Иерей Георгий – Предпоследнее дознание (страница 10)
Но долго так не просидишь, да и что в том проку? Он поднялся с дивана и осторожно просеменил к двери. Щёлкнул включателем и облегчённо вздохнул, когда электрический свет послушно брызнул с потолка, возвращая комнате привычный вид. Более-менее привычный. Если не считать окна, куда Харчевский смотреть избегал. Выйдя в прихожую, профессор нажал ручку - дверь не поддалась. Порылся в карманах брюк, извлёк ключи, руки тряслись, пока искал нужный. Нашёл!
Замолк щёлкнул. Но дверь не шелохнулась. Харчевский затряс ручкой. Потом отшагнул и с размаху грохнулся всем корпусом. Ещё раз! Бесполезно. Заперто наглухо.
Профессор повернулся в полутьме прихожей и отдышался, силясь думать логически, вспомнить... Вспомнил - телефон! Рука метнулась в карман, выдернула трубку... Работает! Пухлые пальцы забегали по кнопкам, выбивая номер полиции.
- Абонент находится вне действия сети или временно недоступен.
Харчевский оторопело посмотрел на экранчик. Сбросил вызов, набрал номер службы спасения.
- Абонент находится вне действия сети...
Сброс. Номер ректората.
- Абонент находится...
- Проклятье!
Трубка отлетела в комнату и шлёпнулась возле книжного стеллажа.
Эдуард Васильевич опустил руки и сполз по двери, усевшись на полу. Складки на лбу проступили резче. Снова потекли минуты в темноте. Сидел он долго, почти неподвижно, лишь изредка отмахиваясь от докучливых мух.
Затем профессор встал и вернулся в комнату. Осторожно подошёл к окну. В раме сохранились считанные куски стекла, в них по-прежнему виднелась улица - небоскрёб напротив, кривые тополя с желтеющими листьями, хотя ещё только август... Если изогнуться, можно разглядеть дорогу внизу, ряды припаркованных "прыгунов", редкие фигурки прохожих, даже коробочку робота-уборщика, как он подползает к урнам, опустошая их одну за другой, как заправский выпивоха.
А за этой щёлочкой в обычную жизнь стояла сухая, беспроглядная бездна, чернее, чем небо в пасмурную ночь. Смахнув с подоконника стекляшки, он выглянул наружу, чуть не по пояс. С этой стороны оконные осколки вели себя как положено, - были совершенно прозрачными. Чернота плотно обступала окно со всех сторон и не было ей ни конца, ни края. Профессор потянулся в нагрудный карман за авторучкой. Включив лазерную указку, попытался бросить вниз, но тьма поглотила ручку, едва та выскользнула из пальцев. Харчевский судорожно отпрянул от окна.
Взгляд упал на компьютерный столик. Профессор догадывался, что и здесь всё перекрыто, однако проверить труда не составляло - сделать два шага, щёлкнуть кнопкой на посеревшем от пыли бруске. Профессор догадывался, и всё же сердце заколотилось, когда экран вспыхнул и показал чаек над морем - предзагрузочную картинку... Но дальше дело не пошло. Харчевский переключил монитор на телевидение и заставка, моргнув, сменилась равнодушно-синим прямоугольником.
Эдуард Васильевич устало сплюнул и вернулся в прихожую. Входная дверь всё так же не поддавалась. Поразмыслив, он решил провести ревизию остальных помещений. Двери в туалет и ванную открывались. Из кранов, когда нужно, текла вода, горячая и холодная. Лампочки исправно загорались и гасли. А вот окно на кухне стало матово-серым, будто затянутое непроглядным смогом, и, естественно, не открывалось. В какую-то безумную секунду Эдуард Васильевич собрался было разбить его, но вовремя спохватился: ещё одной дыры в бездну ему не надо.
С холодильником был полный порядок, на полках лежал острый кусок сыра, обрезок копчёной колбасы, яиц неполный десяток, вскрытый пакет молока, цыплячьи окорочка и ещё кое-что по мелочи, вроде йогуртов и зелени. Но есть не хотелось. В раковине ждала помывки масляная тарелка, на плите - сковорода с ошмётками утренней яичницы.
Профессор вернулся в комнату. Подобрал с дивана пульт, выключил мерцающий синим экран. Какое-то время размышлял. Сосредоточиться мешало разбитое окно, чёрная дыра мозолила глаза и давила на нервы. Харчевский подошёл к стеллажу и, чтоб отвлечься, взял первую попавшуюся книжку. Оторопело полистал. Достал вторую. А потом раздражённо крикнул:
- Да что ж такое? Совсем уже ни в какие ворота не лезет!
* * *
Отчитавшись у Петровича, Карев спустился в отдел, на "палубу" - светлое вытянутое помещение, условно разделённое на шесть закутков шестью рабочими столами.
- Ну, с почином, мой друг! - подмигнул одинокий Халл, повернув от экрана узкое, точёное лицо с острым подбородком.
- Спасибо, Роберт! И тебя тоже. - улыбнулся Карев, шагая к себе в левый угол, - Что-то безлюдно нынче. Кроме тебя никого?
- Ещё София. Отлучилась ради полуденной трапезы.
- А остальные?
