Хёнсук Пак – Воплощение желаний (страница 11)
Учитель прислал ответ после пяти вечера:
Я проверил свой банковский счет: он был действующим.
«Неужели он прав?»
Идти самому в банк опасно: поскольку я несовершеннолетний, могут потребовать привести маму. При таком раскладе ей оттуда позвонят, а этого нельзя допустить.
«Хм… Что, если…»
Я разделил пятнадцать миллионов вон на семнадцать дней.
«Выходит, все задумано так, чтобы я получал долг по частям. Один день из отпущенного мне срока прошел безрезультатно, поэтому нужно поделить сумму на семнадцать и получать деньги от учителя постепенно».
Дали бы сразу все! Я бы и сам смог распорядиться ими. Зачем так усложнять?
Я был бы благодарен ему, если бы он написал, что согласен, но учитель настойчиво хотел вернуть деньги разом.
«Может, поискать другого должника?»
Из отведенного на чудо времени прошло только два дня, да и меня напрягало, что нужно иметь дело с учителем. Не хотелось постоянно беспокоиться. Я вытащил припрятанную записную книжку.
«Что за ерунда?»
Я не поверил глазам. Все записи о других долгах бесследно исчезли, кроме тех, что касались Кан Синдо. Страницы, до этого плотно исписанные именами, суммами и датами, стали совершенно чистыми.
Наверное, это проделки Симхо, чтобы я не поменял однажды принятое решение. Меня начали мучить сожаления. Не нужно было сразу зацикливаться на учителе. Какой же я дурак, что не пролистал блокнот дальше! Зачем остановился на знакомом имени и обрадовался? Вот к чему привело любопытство. Эх, теперь уже сожалеть бессмысленно.
Все, что касается Чирэ
Когда я вышел из банкомата, передо мной чудесным образом возникла Чирэ.
– Мы же договорились вместе порешать задачи. Почему ты вчера не пришел в стади-кафе? Даже мое сообщение проигнорировал.
Мало того что она удивила меня этой неожиданной встречей – к ужасу моему, оказалось, что я не сдержал обещание.
Вчера из-за учителя английского я не мог думать ни о чем другом. Он упорно не соглашался возвращать долг частями и хотел перевести деньги сразу. Мне так и не удалось уговорить его, и потому было не до встречи с Чирэ.
– Ты что, шла за мной от самой школы?
– Ага, – невозмутимо кивнула девчонка.
Сердце забилось так, словно хотело выпрыгнуть из груди. Она шла за мной. Я не мог поверить в то, что происходит.
– У тебя возникли какие-то проблемы, раз ты не смог сдержать обещание?
– Что? – Я попробовал привести в порядок поток хаотичных мыслей в голове. – Ах да, я вчера вышел по делам и, как назло, забыл дома телефон. Дело в том, что я… э-э… я решил заняться спортом и вчера ходил записаться в фитнес-клуб. Он находится довольно далеко. Туда даже знаменитости ходят. Я только записался и сразу поехал обратно на такси, но попал в пробку. Прости меня, это было не такое уж важное дело, но я вернулся домой так поздно, что не решился позвонить тебе из чувства вины.
Я соврал первое, что пришло в голову, но получилось так складно и убедительно, что сам чуть не поверил в это.
– Вот оно что! А как у тебя сейчас со временем? Торопишься? Может, порешаем задачки? Я точно не тороплюсь.
– Я тоже.
Мне стало любопытно, какая математическая заковырка так усложняет жизнь Чирэ. Ботан вроде нее не стал бы откладывать на следующий день трудную задачку, Чирэ бы любым способом постаралась найти решение, однако ничего не предприняла…
Мы пошли в стади-кафе «Горилла». Я с достоинством заплатил за вход и купил самый дорогой снек. Ощущение внутренней свободы, которую давали деньги, превзошло мои ожидания. Рядом с Чирэ я чувствовал себя спокойно и уверенно.
Я сел напротив девочки, но, когда увидел сверкающее на ее пальце кольцо, мое приподнятое настроение безнадежно испортилось. Конечно, я совсем не разбирался в дизайне украшений, но с первого взгляда было видно, что оно очень красивое. От этого стало еще паршивее.
Чирэ открыла свой учебник, обвела кружочком несколько задач, помеченных звездочкой, и протянула мне.
– А что же, Чжеху не в состоянии решить их?
Эти слова вырвались у меня так неожиданно, что я сам опешил. Чирэ подняла голову и с недоумением посмотрела на меня.
– Ну-у-у… я это… хотел сказать: почему ты не спросила у Чжеху? Вы же, кажется, дружите?
