Ида Бариева – История магов. Книга 1. Как я продал свою душу (страница 12)
– В ближайший город, в Орават, – ответила Шарлотта. – Мы быстро, только купим кое-что – и назад. Можно?
– Вообще-то не положено, – хмуро возразил стражник, окидывая нас обоих внимательным взором.
Тогда Шарлотта привела совершенно неопровержимый аргумент.
– Ну пожалуйста!
– Вообще-то это может быть опасно, – крепился стражник.
– Ну мы очень просим, правда, Сим? – заканючила девушка.
– Нужно разрешение мага, – сменил пластинку он.
– Ну сами подумайте, зачем беспокоить какого-нибудь господина мага из-за таких пустяков, как поездка на соседний рынок? – обезоруживающе улыбнулась Шарлотта.
Потом она спешилась и лёгкой походкой подошла к стражнику, уверенно поцеловав его в щёку. Я ревниво вытянул шею.
– Ну пожалуйста, – снова произнесла Шарлотта.
– Ладно уж, – смилостивился стражник. – Вечно вы, девчонки, из меня верёвки вьёте. Проезжайте. Но чтоб ненадолго, слышите?
– Конечно, – беззаботно отозвалась она, влезая на свою лошадь и трогаясь с места.
Так что мы всё-таки выехали за ворота на широкую, хорошо утоптанную дорогу. Сначала я ехал неуверенно, боясь, что от каждого лишнего движения лошадь понесёт, но потом как-то поуспокоился. И уже спустя минут пятнадцать я пустил лошадь рысью и вскоре вовсю наслаждался поездкой, стараясь, правда, не акцентировать внимание на некоторые ощущения в области пятой точки. Наверно, у местных на заднице образуется одна большая мозоль, и поэтому ездить они могут сколько угодно.
Мимо нас проплывали высокие, незнакомые мне деревья с широкими разлапистыми листьями и стройными красно-коричневыми стволами. Где-то в отдалении пела какая-то птаха. Я вздохнул полной грудью. Пахло свежестью, зеленью и цветами. Сквозь зелёные кроны пробивался весёлый солнечный свет раннего утра, опускаясь на землю дрожащими золотистыми бликами. А у дороги распускались колокольчики и ещё какие-то мелкие белые цветы. В общем, несмотря ни на что, жизнь была прекрасна.
Где-то спустя ещё час дорога вильнула в сторону, и нашим взорам открылись обширные, засеянные пшеницей и овсом поля. Вдалеке замаячил силуэт какого-то города.
– Давай кто быстрее? – лукаво спросила Шарлотта.
– Не вопрос. Конечно, я, – самонадеянно заявил я.
Мы пустили лошадей в галоп, и ветер засвистел у меня в ушах. Я раньше и не подозревал, что лошади могут так быстро бегать! По крайней мере, по телевизору они сильно уступали по скорости автомобилю, а тут… Прижавшись к крупу коня, я нёсся вместе с ним вперёд, глотая вкусный воздух и наслаждаясь скоростью, забыв про то, что я сел на лошадь сегодня впервые в жизни и вполне мог упасть. Поля оставались позади одно за другим, и город впереди принялся в радужных всполохах, поднявшихся вокруг нас, вырастать прямо на глазах. Он оказался огромным, существенно больше города, в котором вырос я сам. Так же, как и замок Совета, он был обнесён каменной стеной, но не очень высокой, в два человеческих роста. Так что я всё равно мог издалека полюбоваться на самое дивное сочетание архитектурных стилей в моей жизни. Тут были и купола, и плоские крыши, и башни, и шпили, и ещё много такого, чего я в жизни не видел. Каменные и деревянные дома тоже были самые разные: и высокие, и низкие, с прямыми стенами и пузатые, как белые грибы на полянке, с простыми окнами и с круглыми, с расписными ставнями и без. Каких только не было, в общем!
К высоким узорчатым воротам я гордо подъехал первым, но справедливости ради надо сказать, что Шарлотта отстала от меня не больше, чем на десяток шагов (надеюсь, она не поддавалась). Прямо перед нами ворота распахнулись, и по дороге поехала карета, запряжённая четвёркой лошадей. Мы хотели было проскочить внутрь, но ворота закрылись просто на удивление шустро.
– Кто такие и откуда? – долго, со вкусом зевнув, поинтересовался низенький толстячок у ворот, одетый в щеголеватую фиолетовую форму с блестящими медными пуговицами. – Зачем пожаловали?
Он даже не смотрел в нашу сторону, зато внимательно приглядывался к лошадям.
– Я Шарлотта из замка Совета, а это Симулос из нейтральных земель, – представила нас Лотти. – Мы хотели бы прикупить себе где-нибудь домик и едем искать продавца.
Толстячок, зевнув ещё раз, принялся осматривать уши, а затем зубы наших лошадей, после чего задумчиво провёл рукой против шерсти и потёр после этого пальцы друг о друга. Я с любопытством следил за его действиями.
– Я бы сказал, примесь амерунной крови – не более одной восьмой, но сойдёт. Проезжайте, – махнул рукой толстячок.
