Иеромонах Прокопий (Пащенко) – Работа и духовная жизнь. Том II (страница 15)

Здесь можно привести историю женщины, которая попала в некий медицинский культ. В его рамках были разработаны подходы, которые где-то могут оказать помощь, но где-то являют собой перегибы. Такие перегибы случаются часто, когда адепты какой-то области абсолютизируют знания, полученные ими, пытаются все вопросы здоровья, проблемы общечеловеческого масштаба решать методиками своей группы.

Эта женщина училась несколько лет, чтобы стать полноправным членом общества, которое впоследствии опознала как нечто, похожее на секту. Она видела там восторженных людей, убежденных, что они делают правое дело, которые затягивали ее в свое видение мира. Она колебалась и чувствовала, что от нее хотят, чтобы она присягнула этому симулякру.

В философии постмодернизма симулякр – это копия оригинала, которая никогда не существовала. Симулякр – это имидж молодого человека, который никогда не был в тюрьме, но хочет выглядеть как настоящий бандит. Он одевается и ведет себя соответственно со своими представлениями о крутых бандитах, но при этом его представления не опираются на реальность. Это нечто гротескное. В некоторых компаниях создаются симулякры человеческого сообщества. Люди, которые никогда не видели настоящей любви, жили, как выражался один человек, по потемкам души, вдруг начинают формировать сообщество, которое им кажется идеальным воплощением любви. Они могут включить сюда принудительные моменты, например кормление, потому что им может казаться, что они кого-то накачивают любовью[62].

Когда та женщина после колебаний поняла, что она не может пойти на это, она разорвала связь с этим сообществом. По человеческим меркам это была катастрофа: она училась несколько лет, чтобы попасть туда, там у нее были человеческие контакты. Уходя оттуда, она уходила в никуда. Но душа ее ликовала; хотя тогда она не была особо верующей, она знала, что Бог есть. Но было четкое ликование духа, убежденность, что она Божья.

Такие симулякры создаются и сейчас, в том числе и с помощью соцсетей. С точки зрения сетевой войны, неважно, что происходит в реальности, как разворачиваются реальные военные события. Важно то, как эти события представлены в сети. Ярким комментарием этой идее является фильм «Хвост виляет собакой». Неважно, вступит ли какая-то страна в состояние войны с другой страной, есть ли та другая страна в принципе. Важно, как процесс представлен в СМИ.

Выше в статье говорилось, что компании и иные структуры управления пытаются внедриться на тот уровень в сознании человека, где содержатся аксиомы, базовые идеи и переживания.

Если взять стандартную ситуацию, то из детства люди помнят, что были в состоянии безопасности, были окружены заботой, материнским теплом. На этом уровне человек воспринимает аргументы не рационально, не критично, воспринимает на ином уровне. Когда вокруг человека создается обстановка детства, он и становится уязвимым. Эта мысль была хорошо проиллюстрирована в мультфильме «Коралина в Стране Кошмаров». Девочка, мама которой не хочет купить ей новые перчатки, попадает в иной мир через маленькую дверцу в своем доме. Там есть некто, напоминающие ее маму и папу, но у них вместо глаз пуговки. В этом доме много сладостей, девочке разрешается делать все, что она хочет. Папа выводит ее погулять, и она видит огромный цветущий парк, цветы в котором высажены таким образом, что, если подняться наверх, парк в своей совокупности напоминает лицо Коралины. Коралина тает от восхищения. Одна девушка, которая была в очень крутой секте, говорила, что там у нее было ощущение как у этой девочки Коралины, которая созерцает парк.

Но потом стали возникать дикие моменты. Сначала, поев сладостей, девочка могла вернуться в свой дом. В один момент она понимает, что уже не может вернуться. Раньше, уснув, она просыпалась у себя дома, а теперь стала просыпаться в том же Ином мире. Ей предлагают заменить глаза пуговками, и тогда она сможет находиться в этом месте вечно. Как можно интерпретировать идею с глазами-пуговками? Пока у человека есть понимание реальности, своей игры как возможность «лавировать между зубцами», пока есть свои цели помимо тех, которые навязывает реальность, то он может каким-то образом эту реальность понимать. Мы не берем меркантильные вопросы а-ля Макиавелли и его книгу «Государь». Применительно к христианам главная цель – сохранить связь со Христом. Желание достигнуть этой цели заставляет в хорошем смысле постоянно думать о том, что ты делаешь, задавать себе вопрос: а не разорву ли я этим поступком связь со Христом? Человек постоянно развивает свой интеллект, способность распознавания ситуаций. С одной стороны, есть понимание реальности, с другой стороны, человек не охвачен матрицей, которую ему предлагает реальность. Есть идея трезвения, которая позволяет выходить из матрицы. Таким человеком очень тяжело манипулировать[63].

