Иэн Бэнкс – Транзиция (страница 40)

Леди не сдвинулась с места.

– А теперь, миссис М… – Я подался чуть вперед.

– Да, Эдриан?

– Расскажите, что у вас за организация.

– «Надзор», – спокойно ответила она. – Можете называть нас «Надзором», Эдриан.

– Чем вы занимаетесь?

– Путешествуем.

– Кочуете, как цыгане? – спросил я с притворным смешком.

– Не думаю. Ну, может, немного.

– Вы русские?

– Нет.

– Как нет?

– Однозначно нет.

– Вы из ЦРУ?

– Нет.

– Из какой-то другой американской… конторы?

– Нет.

Пока я переводил дух, она вклинилась:

– Не тратьте зря время, Эдриан. Все равно не угадаете.

– Вы так считаете?

– Уверена. – Она опять улыбнулась из-за вуали. – Что ж, полагаю, нам стоит отметить то, что вы решили обдумать мое предложение. Как вам идея? Куда бы нам пойти?

– Сомневаюсь, что эта ваша Припять – тусовый город.

– Да, здесь довольно тихо, – согласилась она. – Может, махнем в Москву? Согласны? Самолет уже, наверное, заправили. Я хотела бы вам кое-что показать.

Похоже, мне предстояло перевести свой «Ролекс» еще на час вперед, хотя я и на два-то перевести забыл.

– Эдриан, – обратилась ко мне миссис М., как только мы устроились в мягких креслах самолета. – Нам с Конни нужно многое обсудить. Придумаете, как скоротать время?

– Конечно. Хотя… погодите.

– Что? – спросила Конни.

– Надолго мы летим? Ведь надо же еще и выспаться, – подмигнул я.

– Думаю, отель в Москве найдется. – Она смерила меня взглядом.

– Какое счастье, – сказал я.

Мои спутницы завели разговор на совершенно незнакомом мне языке. Отвернувшись, я уставился на проплывавший внизу пейзаж. Надеялся увидеть саму Чернобыльскую станцию – с безопасной высоты, разумеется, – но не вышло.

Хотя летели мы всего час, на момент посадки в Москве уже почти стемнело. На взлетной полосе пахло керосином и дул такой холодный ветер, что, казалось, вот-вот повалит снег. Нас ожидал большой черный «мерс». На этот раз шофер был в фуражке, галстуке и прочем. Мы подъехали к высоким воротам с колючей проволокой и караульной будкой рядом. Парень в форме бегло взглянул на наши паспорта, перебросился парой слов с Конни и махнул, мол, проезжайте. Мы встроились в автомобильный хаос на забитом четырехполосном шоссе.

Телефон очнулся, возобновив связь с цивилизацией. Я черканул пару СМС приятелям с туманной родины, сообщил им, где я, и тоже взбодрился.

Клуб «Новая правда» располагался в новостройке с видом на Красную реку – или как там называется самая большая река в Москве? Если честно, я понятия не имел, где мы. В некоем «Центральном административном округе», что бы это ни значило. Если б мы не проехали мимо Красной площади с большой диснеевской церковью и тому подобным, оставалось бы только поверить миссис М. на слово, что мы в Москве.

Клуб находился в черном кубическом здании. Фасад освещали ультрафиолетовые и темно-лиловые лампы. Воздух дрожал от приглушенной музыки. Служащий помог нам с парковкой. Мы подошли в начало очереди, где стояли два бугая-вышибалы с раздутыми бицепсами. Нас сразу пропустили внутрь. Мужик в очень понтовом костюме принял у миссис М. длинную шубу, чмокнул Конни в обе щеки, не прикасаясь губами, а мне коротко кивнул. Я был в той же одежде, в которой прилетел из Лондона: черные «конверсы», джинсы «Левайс», сиреневая рубашка от «Прада» и легкая куртка из черной кожи. Впервые за весь день я почувствовал, что одет слишком скромно.

