Ичиро Кишими – Мужество быть счастливым. Откройте для себя силу позитивной психологии и выбирайте счастье каждый день (страница 5)

Они не слышат ни одного слова из моих уст.

ФИЛОСОФ: Именно так. Дети не слушаются вас, они лишь подчиняются авторитету. У них нет ни малейшей мысли о том, чтобы понять вас. Они просто закрывают уши и глаза и ждут, когда пройдет буря вашего гнева.

Вы попали прямо в точку.

ФИЛОСОФ: Вы попадаете в этот порочный круг, потому что не можете сделать первый шаг - уважать учеников, уважать их безоговорочно.

ЮТ: Значит, раз я не смог сделать этот шаг, значит, я ничего не могу сделать, чтобы достучаться до них?

ФИЛОСОФ: Именно так. Вы кричали в пустую комнату. Они никак не могут вас услышать.

Ладно, хорошо, я понял. Есть еще много моментов, которые мне нужно опровергнуть, но пока я соглашусь с этим. Итак, предположим, что ваш подход правильный - отношения строятся на основе уважения. Как же тогда проявлять уважение? Вы же не говорите мне, что нужно нацепить приятную улыбку и сказать: "Эй, я тебя уважаю"?

ФИЛОСОФ: Уважение - это не то, что достигается словами. И когда взрослый пытается таким образом расположить их к себе, дети быстро распознают ложь или расчет. Как только они подумают: "Этот человек лжет", - уважение уже невозможно.

Ладно, ладно. Вы снова попали в точку. Но что вы предлагаете мне делать? Потому что в том, как вы сейчас говорите об уважении, есть серьезное противоречие.

ФИЛОСОФ: О? Какое же это противоречие?

Начните с уважения, говорил философ. И что на уважении строится не только фундамент образования, но и основа всех межличностных отношений. Конечно, человек не обращает особого внимания на слова людей, которых он не уважает. С некоторыми аспектами аргументов философа юноша мог согласиться. Но аргумент о том, что нужно уважать всех остальных людей - что даже проблемные дети в его классе и злодеи в обществе в целом - достойны уважения, - против этого он категорически возражал. Но этот парень сам вырыл себе могилу. Он вступил в противоречие, которое невозможно не заметить. Так что, в конце концов, это работа, которую я должен сделать. Я должен похоронить этого Сократа в его пещере. Юноша медленно облизал губы, а затем продолжил на полной скорости.

 

Проявлять заботу о проблемах других людей

Разве ты не видишь? Ранее вы сказали: "Уважение никогда не может быть принудительным". Конечно, возможно, так оно и есть. С этим я могу полностью согласиться. Но затем, на одном дыхании, вы говорите мне уважать учеников. Ха-ха, разве это не смешно - вы пытаетесь заставить меня делать то, что, очевидно, нельзя заставить. Если вы не называете это противоречием, то что же тогда?

ФИЛОСОФ: Действительно, если вы выберете только эти утверждения сами по себе, они могут показаться противоречивыми. Но посмотрите на это с другой стороны. Уважение - это мяч, который возвращается к вам только от того человека, которому вы его передаете. Это все равно что бросать мяч в стену. Если вы бросите его, он может вернуться к вам. Но ничего не произойдет, если вы просто встанете лицом к стене и крикнете: "Отдай мне мяч".

Ни в коем случае, я не позволю тебе отделаться половинчатыми метафорами. Дайте мне правильный ответ. Если это я бросаю мяч уважения, то откуда он берется? Мяч не появляется из ниоткуда!

ФИЛОСОФ: Хорошо. Это важный момент в понимании и практике адлерианской психологии. Помните ли вы термин "социальное чувство"?

Конечно. Хотя я бы не сказал, что понимаю это полностью.

ФИЛОСОФ: Да, это довольно сложная концепция. Давайте рассмотрим его более подробно в другой раз. Пока же я хотел бы, чтобы вы вспомнили, как Адлер использовал термин "социальный интерес" при переводе оригинального немецкого термина "социальное чувство" на английский язык. Этот "социальный интерес" означает нашу заботу об обществе или, проще говоря, нашу заботу о других людях, составляющих общество.

ЮТ: Значит, в немецком оригинале все по-другому?

ФИЛОСОФ: Да. Немецкий термин Gemeinschaftsgefühl объединяет Gemeinschaft, что означает "социальные отношения" или "сообщество", и Gefühl ("чувство" или "ощущение"), которое я перевожу как "социальное чувство". Если дать ему английский перевод, более точный по отношению к немецкому оригиналу, можно было бы назвать его "чувство сообщества" или "чувство общины".

ЮТ: Ну, меня не особенно интересуют такие академические разговоры, но как насчет этого?

ФИЛОСОФ: Подумайте об этом. Почему, когда Адлер представил англоязычному миру идею "социального чувства", он выбрал "социальный интерес", а не "социальное чувство", которое ближе к немецкому? Здесь есть важный скрытый мотив.