В мультфильме Коралина правильно поняла, что ей предлагают. Создатели фильма не напрямую прописывают все смыслы, но если предположить, что они имели в виду именно это, Коралина поняла, что она рискует потерять самосознание. От нее требуют отказаться от Ее взгляда на реальность. А какой у нее взгляд на реальность? Она хочет вернуться к папе и маме, сохранить с ними связь. Также она выясняет, что есть дети, которые тоже оказались в Ином мире. На картинках они были представлены упитанными и радостными. Но на самом деле, когда они согласились на предложение ведьмы, которая создавала имидж мамы, та захватила их души и заточила в Зазеркалье.

Бруно Беттельгейм в своей книге «Просвещенное сердце» описывал некоторые приемы, которые используются в немецких концлагерях для того, чтобы свести человека с сознательного уровня на уровень детский. Но не как в евангельском «будьте как дети», где это значит, что дети не держат зла, не цепляются за материальное. Хотя современные дети не всегда сравнимы с теми простыми детьми, о которых говорит Евангелие. Они, рождаясь в современных условиях, уже буквально с пеленок заточены на материальное, на гаджеты, на соперничество. Но до нашей эпохи дети были другими. Здесь можно вспомнить лекцию монаха Иоанна (Адливанкина), где он говорил: такое ощущение, что современные дети рождаются не как белые листы, а как черные листы.

В концлагерях использовались некоторые приемы. Взрослый человек должен был отпрашиваться, чтобы сходить в туалет. После охранник при других начинал спрашивать, что он делал в туалете и как. Взрослый человек оказывался в положении ребенка, который должен отчитываться перед старшим. Инфантилизация была целью психологической обработки заключенных. В годы Второй мировой войны и тотальных репрессий в лагерь попадали все, кто был не согласен с идеологией системы, а не только лишь уголовники. Попадали инженеры, гуманитарии. Те, кто подходил к состоянию инфантилизации, начинали себя вести как дети в худшем смысле этого слова. Здесь это значит: совершать какие-то бездумные поступки, не думая о последствиях, жаловаться друг на друга, грызться между собой, не чувствуя раскаяния. Саморефлексия была подавлена[64].

Один исследователь человеческого состояния в концлагерях говорил, что для узников было характерно двухвекторное движение во времени. С одной стороны, они очень быстро становились стариками, начинали шаркать ногами, теряли волю к жизни, становились апатичными. С другой стороны, они становились как дети в худшем смысле. И чтобы люди погрузились в эту обстановку, чтобы подвести их к состоянию инфантилизации, их погружали в обстановку абсурда, где присутствуют несопоставимые вещи. Например, крематорий находится рядом с публичным домом, рядом играют в футбол так, будто бы здесь не убивают ежедневно большое количество людей[65].

Когда человек сталкивается с абсурдной ситуацией, он пытается осмыслить ее, но не может. В итоге его сознание будто бы ставится на паузу. Если таких абсурдных ситуаций он видит достаточно много, его сознание постоянно притормаживается. Чтобы не порабощаться сигналам, которые поступают из окружающей среды, мы должны вырабатывать какое-то противоядие, предлагать контраргумент.

В истории про лодку, если человек воспринимает это как игру, то в его психике не происходит тот разлом, как в том случае, если он воспринимает это действительно как этическую проблему. Если воспринимать в том ключе, в котором поставили руководители тренинга, то может произойти надлом. Если сознание стоит на паузе, человек не может подобрать противоядие, не может найти контраргумент. Поэтому исподволь его таранят и перепрошивают деструктивные манипулятивные смыслы, доносящиеся из окружающей среды, причем незаметно для него.

Исследователь, который описывал такие состояния, говорил, что некоторые из его студентов демонстрировали подобный переход к детскому состоянию. Это выражалось в том, что во время экзамена они начинали себя вести примерно следующим образом: «Что вы от нас хотите? Мы же такие немощные, неполноценные». Исследователь говорил: «Они не понимают, что та защита, которую они сейчас употребляют, губительным образом скажется на всей их последующей жизни. Ситуация с экзаменом пройдет, но что с таким подходом им делать в дальнейшей жизни?»