Холли Вебб – Лили и запретная магия (страница 9)
– Это невозможно.
– Возможно. Это так и есть, – отозвался приглушенный голос из ниши с книгами, что были в каждой стене. – Хотя я не уверена, что ее создала именно твоя мать. Но пахнет она именно ее магией – мускусом. – Генриетта высунула голову.
– Почему мама не завела обычную служанку? – Джорджи упала на кресло, будто ее ноги подкосились. – Даже не представляю, какие могут понадобиться заклинания, чтобы сотворить человека! С чего надо начать?
Лили села на стол рядом с сестрой.
– Может, с тела? А вдруг заклинание есть в какой-нибудь из этих книг?
Книги в библиотеке были повсюду. Ими были заставлены все полки, они были навалены на столы и даже подоконники. В комнате стоял затхлый запах магии и заплесневелой бумаги.
– С тела? – ужаснулась Джорджи. – Мама бы не пошла на такое!
Лили пояснила:
– Я имела в виду – ей надо было сотворить тело… А ты что подумала? Что мама его откуда-нибудь украла?!
Джорджи покачала головой.
– Нет. Это ты так подумала, а не я. Уверена, она ничего подобного не делала!
– А вот я бы совсем этому не удивилась, – с лежавшего на полу огромного словаря магии Генриетта прыгнула на стул рядом с Джорджи, свернулась на большой диванной подушке с вышивкой и посмотрела на девочек. Кажется, ей нравится за ними наблюдать. – Хотя, возможно, все началось не с человеческого тела. Мартина даже не человек.
– А у Арабеллы такие заклинания получались? – зачарованно спросила Джорджи.
– Нет, конечно! Такое творят только злейшие волшебники! – Собака повернула к ней голову. – Ты ведь это понимаешь, да? Что твоя мать ужасно опасна?
Лили нахмурилась. Она боялась маму – всегда боялась, сколько себя помнит, но в то же время ею гордилась. Мысли и воспоминания, вещи, какие она знала, вдруг начали исчезать из сознания Лили. Казалось, она стоит на песчаном пляже и чувствует, как волны уносят песок из-под ног.
– Неужели она действительно так ужасна? – тихо прошептала Лили, надеясь, что Генриетта хихикнет и скажет: «Нет, конечно. Так, лишь самую малость!»
Собака помолчала, почесала нос, потом вздохнула:
– Я знала Арабеллу совсем маленькой, она была примерно твоего возраста, Джорджи, но даже тогда ее семья очень отличалась от вашей. Невероятно сильные маги, они всегда сторонились темных заклинаний, хотя отец любил о них говорить. Арабелла с сестрами изучала утонченные виды магии: чары, иллюзии, управление погодой. Неудивительно, что она выбрала для себя именно погоду. Ее заклинания редко удавались, но Арабелла была талантлива. А то, чем занимается ваша мать, куда более сомнительно. Половина книг из этой библиотеки должна быть заперта на ключ!
Джорджи нахмурилась.
– Как ты можешь такое говорить?! Ты совсем не знаешь нашу маму!
Лили так удивилась подобному выпаду сестры, что засмеялась – не согласиться с Генриеттой просто невозможно. Конечно, собака права.
– Джорджи, она тебя заколдовала – да так, что ты чуть меня не забыла! Разве этому может быть достойное объяснение?
– Джорджи провела с матерью больше времени, чем ты, – стала оправдывать девочку Генриетта. Собака наклонилась к Джорджи и подозрительно ее обнюхала. – Было бы странно, если б она не впитала ее магию и… нравы. Возможно, на ней до сих пор остались обрывки заклинания.
– Хватит меня обнюхивать! – одернула ее Джорджи.
– Интересно, где она на тебя его наложила? Тут? – Генриетта склонила голову набок: кажется, она так делает, когда думает. – Это бы объяснило, почему Джорджи снова от нас ускользает…
– Я не ускользаю! – Глаза Джорджи полыхали гневом. – Я не видела создания грубее, чем ты! И уж поверь мне, мама успела показать мне несколько отвратительнейших существ! – она сглотнула. – Понимаю, мама что-то затеяла, что-то плохое. Но, Лили, именно ради этого я столько старалась! У меня будто почву из-под ног выбили – ты только представь, что я чувствую! Вся моя жизнь поменялась за несколько часов! – Она обхватила себя и поежилась. – Ты права, – добавила Джорджи, обращаясь к Генриетте. – Мне здесь действительно труднее находиться. Заклинание будто витает в воздухе. Уверена, я все еще под его влиянием…
– Тогда надо поторапливаться! Пора найти то, за чем мы сюда пришли! – Лили встала и беспомощно огляделась.
Несколько минут они ходили по библиотеке; тут и там Лили брала с полок книги и просматривала их. Наконец, расстроенная, села на пол в углу комнаты и тяжело вздохнула.
