Ичиро Кишими – Мужество быть счастливым. Откройте для себя силу позитивной психологии и выбирайте счастье каждый день (страница 22)

Молодежь: Хм. Почему?

ФИЛОСОФ: Если он посвятит свое время изготовлению луков и стрел, то сможет делать их по несколько дюжин в день. Если он раздаст их товарищам, которые хорошо охотятся, они, возможно, подстрелят больше дичи, чем когда-либо прежде. Позже он сможет получить свою долю от дичи, которую они принесут домой. Именно такой выбор позволяет максимизировать прибыль для обеих сторон.

Ясно, то есть это не просто совместная работа - каждый отвечает за свою область знаний.

ФИЛОСОФ: С точки зрения экспертов-охотников, нет ничего лучше, чем получить в свои руки высокоточные луки и стрелы. Им не придется самим изготавливать луки и стрелы, и они смогут сосредоточиться на охоте. А потом они разделят пойманную дичь на всех. Таким образом, они отработают более совершенную систему разделения труда, которая на шаг превосходит охоту в группе.

Это, конечно, разумно.

ФИЛОСОФ: Главное, что никто не жертвует собой. Иными словами, сочетание чистого корыстного интереса устанавливает разделение труда. В результате преследования корыстных интересов создается фиксированный экономический порядок. Это и есть разделение труда, придуманное Адамом Смитом.

Молодой человек: В обществе разделения труда, если мы до конца следуем собственным интересам, в конечном итоге они упираются в интересы других.

Философ: Совершенно верно.

Молодой человек: Но ведь Адлер рекомендует делать вклад в других, не так ли? Три года назад вы утверждали это довольно решительно. Что цель помогать другим - это великий компас жизни, путеводная звезда. Не противоречит ли идея приоритета собственной выгоды вкладу в других?

ФИЛОСОФ: Это нисколько не противоречит ему. Во-первых, человек вступает в трудовые отношения. Человек связан с другими людьми и обществом интересами. И поэтому, только преследуя собственные интересы, человек обретает вклад в других.

Молодые люди: Даже в этом случае, конечно, возникнут вопросы превосходства и неполноценности, не так ли? Скажем, у одного человека есть важная работа, а у другого - неважная. Разве это не отходит от принципа равенства?

ФИЛОСОФ: Нет, она нисколько не отклоняется от него. Если смотреть с точки зрения разделения труда, то все профессии почетны. Будь то премьер-министр, владелец бизнеса, фермер, рабочий на фабрике или часто игнорируемая профессия домохозяйки, вся работа - это то, что должен делать кто-то в обществе, и все мы просто выполняем свою часть этой работы.

Молодежь: Значит, все виды труда имеют одинаковую ценность?

ФИЛОСОФ: Да. Перефразируя Адлера в отношении разделения труда, можно сказать: "Ценность человека определяется тем, как он выполняет свою роль в распределении труда в своем сообществе". Другими словами, ценность человека определяется не тем, какую работу он выполняет. Она определяется отношением, с которым они выполняют эту работу.

Молодежь: Отношение, с которым они за это берутся?

ФИЛОСОФ: Например, вы оставили работу библиотекаря и выбрали путь педагога. Сегодня перед вами десятки студентов, и вы действительно чувствуете, что вам доверили их жизни. Вы чувствуете, что у вас действительно большая работа, полезная для общества. Возможно, вы даже думаете, что образование - это все, а другие профессии по сравнению с ним ничтожны.

Но если рассматривать общество в целом, то и библиотекарь, и учитель средней школы, и вся остальная работа - это то, что должно быть сделано кем-то в этом обществе, и здесь не может быть превосходства или неравенства. Если кто-то и будет превосходить или уступать, то только в том отношении, с которым он берется за эту работу.

Молодежь: С каким настроем они берутся за работу в таком случае?

ФИЛОСОФ: В принципе, в рамках разделения труда способности каждого человека считаются важными. Когда речь идет, например, о трудоустройстве в компанию , уровень способностей становится критерием. Этого никто не отрицает. Однако после начала разделения труда одних способностей недостаточно для оценки характера или определения того, какими должны быть отношения. Напротив, важным становится вопрос: "Хочу ли я работать с этим человеком?", потому что в противном случае будет трудно помогать друг другу.

Главным фактором при принятии решения "Хочу ли я работать с этим человеком?" или "Хочу ли я помочь ему в трудную минуту?" является честность этого человека и его отношение к работе.

Молодой человек: Хорошо, значит, если человек берется за дело честно и искренне, то нет никакой разницы в ценности между тем, кто занимается спасением жизни, и тем, кто пользуется чужими слабостями и занимается ростовщичеством?

ФИЛОСОФ: Нет, разницы нет.