- Николая сковал недуг, а наш вьетнамский товарищ сбирает плоды на словесных пажитях.
- Ясно. - Карев уселся в кресло и откинулся, - Что ж, так даже лучше. Как твои дела... с клиенткой?
- Как по тонкому льду идти. Метафора не нова, но удивительно подходяща.
- А у меня скорее как быка за рога. Посмотрим, что выйдет. Ладно. Слушай, Роберт, хотел я с тобой посоветоваться. Тут у Инны день рождения грядёт, кстати, приходи в следующую субботу...
- Я польщён и тронут до глубины души.
- Ну да. А у тебя, случаем, нет идей... короче говоря, не могу придумать: что бы ей подарить?
Халл приподнял брови и развёл руками:
- Увы, Павел, от закоренелого холостяка в таком деликатном вопросе мало проку. На ум приходит только классика вроде парфюмерии, бижутерии, цветов, дорогого ресторана и заграничного путешествия.
- Да, в основном всё уже было. - Карев задумчиво поправил усы, поглаживая приподнятые кончики, - На счёт путешествия мысль правильная, это она любит, но я только что отпуск отгулял. А Петрович и выходных не даст из-за Проекта...
- Нередко случается так, что женщина сама намекает, чего бы ей хотелось...
- Может, и намекала, да я не понял. Я пытался вспомнить... - Карев сморщил лоб, - И почему женщины не могут прямо сказать: "хочу то или это"?
- Им хочется, чтобы избранник угадывал желания. - пожал плечами Халл, - В этом они видят проявление внимания.
Карев задумчиво поднял взгляд к потолку.
- В ближайшие мгновенья вернётся София, - продолжал коллега, - Вполне естественно было бы...
- Нет, Роберт, только не надо вплетать Соню...
Тут дверь распахнулась и ...
- Привет, Павлик! Что это вы тут про меня болтаете?
Долговязый Халл вскочил с кресла и галантно улыбнулся миниатюрной девушке с нарочито растрёпанной копной малиновых волос.
- София, не была бы ты столь любезна помочь мне разрешить одно затруднение?
Павел грохнул локти на стол и, простонав, уткнулся в ладони.
- Валяй. - Соня подошла к Халлу и уселась напротив, на пустующий стол Квана.
- Предположим, я захотел преподнести дорогой для меня женщине подарок, свидетельствующий об искренности и глубине моих чувств. - продолжал Халл, чуть склонив голову, - Что бы ты могла посоветовать?
- Ох, Роби, я бы не стала возражать против обручального кольца. - Соня многозначительно поиграла левой бровью и рассмеялась. Хмыкнул и Карев, наблюдая сквозь щелки меж пальцев, как смутился Халл.
- Что, Павлик, у Инны день рождения скоро?
Карев поперхнулся и опустил ладони.
- Глубина твоей проницательности, София, может сравниться только с великолепием твоей красоты. - заполнил паузу Халл.
- Только не надо пошлостей, Роби. И сядь, наконец, терпеть не могу, когда надо мной нависают! Павлик, спорим ты за всю семейную жизнь не подарил ей ни одного платья?
- Платье? - тот вскинул брови, - Но она же сама покупает себе одежду...
- Сама! - Соня соскочила со стола и всплеснула руками, - Ну конечно! А духи она тоже сама может купить! Разве нет? И цветы! А что, разве женщинам не продают цветов? И украшения тоже! А муж на что?!
- Постой-ка... - сосредоточенно сощурился Карев, подняв палец, - Кажется, вспомнил... Вроде, она намекала на что-то в этом духе... что, мол, у неё давно ничего нового из одежды не было...
- Ну до чего же тонкий намёк! - девушка аж задохнулась от возмущения, - Бедная Инночка! Судя по тому, что ты это запомнил, ей пришлось раз десять повторить! Какие же вы, всё-таки, мужики... чёрствые!
Халл отвернулся, пряча улыбку.
- Кстати, ты тоже приглашена. - пробормотал Павел.
- Конечно приду! Чтоб она не закисла в столь "внимательном" обществе. Бедная девочка!
- А вдруг я куплю, а ей не подойдёт? - сосредоточенно пробормотал Карев.
- Ты что, хочешь купить сам?!! - воскликнула Соня, - Кошмар! Как тебе вообще такая мысль могла в голову придти?! Без примерки! Я представляю, что ты купишь! Да вы, мужичьё, бального платья от скафандра не отличите! Вместе с Иннкой иди в бутик, вместе выберете, а ты оплатишь.
- Но ведь тогда...
- Что?
- Сюрприза не будет...
- Ой, да знаем мы все ваши сюрпризы наперечёт: духи с рынка, поломанные гвоздички, какие-нибудь чудовищные серёжки, которые ни к чему не наденешь или билет на непонятно что! Идите вместе, я тебе говорю! И помогай ей выбирать, подыгрывай, а не это - кислая рожа и монотонное мычание "ну нормально" после третьего варианта!
- Ладно, хорош кричать! - Карев рубанул ладонью воздух, - Спасибо за совет, обдумаю. А вы оба - никому ни слова. Всё. А мне ещё надо это... заняться плодами... на словесных пажитях. - он подмигнул Халлу.