Моя отговорка прозвучала совсем неуклюже. Мы оба хорошо знали, что ему это не по уму. Мне стало стыдно за низкое напоминание о том, что всем и так было известно.
Чирэ промолчала. Я решал задачи, помеченные звездочкой, ни разу не ошибившись в расчетах. Девочка с довольным видом и блестящими от восхищения глазами молча кивала.
– Может, зайдем куда-нибудь поесть? Угощаю, – предложил я, когда мы вышли из стади-кафе.
– Давай! Если честно, я немного проголодалась. Пойдем поедим сундэ.
– Ты уверена, что хочешь именно это?
В моем кармане было много денег, и они принадлежали только мне. Представляю, каким жалким я выгляжу в ее глазах, если она без раздумий выбрала самое доступное блюдо.
– А если Чжеху предложит перекусить, ты тоже выберешь сундэ? – снова необдуманно ляпнул я, сам поражаясь собственной пошлости.
– Сону, я хочу поесть сундэ с тобой, а не с Чжеху. Будь он на твоем месте, я бы тоже предложила то, что мне хочется.
Вопреки моим опасениям, реакция Чирэ была мягкой. Честно говоря, я ожидал, что она рассердится из-за моих дурацких вопросов.
– Ладно, сундэ так сундэ. Пойдем.
Я и Чире шли рядом. Лучи предзакатного солнца, струящиеся между высотками, были безмерно теплыми и ласковыми. Внезапно мне захотелось, чтобы время остановилось, и я украдкой бросил взгляд на Чирэ. Мы идем вместе, я и она, – неужели мне все это снится?
Моя спутница остановилась перед дверью ресторана, где подрабатывала Ёнчжо. Ну почему мы пришли именно сюда, ведь таких местечек пруд пруди? Я хотел предложить еще поискать, но не стал, подумав, что будет неплохо, если Ёнчжо увидит нас вместе.
– Вы…
При виде нас глаза Ёнчжо, вытиравшей стол, чуть не вылезли от удивления.
– Мы с семьей давно хотели прийти сюда. Здесь же очень известный омук и сундэ. А правду говорят, что повар тут – настоящий мастер в этом деле и готовит их по старинному рецепту? – спросила Чирэ, садясь за столик.
Я несказанно удивился тому, что ресторанчик так популярен. Оглядевшись, я заметил, что изнутри он выглядит иначе, чем снаружи: не таким старым и убогим. Помещение оказалось небольшим, но очень опрятным и уютным. Видавшие виды столы и стулья были натерты до блеска.
– Ты тоже наслышана о нем? Ох, что же делать?.. Именно так все и было до недавнего времени, но не сейчас. Тот мастер, о котором ты говоришь, серьезно заболел, поэтому теперь в нашем ресторане подают уже готовое сундэ из фабрики. Оно, конечно, уступает по вкусу. Судя по тому, что посетителей становится меньше, люди тонко чувствуют разницу.
Ёнчжо была в своем репертуаре: ничего не умела скрывать. В интересах процветания ресторана совсем не обязательно говорить, что новое сундэ хуже по вкусу.
– Правда? Жаль, что мы раньше не попробовали. – Лицо Чирэ омрачилось сожалением, и она уточнила: – А ваш повар больше не будет готовить омук и сундэ?
– Он недавно лег в больницу. Врач сказал, что уже идет на поправку. Думаю, скоро вам удастся попробовать его блюда. Как только это станет возможным, я сообщу вам в первую очередь. Зато у заводской продукции есть несравненное преимущество: от нее в ресторане нет стойкого специфического запаха, – сообщила Ёнчжо, пристально глядя на меня. Без сомнений, мой удар попал в самую точку.
– А разве это не естественно, что сундэ и омук пахнут так, как должны пахнуть? Чем сильнее аромат, тем лучше вкус, – сказала Чирэ.
– Проблема в том, что запах чувствовался и за дверями ресторана. Видимо, воняло даже от меня, после того как я принимала душ, мыла голову и переодевалась. А кто-то однажды сказал, что терпеть не может запах, исходящий от меня, – продолжала обиженная одноклассница.
М-да, не знал, что она такая злопамятная.
Ёнчжо принесла на наш столик омук и сундэ.
– Особо не пахнет, так что угощайся.
С этими словами она подвинула ко мне тарелку. Хотя я не особо любил сундэ, еще секунду назад собирался съесть его с удовольствием, ведь это блюдо выбрала Чирэ… однако резко передумал.
– Ты справляешься тут одна? – поинтересовалась моя спутница, за обе щеки уплетая сундэ.
– Есть помощница, но, поскольку посетителей немного, мы работаем по очереди.