Молодежь: Ха!

ФИЛОСОФ: В нашем сообществе есть все виды работы, и присутствие людей, которые занимаются каждым из них, крайне важно. Это разнообразие само по себе является изобилием. Если работа не имеет ценности, она никому не нужна и от нее отказываются. Если же с ней не покончили и она продолжает существовать, значит, она обладает какой-то ценностью.

ЮТ: Значит ли это, что даже ростовщическое кредитование имеет ценность?

ФИЛОСОФ: Вполне естественно, что человек может так думать. Самое опасное - поддерживать посредственную справедливость, которая определяет, что хорошо, а что плохо. Человек, опьяненный справедливостью, будет не в состоянии признать чужие ценности и в итоге станет ратовать за вмешательство правосудия. В результате такого вмешательства мы получим общество однообразной серости, лишенное свободы. Вы можете делать любую работу, которая вам нравится, и неважно, какую работу делают другие люди.

 

Важно то, как человек использует это оборудование

Интересно. То, что вы называете адлерианским разделением труда, безусловно, интересная концепция. Человек в мире природы слишком слаб, чтобы жить в одиночку. Поэтому мы объединились в группы и придумали способ работы под названием "разделение труда". Выполняя разделение труда, мы можем завалить мамонта, можем заниматься сельским хозяйством и строить жилища.

Философ: Совершенно верно.

Молодежь: Разделение труда начинается с доверия к другим, независимо от своих симпатий и антипатий. Мы не сможем жить, если не разделим труд. Мы не сможем жить, если не будем сотрудничать с другими людьми - что, по-другому говоря, означает, что мы не сможем жить, не доверяя другим. Это и есть отношения разделения труда и отношения работы.

ФИЛОСОФ: Да. Возьмем, к примеру, правила движения на дорогах общего пользования. Именно на основании нашего доверия к тому, что все люди соблюдают правила дорожного движения, мы проезжаем на зеленый свет. Мы не доверяем людям безоговорочно. Мы действительно сначала смотрим налево и направо. Но даже в этом случае мы в определенной степени доверяем другим людям, которых никогда не встречали. В каком-то смысле это тоже рабочие отношения, поскольку в них реализуется общий интерес к беспрепятственному движению транспорта.

Понятно, думаю, это сработает. На данный момент я не могу найти ничего о разделении труда, что нужно было бы опровергнуть. Но вы ведь не забыли, правда? Отправной точкой этой дискуссии стало ваше замечание о том, что я должен строить дружеские отношения со своими учениками.

ФИЛОСОФ: Нет, я не забыл.

Молодой человек: Но если рассматривать ваш аргумент в контексте разделения труда, то он имеет меньше смысла, чем когда-либо. С какой стати я должен вступать в дружеские отношения со своими учениками? Очевидно, что это рабочие отношения, не так ли? Ни я, ни мои студенты не помнят, что выбрали друг друга. Это просто отношения, которые были механически назначены между людьми, изначально совершенно незнакомыми. У нас нет другого выбора, кроме как сотрудничать, чтобы управлять классом и выполнять задачу по выпуску. Это действительно рабочие отношения, в которые вступают, руководствуясь общими интересами.

ФИЛОСОФ: Я думаю, что это вполне естественно - испытывать подобные сомнения. Итак, давайте пройдемся по каждому из пунктов, которые мы сегодня обсуждали. Какова цель образования? Какая работа требуется от педагога? Наша дискуссия началась с этих вопросов.

Вывод Адлера прост. Цель образования - самодостаточность, а работа, которая требуется от педагога, - это помощь в достижении самодостаточности. Я полагаю, что вы согласились с этой точкой зрения.

Да, я разрешаю, в любом случае.

ФИЛОСОФ: Тогда каким образом можно помочь детям обрести уверенность в себе? Отвечая на это сомнение, я говорил о "начале с уважения".

Да, это так.

ФИЛОСОФИЯ: Почему нужно уважать? Что такое уважение? Здесь мы должны вспомнить слова Эриха Фромма. А именно, что уважение - это "способность видеть человека таким, какой он есть" и "придание ценности тому, что этот человек является таковым".

Конечно, я помню.

ФИЛОСОФ: Относитесь к человеку так, как он есть. Вы прекрасны таким, какой вы есть. Нет необходимости быть особенным. Вы ценны просто тем, что вы есть. Благодаря уважению и передаче этой информации дети вновь обретут утраченное мужество и начнут подниматься по ступеням самостоятельности.

Да, вкратце это и есть наша дискуссия.

ФИЛОСОФ: Сейчас. Вот определение уважения, которое появилось здесь: "Уважать человека таким, какой он есть". Что лежит в основе уважения - доверие или уверенность?

Молодежь: А?