И. Каравашкин – Мы открылись! (страница 10)

— Есть-есть, не волнуйся. Я бы не парился по мелочам. Короче говоря. Ты же у нас магистр и всё такое. А стало быть, знаешь, что и как по недвижке коммерческой бывает? Или не знаешь?

— в каком смысле — бывает?

— Ну вот ты заключила договор аренды помещения, так?

— Так.

— На сколько, на год?

— На 11 месяцев.

— Это, что бы не регистрировать договор? Ведь так все же делают?

— И что? Это не преступление. Даже не нарушение.

— Это — ослабление твой позиции, как бы между прочим.

— Какой ещё — позиции?

— Самой важной. Такой, в которой пролонгация или пересмотр договора происходит.

— А у меня помещение в не очень выгодном для арендодателя статусе. Это историческое здание. Там даже о том, что окна мыть собираешься, ГИОП надо извещать. Так что пересматривать договор резона нет, как нет и особо жаждущих арендаторов.

— А с завтрашнего дня. Точнее, уже сегодняшнего, эти арендаторы появятся. И вполне себе — жаждущие.

— И что же такое случилось сегодня?

— Смена статуса здания в котором твоё заведение общественного питания расположилось.

— К-какого — статуса? — голос Валентины задрожал.

— Того самого статуса, — с нуля часов оно больше не является объектом культурного наследия. Оно вообще теряет отношение к историческим зданиям. Оно больше никак и никем не охраняется, — слова Артура били по щекам наотмашь.

— А ты откуда всё это знаешь? — Валя не могла и не хотела верить этому человеку, ни единому его слову.

— У меня есть интересные знакомства не только в барах, — с улыбкой ответил Артур делая очередной глоток из стакана.

— И эти твои знакомства тебе об этом рассказали? И что ты с этой информацией собираешься делать? Эти вопросы на уровне губернатора решаются. Или ты и с ним знаком?

— Будь я знаком с самим губером, я бы тут не кис. А помимо знакомств у меня есть кое-какие ниточки, потоньше, конечно, чем нужны для «Смольного», но для кейса «Избушка», очень даже подходящие.

— И насколько подходящие? Если статус сменился, тот тут уже ничего не поделаешь. Ну а у меня договор ещё почти год действует.

— Ну да, год, мечтай, — расплылся в мерзкой улыбке Артур.

— А что не так с моим договором? Он полностью законен. Его профессионалы составляли.

— Ха, профессионалы. Ты забыла где мы живём? У нас профессионализм определяется католичеством денег в кармане, а не цветом диплома. И договор твой в этом городе — просто бумажка.

— Закон на моей стороне! — почти сорвалась на крик Валя.

— Ты всё ещё не выросла. Если ты внезапно не повзрослеешь, то никакой бизнес вести не сможешь, даже «кофе с собой».

— Всё равно я буду судиться.

— Ну и судись на здоровье. На сколько у тебя денег хватит? На полгода, год? Будут заявляться отводы, ходатайства, пересмотры, экспертизы. А за экспертизы с тебя три шкуры сдерут. Ответчик не будет являться на заседания. Заседания будут переноситься. И то, что можно решить за три четыре заседания в течение месяца, будет растянуто на год. Вот как это происходит в реальности, а не по телевизору, Валюша.

— Так и в чём твоё предложение? Я же правильно понимаю, что ты именно в этот процесс хочешь вклиниться?

— Ну, не то, чтобы в такой. Всё просто. На днях один человек сделает твоему арендодателю очень интересное предложение, намного, очень-очень намного интереснее твоего. И ты выбываешь из игры. И можешь бегать по судам до пенсии. Но я могу конкретно «перетереть» с этим хорошим человеком, и всё останется как есть. Ему не принципиально, просто он выбрал первый попавшийся интересный вариант.

— И что же ты хочешь за свою посредничество? У меня денег нет даже на такси, — упавшим голосом спросила Валентина.

— У меня есть некоторые подвязки на трейдинге, Валюша, — сказал Артур, доливая себе в стакан. — У меня теперь есть связи. Очень хорошие связи. И сейчас самая тема — это крипта. Я всё ещё делаю деньги с её помощью. Точнее, я помогаю людям с использованием их криптовалюты. Так что мне нужно всё тоже что и в прошлый раз.

