но давайте всё-таки вас осмотрю. Измерю давление, послушаю сердце и лёгкие. Поднимайте рукав.

Антонина Васильевна послушно закатала рукав платья, обнажив полную руку. Я обмотал манжету тонометра вокруг её плеча, накачал грушу, приложил фонендоскоп. Так, посмотрим… Сто шестьдесят на девяносто пять. Высоковато, однако.

— Давление у вас выше, чем надо, — сказал я пациентке. — Вы упоминали, что пьёте таблетки. Какие именно?

— Ну… — Антонина Васильевна замялась. — Я не помню название. Мне Галина Петровна, фельдшер наш, выписала. Маленькие такие, белые.

— Каждый день пьёте? — уточнил я.

— Ну, не каждый, — призналась пациентка. — Когда голова болит или сердце колотится — тогда и пью. А так зачем лишнюю химию в организм пихать?

Классика жанра. Уж сколько раз я слышал это от городских пациентов, а уж от сельских тем более не удивительно. Пить препараты от давления нужно каждый день, но очень часто пациенты принимают их только «когда плохо», что в корне неправильно.

— Антонина Васильевна, препараты от давления нужно пить постоянно, по схеме, — строго сказал я. — Иначе давление будет скакать, а это плохо влияет на сердце и сосуды. Может случиться инфаркт или инсульт. Понимаете?

Она только кивнула недоверчиво. Так, с этим ещё надо поработать.

— Мне в соседнем кабинете уже ЭКГ сняли, вот плёнка, — вспомнила Антонина Васильевна, протянув мне её.

Расшифровки пока что не было, для этого мы повезём плёнки в поликлинику. Но я и так вижу, что здесь явные экстрасистолы.

— У вас ещё аритмия, — объявил я. — Сердце работает с перебоями из-за перегрузки. Вам действительно нужно принимать препараты каждый день.

Антонина Васильевна поджала губы, явно недовольная.

— Я здоровее многих буду! — вдруг выпалила она с какой-то странной горячностью. — Вы думаете, у меня проблемы? Да у Зинки проблем в два раза больше! Она вся раздутая, ноги как колоды, еле ходит! А я бодрая, шустрая!

Я моргнул. Зинка? Кто такая Зинка? И почему Антонина Васильевна вдруг начала кого-то с собой сравнивать?

— Простите, о ком вы говорите? — уточнил я.

— Да о Зинаиде Фёдоровне Смирновой! — раздражённо ответила она. — Она тут тоже на осмотр должна прийти. Вот увидите сами, какая она больная! А я здоровая!

Она так яростно говорила про эту Зинку, даже интересно стало, что же та вторая бабка ей сделала.

— Я всех осмотрю, — миролюбиво ответил. — Но сейчас сосредоточимся на вас. Выпишу вам препарат, который нужно пить каждый день утром, независимо от самочувствия. Хорошо?

— Хорошо, — неохотно согласилась Антонина Васильевна. — Но в карточке своей напишите всё равно, что здоровая я! Очень даже здоровая. Здоровее всех в селе!

Я кивнул, не совсем понимая, к чему она клонит, и начал заполнять бланк.

Диагноз: гипертоническая болезнь второй стадии, артериальная гипертензия второй степени, экстрасистолия.

Рекомендации: Амлодипин пять миллиграммов один раз в день утром, постоянно. Контроль давления два раза в день. Ограничение соли. Умеренная физическая активность.

Отдельно продублировал всё это на ещё одну бумажку.

— Вот, держите, — протянул я ей рецепт. — Таблетки купите в аптеке в городе или закажете через Галину Петровну. Пейте каждый день, не пропускайте. И контролируйте давление обязательно.

— Хорошо, доктор, — кивнула та. — Ну, теперь посмотрим, что там у Зинки будет!

Она развернулась и бодро вышла из кабинета, закрыв за собой дверь. Да что тут происходит? Я про эту Зинку выслушал больше, чем про здоровье самой Антонины Васильевны!

Долго размышлять времени не было, дверь снова открылась, и вошла ещё одна пожилая женщина.

Она была примерно того же возраста, что и предыдущая пациентка, лет семидесяти-семидесяти пяти. Но выглядела совершенно иначе. Худощавая, почти костлявая, в тёмном платье и чёрном платке на голове. Ноги явно отёчные, я сразу заметил, как туго натянуты чулки, как припухли лодыжки. Шла она медленно, тяжело, с трудом переставляя ноги, опираясь на палку.

— Здравствуйте, — присела она на стул. — Я Смирнова Зинаида Фёдоровна.

Ну здравствуй, Зинка. Не представляешь, сколько я уже о тебе наслушался!

— Проходите, присаживайтесь, — кивнул я. — На что жалуетесь?

Она тяжело вздохнула, на её лице отразилось много противоречивых эмоций. Вроде как и пожаловаться хотела, и не хотела казаться слишком больной. В итоге жалобы победили.

— На всё понемногу, — ответила Зинаида Фёдоровна. — Ноги опухшие, болят, еле хожу. Одышка при любом движении. Сердце колотится. Слабость страшная. Сил нет совсем.

Я сразу же осмотрел ноги. Отёки действительно сильные, хотя и не такие ужасные, чтобы госпитализировать. Сгоним диуретиками. Двусторонние, плотные, до середины голеней — классические отёки при сердечной недостаточности. Сердце не справляется с перекачиванием крови, жидкость застаивается в тканях, особенно в нижних конечностях.

— Давайте давление измерим, — сказал я. — Закатайте рукав.

Она подняла рукав своего чёрного платья. Рука худая, кожа бледная. Манжету пришлось обмотать в два круга почти.

Сто сорок на восемьдесят пять. Не критично высокое, но всё равно повышено.

— Сто сорок на восемьдесят пять, — сообщил я. — Какие препараты принимаете?

— Да всякие, — вздохнула Зинаида Фёдоровна. — Галина Петровна мне целый список выписала. От давления, мочегонные, для сердца. Пью, но всё равно плохо.

— Покажите, пожалуйста, список, — попросил я.

Она протянула мне лист бумаги с препаратами, а также отдала плёнку ЭКГ. Так, на плёнке тахикардия, но ничего критичного нет. Из препаратов: эналаприл, верошпирон, дигоксин. Схема правильная, но видимо, не те дозировки.

— Верошпирона сколько принимаете? — спросил я.

— Двадцать пять миллиграмм, — ответила та. — Эналаприла пять.

Ну вот, ясное дело, слишком низкие дозировки. Да здесь уже другой диуретик нужен, Фуросемид.

Я послушал сердце и лёгкие, в лёгких выслушал влажные хрипы в нижних отделах. Жидкость застоялась и там, отсюда и одышка. Что ж, всё поправимо.

Выписал новые назначения, добавил Фуросемид 40 мг утром, Аспаркам по одной таблетке три раза в день, чтобы восполнять калий. Верошпирон увеличил до пятидесяти миллиграмм, эналаприл до десяти и два раза в сутки.

— Вот, держите, — протянул я ей рецепт. — Отёки ваши сгоним, всё будет хорошо.

— Спасибо, доктор, — кивнула Зинаида Фёдоровна. — Вы очень внимательный. Не то, что некоторые, которые только о себе думают!

Они нахмурено посмотрела в сторону двери.

— Что у вас происходит? — не выдержал я.

— Да Тонька бегает всем рассказывает, какая она здоровая, — фыркнула Зинаида Фёдоровна. — А я знаю, у самой давление покруче моего будет! Как павлин красуется.