– Да, это была глупая идея. Думала, все окажется намного легче. Будто специально для нас здесь оставят листок, где огромными буквами будет написано: «Мой дьявольский план». Тут, наверное, по меньшей мере тысяча книг. В любой из них могут быть заклинания, которым тебя обучает мама…
– Не уверена, что нам надо искать именно книгу. – Джорджи стояла у стола рядом с окном. – Это мамин стол, она всегда за ним что-то пишет. Может, нам надо искать ее записи? – Она повернулась к сестре и скорчила рожицу. – Прекрасно тебя понимаю. Так что, ищем записку с заголовком «Мой дьявольский план»? Может, это и правда глупо…
– Не совсем. – Генриетта кружилась по библиотеке, обнюхивая все вокруг, и с отвращением чихала, когда натыкалась на едкие запахи нехороших книг; теперь она вскарабкалась на нижнюю полку одного из шкафов. – В конце концов, зачем ей что-то прятать? Она ведь думает, что Джорджианна до сих пор заколдована. А про Лили она, наверное, вообще забыла! – Собака подбежала к Лили и лизнула кончик ее уха, пытаясь подбодрить. – И слава богу! Если она что-то и написала – возможно, мы это сейчас найдем.
– Она только за этим столом пишет? – спросила Лили.
Джорджи огляделась.
– Иногда еще сидит вон в том кресле. Или подкрадывается ко мне сзади и говорит, что я все делаю неправильно.
Кресло, окруженное разбросанными по полу книгами и газетами, стояло у камина. Оно было обито темной материей, немного блестящей, напоминавшей мамино платье. Пахла она тоже ею – мускусом. Именно его Генриетта учуяла в магии вокруг Мартины. Так же пахли и специи, что миссис Портер хранила в глиняных горшках в кухонном шкафу. К ним запрещено прикасаться – горшки привезли с Востока, они очень дорогие. Лили медленно, на цыпочках, пошла к креслу – и вдруг почувствовала себя дурочкой: разве можно бояться кресла?!
Джорджи рассматривала газеты на столе, перебирая их так аккуратно, чтобы мама не догадалась, что в ее отсутствие кто-то осматривал стол.
– Здесь все заметки про старинные семьи магов, – прошептала она. – И заклинание «как прорастить внутри человека зерно»… фу, зачем маме это понадобилось?
Лили обошла кресло, чтобы поближе рассмотреть круглый столик рядом с ним. На столике она обнаружила странные вещи: графин с непонятным темным напитком, пробовать который Лили не горела желанием, сломанная расческа из серебра и слоновой кости и толстая книга в переплете из тускло-зеленой кожи. На книге еле виднелись выцветшие золотые буквы. Девочка нахмурилась, пытаясь их прочитать, и поднесла книгу ближе к глазам.
Фотоальбом – было написано витиеватыми буквами.
Вдруг из альбома выпала карточка в тусклых коричневых тонах и с надписью, сделанной острым почерком: «
Лили осторожно открыла альбом и перевернула хрупкую страницу. Первая фотография – свадебная: мама сидит на изящном стульчике, за ней стоит мрачный папа. Лили нежно погладила его изображение пальцем. У мамы тоже есть фотография отца – в медальоне на столе, но Лили никогда ее не видела. Поняв, что, если бы этот мужчина не стоял рядом с мамой, Лили приняла его за незнакомца, девочка вздохнула.
Нахмурившись, она продолжила рассматривать фотографию: наверное, ее сделали перед окнами библиотеки, прямо среди моря из одуванчиков, а эта странная колонна, у которой позируют родители, на самом деле – беседка. Несмотря на то что теперь все подчиняются Декрету королевы о запрете магии, Меррисот все равно процветает. Внизу фотографии дата – июнь 1865. Двадцать пять лет назад.
– Что это? – спросила Джорджи, заглянув Лили через плечо.
– Посмотри, фотографии со свадьбы родителей. – Она перевернула страницу. – И мама с ребенком… Ой, это Люси! Она родилась через год после свадьбы – если бы она не умерла, ей сейчас было бы двадцать четыре года…
Генриетта прыгнула в кресло, чтобы посмотреть на снимки.
– Как интересно! Однажды Арабелла с сестрами взяла меня с собой в Лондон на выставку дагерротипов[1]. Мне ни один не понравился. Но подобных фотографий, как в альбоме, я в жизни не видела! Люди такие скучные… – добавила она, сморщив нос, когда Лили перевернула несколько страниц – на них были изображения девочек.
– Надо долго-долго стоять и не двигаться – поэтому все люди на фото такие мрачные, – объяснила Джорджи.
– Люси и Прюденс… – пробормотала Лили и перевернула еще одну страницу. – Думаю, они были старше меня. Джорджи, они умерли не в младенчестве. Им было, наверное, как тебе, лет двенадцать… по меньшей мере… – Она закусила губу и испуганно посмотрела на сестру.
– Дети тоже иногда умирают! – упрямо ответила Джорджи. Потом она вздохнула. – Но не сразу двое, да? Может, у них был брюшной тиф? Все равно странно, что он забрал обеих…
– Это же не сразу произошло. Люси на фотографиях больше нет. Вот, смотри, это Прюденс. А на руках она держит… тебя, наверное, Джорджи… – тихо сказала Лили.