— Опять моя подпись?

— Не, не подпись. Мне нужен твой ресторанчик.

— И как маленькое кафе тебе поможет с криптовалютой? Что, собираешься биткоины отмывать через блины с икрой?

— Нет, сама кухня и меню мне не нужны. Но мне нужно чистое ООО...

— Так ты не по адресу, у меня нет ООО, у меня — ИП.

— Стать ООО — делов на полчаса.

— И ты будешь через моё ООО мутить свои схематозы? А я потом за тебя сидеть буду, так?

— Сидеть никто нигде не будет. Там дело не в незаконности. Вся завязка в «бонусе новичка». Там очень хорошие, очень вкусные преференции вновь зашедшим.

— Ты уже один раз мне показал эти преференции, до сих пор по долгам, между прочим твоим, расплачиваюсь. И ты хочешь всё по новой провернуть? Тебе одного раза мало, чтобы понять, что ты не просто неудачник, ты лох, реальный лох и тебе вообще ничего не улыбается с этой твоей криптой, — почти выкрикнула Валентина, понимая, что Артур может обидеться и проявить своё гнилое нутро.

Глаза Артура перелистнули злыми пьяными огоньками:

— С лохом это ты попуталась. А в остальном у тебя нет времени выбирать. Либо сейчас ты соглашаешься, и тогда утром я договариваюсь с человеком и твоя «Избушка» остаётся крепко стоять на своих курьих ножках. Либо... Ты опытный шеф-повар. Ресторан — идеальное прикрытие. Мы поженимся. Ресторан станет моим. Я буду направлять через него средства. Я буду платить налоги. Всё будут чики-пики и все будут счастливы.

Он протянул руку и взял её за запястье. Его пальцы были холодными и влажными:

— Нам же было хорошо вместе, Валя. У нас же была настоящая любовь. Мы можем повторить это. Но на этот раз будет лучше. Всё будет по настоящему шикарно.

— Поженимся? — ахнула Валя, пытаясь вырвать руку, но он крепко её держал. — Ты что, последние мозги пропил? Я тебя ненавижу. Я тебя презираю. Я лучше в тюрьму сяду, чем выйду за тебя замуж.

Артур перестал улыбаться. Он сжал её руку так сильно, что у неё затрещали кости.

— Валюша, ну вспомни, — тихо сказал он, — ведь у нас всё было так хорошо. И то, что случилось небольшое недоразумение, это же ничего не меняет. Мы же по-прежнему можем быть вместе. Я всё так же люблю тебя...

— Ты всё так же любишь только себя и деньги. А других ты любишь тупо использовать! — возразила Валентина.

Артур увидел страх в её глазах и сжал её руку сильнее.

— Но подумай об альтернативе, Валя. Подумай о той жизни, которая у нас может быть. Мы купим дом в Крыму. Будем путешествовать. Я дам тебе всё, что ты захочешь. Тебе не нужно будет даже готовить нам завтраки. Мы будем посещать первоклассные рестораны.

— Это всё чушь, — заплакала Валя, и слёзы потекли по её щекам. — Всё, что ты говоришь, — абсолютная чушь.

— Это не чушь, это реальная перспектива, солнышко моё, — сказал Артур. — Самая натуральная перспектива, которая существует.

У Валентины в сумочке зазвонил телефон. Она нервным движение рук достала его, удивляясь, кто мог звонить в такое время. Это был Максим.

— Алё, Валя, это Макс.

— Да, Максим, — настороженно ответила Валя. — Ты так поздно, что-то случилось?

— Пока не знаю. У меня всё в порядке. А вот как у тебя дела?

— У меня всё тоже в порядке, — неуверенно ответила Валя.

— Мне позвонила Тётя Вера и сказала куда ты отправилась на ночь глядя. У тебя точно всё нормально? Мне приехать? — голос Максима был очень суровым.

Артур молча разглядывал Валентину через свой почти пустой стакан.

— Точно-точно. У меня всё хорошо, не беспокойся.

— Кто это, — раздражённо поинтересовался Артур.

— Неважно. Тебя это не касается, — огрызнулась Валентина.

— Сейчас меня касается всё. Это твоя Тётя? Или это твой дружок водила?