– Как дела, Климент? – поинтересовалась Конни у модного типа, который теперь вел нас по широкому коридору, увешанному зеркалами и чем-то вроде застекленных бронзовых лабиринтов с шариками ртути внутри.

– Жив-здоров, мадам, – ответил Климент с сильным русским акцентом. – Надеюсь, вы тоже.

– Конечно, – сказала Конни. – Знакомьтесь, это миссис Малверхилл, моя начальница.

– Большая честь, мадам.

– А это Эдриан. Из Лондона.

– Добро пожаловать, Эдриан. Обожаю Лондон!

– Круто, – сказал я.

– Климент – владелец клуба, – пояснила Конни.

Я огляделся. Мы попали в большое помещение, где музыка стала громче, а свет, наоборот, тусклее. На потолке медленно мигали огни. Откуда-то вынырнул метрдотель, отвесил поклон Клименту и отнес шубу миссис М., а также мои с Конни куртки в гардероб, где их приняли две невероятно красивые девушки с точеными скулами, длинными черными волосами и порочно-надменными взглядами. Впереди, за аркой в обрамлении колонн, музыка гудела еще громче, а огни мерцали ярче.

– Шикарно! – улыбнулся я Клименту.

Он кивнул – думаю, ему польстило.

– Идемте, – сказал он. – Я провожу вас к столику.

Водка, шампанское, блины с икрой. Мы уселись за полукруглый столик напротив многоуровневого танцпола, и алкоголь полился рекой. Я потанцевал с Конни, затем с миссис Малверхилл, у которой была необычная, размашистая манера двигаться. В своих черных бинтах и вуали – да-да, вуаль она так и не сняла – миссис М. притягивала множество взглядов. В том числе восхищенных, и я понимал почему. Она извивалась так, будто в теле у нее вообще нет костей. Конни тоже отжигала. Обе то и дело отвергали шампанское, которое им отправляли с дальних столиков.

Когда мы открывали третью по счету бутылку «Салона» [43], Конни шепнула мне:

– Как насчет кокса? – и кивнула в сторону туалетов.

К тому времени я уже выпил достаточно, чтобы мысль показалась мне хорошей, причем даже нашел своего рода разумное, почти медицинское оправдание: если самую малость нюхнуть, это поможет немного протрезветь. Не говоря уже о том, что по ходу вечера они обе – Конни и миссис М. – казались мне все более горячими и убийственно манящими. А тут одна из них предлагает уединиться! Почему бы и нет? Я перевел взгляд с роскошной, сияющей блондинки Конни на загадочную миссис М. Усмехнувшись, Конни помотала головой.

Миссис Малверхилл, похоже, нас услышала. Или догадалась.

– Веселитесь. – Она махнула нам рукой, не отрывая глаз от пульсирующего танцпола.

Никто и бровью не повел, когда мы с Конни зашли в невероятно помпезный женский туалет и заперлись в кабинке. Там мы по очереди вдохнули по дорожке с удобно расположенной стеклянной полочки. Отличный продукт, почти без примеси.

Мы стояли, глядя друг на друга и улыбаясь до ушей.

– Давай еще потанцуем? – предложила она.

Опершись на стену, я медленно обвел ее взглядом.

– Мы куда-то спешим?

Она со смехом качнула головой:

– Только не здесь. Пойдем.

Я думал, Конни имела в виду «пойдем, найдем укромное местечко», однако она повела меня обратно через танцпол за столик, где ее начальница, на вид трезвая как стеклышко, опрокидывала в себя очередную стопку охлажденной водки.

– Потанцуем? – кивнула мне миссис М., вставая с места.

– Можно я передохну?

Она помотала головой и взяла меня за руку.

Танец вышел довольно чувственным. В такт медленному ритму она скользила вокруг меня, сгибаясь и разгибаясь, вздымаясь и опадая, словно заигрывая с моим личным пространством. Я вообще-то и сам неплохо двигаюсь, мне не раз об этом говорили. Однако миссис М. – совсем другой уровень. Возможно, всему виной выпивка и кокс, но мне действительно казалось, что меня удостоила чести королева танцпола.