Помните, я говорил, что, когда Адлер впервые выдвинул концепцию "социального чувства" в венский период, многие его коллеги разошлись с ним? Что против него выступили и подвергли остракизму люди, которые сказали, что такие вещи не являются наукой, и что он ввел проблему "ценности" в научную в остальном область психологии?

Да, я помню это.

ФИЛОСОФ: Вероятно, благодаря этому опыту Адлер достаточно хорошо понимал, как трудно заставить людей понять "социальное чувство". Поэтому, когда пришло время представить эту концепцию англоязычному миру, он заменил "социальное чувство" поведенческими рекомендациями, основанными на реальной практике. Он заменил абстрактную идею чем-то конкретным. И эти конкретные поведенческие рекомендации можно обобщить словами "забота о других".

Молодежь: Поведенческие рекомендации?

ФИЛОСОФ: Да. Избавиться от привязанности к себе и проявлять заботу о других людях. Если человек продвигается в соответствии с этими рекомендациями, он приходит к "социальному чувству" как само собой разумеющееся.

Я не имею ни малейшего понятия, о чем вы говорите! Ваш аргумент снова стал абстрактным. Сама идея о том, что существуют "поведенческие рекомендации" по проявлению заботы о других людях. Если говорить конкретно, что и как нужно делать?

ФИЛОСОФ: Здесь уместно вспомнить цитату из Эриха Фромма: "Уважение означает заботу о том, чтобы другой человек рос и развивался таким, какой он есть". Не отрицая ничего, не принуждая ни к чему, человек принимает и ценит человека таким, какой он есть. Другими словами, человек защищает и заботится о достоинстве другого человека. Вы видите, где находится этот конкретный первый шаг?

Нет. Где?

ФИЛОСОФ: Это вполне логичный вывод. Он заключается в том, чтобы заботиться о проблемах других людей.

Молодежь: Проблемы других людей?

ФИЛОСОФ: Например, дети любят играть так, что это совершенно невозможно понять. Они увлечены совершенно бессмысленными, детскими игрушками. Иногда они читают книги, оскорбляющие общественный порядок и мораль, и увлекаются видеоиграми. Вы понимаете, о чем я говорю, да?

Конечно. Я вижу такие вещи почти каждый день.

ФИЛОСОФ: Есть много родителей и педагогов, которые не одобряют и пытаются дать детям более "полезные" или "стоящие" вещи. Они советуют воздерживаться от таких занятий, конфисковывать книги и игрушки и разрешать детям только то, что, по их мнению, имеет ценность.

Родитель делает это, конечно же, "ради ребенка". Но даже в этом случае следует рассматривать это как поступок, полностью лишенный уважения, который только увеличивает дистанцию между родителем и ребенком. Ведь он отрицает естественные заботы ребенка.

Так, значит, я должен рекомендовать вульгарные развлечения?

ФИЛОСОФ: Человек не может ничего рекомендовать со своей позиции. Человек заботится только о проблемах детей. Постарайтесь понять, насколько вульгарны их развлечения с вашей точки зрения и что они представляют собой на самом деле, прежде всего. Попробуйте сами и даже иногда поиграйте вместе. Вместо того чтобы просто играть с ними, наслаждайтесь этим занятием сами. Если вы это сделаете, у детей наконец-то появится реальное ощущение, что их признают; что не относятся к ним как к детям; что их уважают как отдельных человеческих существ.

Но это...

ФИЛОСОФ: Это касается не только детей. Это конкретный первый шаг к уважению, которого добиваются во всех межличностных отношениях. Будь то межличностные отношения на рабочем месте, отношения между влюбленными, международные отношения или что-либо еще, нам необходимо проявлять больше заботы о проблемах других людей.

Молодежь: Это невозможно! Может быть, вы не в курсе, но эти детские заботы включают в себя слишком развратные вещи! Вещи непристойные, гротескные и оскорбительные. Разве не наша задача, как взрослых, показать им правильный путь?

ФИЛОСОФ: Нет, это не так. Что касается "социального чувства", Адлер любил использовать следующее выражение: то, что нам нужно, это "Видеть глазами другого, слушать ушами другого и чувствовать сердцем другого".

Молодежь: А?

ФИЛОСОФ: Сейчас вы пытаетесь видеть своими глазами, слушать своими ушами и чувствовать своим сердцем. Вот почему вы говорите о проблемах детей, используя такие слова, как "развратный" и "оскорбительный". Дети не считают их развращенными. Тогда что же они видят? Для начала нужно понять это.

Молодежь: Нет, я не могу! Это просто выше моих сил.

Почему?

 

Если бы у нас было такое же сердце и жизнь

Возможно, вы уже забыли, но я хорошо помню. Три года назад вы сделали утверждение, которое звучало примерно так: мы живем не в объективном мире, а в субъективном, которому мы придаем смысл. Вопрос, на котором мы должны сосредоточиться, заключается не в том, как устроен мир, а в том, как мы его видим. Кроме того, мы не можем избежать нашей субъективности.