Ворота снова раскрылись, впустив нас внутрь, и лошади ступили на мощённую на удивление ровными и гладкими камнями мостовую. Шарлотта двинула свою лошадь тихим шагом. По обочинам дороги шли люди, одетые по местной моде, то есть так же, как и мы с Шарлоттой. Навстречу нам ехала целая кавалькада людей верхом, направляющаяся к воротам, и я направил свою лошадь в сторону, чтобы не столкнуться с ними.
– Что за примесь амерунной крови? – поинтересовался я.
– А? – рассеянно обернулась Шарлотта. – Амеруны – это магические скакуны. Чистокровных лошадей сейчас практически не осталось, потому что даже небольшая примесь амерунной крови делает обычных лошадей значительно более быстрыми, выносливыми и сообразительными. Кстати, чистокровный амерун – тоже большая редкость. Они очень дороги, поэтому на них, как правило, ездят только маги, люди в лучшем случае могут рассчитывать на полукровок.
Опять маги. Я уже начинал чувствовать себя жертвой дискриминации. Подумав, я решил, что, как только обзаведусь домом, обязательно прикуплю себе амеруна. А лучше двух – для себя и для Шарлотты. Будем кататься и натягивать нос снобам-магам.
– К тому же такие лошади не пачкают улицы, – закончила она. – Я имею в виду навоз.
– Что же они, его при себе носят, в платочке? – ехидно поинтересовался я.
– Да нет, для этого в городе тут и там расставлены конюшни, – пожала плечами Шарлотта.
А я восхитился: какие удобные тут лошади! А всего-то и надо: скрестить такую лошадь с каким-то инопланетным амеруном… Кстати, местные явно не отличались избытком фантазии. Деньги за душу мне предлагали – амеруны, лошади такие специальные существовали – амеруны, расстояние тоже амерунами измеряли. Наверняка и ещё что-нибудь тоже амеруном окажется. Впрочем, в какой-то степени это было удобно. Куда ни ткни пальцем – это амерун, даже думать не надо.
Впрочем, я довольно быстро перестал об этом думать, заглядевшись по сторонам. Посмотреть было на что. Сколько мы ни ехали, не встретили ни одного совершенно похожего здания, все чем-то да различались. То это был пузатый четырёхэтажный крепыш с причудливой крышей в виде каменных листьев и круглыми окнами. То двадцатиэтажный гигант, весь усыпанный лепниной в виде звёзд и стрел так густо, что походил на причудливого ежа. Потом было изогнутое многоярусное здание с узкими окнами, напоминающими бойницы, выкрашенное в приятный светло-малиновый цвет двух чередующихся по ярусам оттенков. А рядом стояла почти пряничная деревянная двухэтажная избушка, украшенная причудливой резьбой, с белыми ставнями и небольшим балкончиком на втором этаже. На следующем, почти круглом здании висела широкая вывеска: «Зачарованные шарики: магия воды, солнечного света и огня». Но витрина была абсолютно пустая. И дверь, как я успел заметить, была заколочена досками. А жаль. Деньги жали мне карман, так что я бы не отказался от парочки таких шариков. Не знаю, правда, на фига они мне, но я оказался в магических землях и хотел наконец-то магии!
Впрочем, сколько мы ни ехали по городу, все лавки и магазинчики, в которых продавалось хоть что-то более-менее магическое, были также заколочены. Я выразил своё негодование по этому поводу.
– Почти все магические предметы были изъяты по приказу магов, – вздохнула Шарлотта. – Им нужна магическая энергия для борьбы с лианами мёртвых. Скорее бы уж всё это закончилось. Как я устала от этой жёсткой экономии, ты бы знал! В самом замке Совета почти нет явной магии, чтобы не раздражать магов разных родов, но в городе её всегда было полным-полно. Он был такой красивый раньше!
– Да он и сейчас впечатляет, – вполне искренне отозвался я.
– Да, наверно, – грустно отозвалась Шарлотта. – Ладно, мы приехали. Тут лавка купца, который мог бы нам помочь.
Лавкой оказалось приземистое трёхэтажное здание с покатой крышей, крытой широкой синей черепицей. Мы оставили лошадей в ближайшей конюшне, и я первым толкнул тяжёлую дверь, ведущую в наше будущее.
Мы попали в просторное помещение с высокими узкими окнами, сквозь которые вовсю лился солнечный свет. Внутри было практически пусто, только в центре, на возвышении, располагался письменный стол, за которым восседал неопределённого возраста седовласый дядька с пышными усами и мясистым носом. Около стола, тоже на возвышении, стояло три мягких кресла, а над столом, рядом с сидящим, вращалось в воздухе нечто овальное, целиком состоящее из струй прозрачной воды. Вращалось это нечто без видимой опоры, так что это была первая прикладная магия, которую я видел в этом мире. Внизу, под водяным чудом, располагался симпатичный полупрозрачный камушек синего цвета.
– О, господа дорогие, добро пожаловать в лавку Зонди! – радушно приветствовал нас дядька, привставая со своего места. – Прошу вас, присаживайтесь.