Холли Вебб – Лили и запретная магия (страница 24)
Он, будто извиняясь, покачал головой.
– Нет, Лили, извини, но для этого номера больше подойдет Джорджи. Я сделаю вид, что загипнотизировал ее, она просто выглядит такой… такой…
– Отстраненной? – подсказала Лили.
– Да, что-то вроде того. Все легко поверят, что она в трансе.
Генриетта то ли фыркнула, то ли усмехнулась – никто не понял. Так как в комнате Сэм, разговаривать ей нельзя, но мопс многозначительно посмотрела на Лили.
– Сэм, сможешь к вечеру соорудить для меня подъемный механизм? Пожалуйста? – попросил Даниил.
– Нет.
– А завтра? – Юноша умоляюще посмотрел на Сэма, и тот вздохнул.
– Зачем тебе?
– Хочу, чтобы Джорджи летала! Вот, посмотрите! – Он взял газету под мышку, вытащил рулон с рисунками и развернул его на всю комнату.
– Мистер Даниэли, боюсь, не получится. Я уверен, что…
Никто не заметил, как Лили выскользнула за дверь. Девочка вышла из театра и направилась к газетчику – может, ей стоить купить какой-нибудь альбом и вклеивать туда вырезки из газет? Но эти мысли напомнили ей о мамином фотоальбоме, и вдруг на Лили накатил страх. Она остановилась и прислонилась к стене.
С Джорджи все в порядке, никто не пытается овладеть ее магией, поэтому и Лили расслабилась и выкинула Меррисот из головы. Всю минувшую неделю она о нем не думала. Но вдруг воспоминания нахлынули вновь, и Лили поежилась. От волнения она вспотела и вытерла рукой лоб.
С трудом Лили отошла от стены и пошла по городу – Генриетта семенила за ней. Наконец собака выскочила вперед и начала перед девочкой подпрыгивать, пытаясь ее остановить.
– Ой! – Лили испуганно огляделась и вдруг поняла, что понятия не имеет, где находится – вокруг незнакомые магазины. – Спасибо! – прошептала она Генриетте. Собака недовольно посмотрела на Лили, а потом оглядела людей, снующих по улице.
Лили наклонилась и подхватила мопса – теплую, пушистую, такую родную – на руки.
– Ты знаешь, где мы? – спросила Лили.
– Знаю. Мы очень далеко от театра. Очень! Поверни вот тут, – прошептала Генриетта на ухо девочке.
Та кивнула. На нее внезапно нахлынуло чувство благодарности к Арабелле – как хорошо, что та выбрала в питомцы именно мопса. Она такая маленькая, что ей куда проще остаться незамеченной, нежели говорящему волкодаву.
Неожиданно Генриетта напряглась и царапнула Лили коготками:
– Что-то идет! Что-то нехорошее. Прячься!
Лили огляделась – куда же ей прятаться?! И от чего?! И вдруг увидела в толпе прохожих черную женскую фигуру в вуали… Сердце бешено заколотилось. Девочка забежала в ближайший магазин и плотно закрыла за собой дверь влажными дрожащими руками, обернулась и увидела, как мимо, осматриваясь вокруг, проплыла Мартина. Сначала Лили не поняла, что делает это магическое создание, но потом до нее дошло – Мартина же ищет их! Вынюхивает!
Лили, уверенная, что на этот раз ее точно стошнит, закрыла рот рукой. Женщина остановилась, обернулась и лишь через некоторое время пошла дальше. Походка ее была странной, скользящей, будто под длинными черными юбками вместо ног было что-то еще.
Конечно, Лили понимала, что Мартина приедет в Лондон, именно поэтому девочка боялась отходить далеко от театра. Но сейчас она сама убедилась – мамина ищейка уже тут. Вмиг все изменилось. Лили почувствовала себя беспомощной, как крольчиха Даниила Белла – испуганная, потерянная, в ожидании изголодавшейся лисы…
Мамина служанка теперь в городе и исследует его, пытаясь учуять запах девочек.
– Джорджи, тебя там не было. Я уверена – это она! – настаивала на своем Лили. Она решила, что стоит сразу рассказать сестре о встрече с Мартиной. Нельзя держать Джорджи в неведении, как на вокзале в Лейсфилде…
– Но как у мамы получилось нас так быстро найти? – сомневалась Джорджианна.
Когда Лили ворвалась в театр, ее сестра любовалась на свой портрет в газете, которую ей дал один акробат. Сейчас Джорджи нервно теребила газетные листы и пропускала их через пальцы.
– Она нас не нашла! – убеждала ее Лили. – Говорю же, мы ушли далеко от театра. Но, может, она за мной проследила… Хотя нет. Она пошла дальше. Возможно, что-то почувствовала, но не поняла, как меня найти. Генриетта уверена – Мартина нас не заметила! – Лили заглянула в газету. – Какое счастье, что на рисунке мы сами на себя не похожи. Мартина с мамой точно нас не узнают.
– Прошлым вечером все внимание было обращено на тебя… – пробормотала Генриетта. Они втроем прятались за декорациями за кулисами, так что никто не слышал, как разговаривает собака.
– И на тебя тоже! – добавила Джорджи. – Мы же все согласились. Я говорила, что это опасно, – забыла? А вы двое меня убедили, что все хорошо! – Она погладила холст с нарисованной овечкой – декорацию для выступления Лидии, когда та поет песню пастушки. – Я устала прятаться! Хватит. Нам некуда идти. Повезло, что Даниила встретили!
– Это было не везение! – отчеканила Генриетта.
Джорджи кивнула:
– Да, знаю. Но все равно, с меня хватит. Не хочу начинать все заново. Просто будем осторожны. Как ты и сказала, Лили, это может быть просто совпадение, что вы встретили Мартину. Если вдруг она снова появится – тогда подумаем, что можно сделать.
Лили согласилась – ей самой нравилось в театре. Но вдруг она нахмурилась – что-то тут не так. Кажется, чтобы обезопасить себя, Джорджи придется воспользоваться магией, а это может навлечь неприятности… Лили мрачно улыбнулась. Главное, чтобы неприятности обрушились не на них самих, а на Мартину.
– Чего это вы тут делаете? – Из-за декораций появился удивленный Даниил.
Лили чуть не подпрыгнула.
– Нельзя так подкрадываться! Ты меня до смерти напугал!
Юноша виновато покачал головой:
– Прости, я не хотел… Лили, что такое? Ты бледная как полотно. Не мог же я тебя напугать до такой степени?
– Извини… – прошептала девочка. – Я просто не в себе… Сегодня… – Она сглотнула. – Я видела мамину служанку, Мартину. На улице, далеко от театра. Она искала нас. Мама хочет, чтобы мы вернулись. Мы знали, что так будет, но в театре чувствовали себя в безопасности. Но мы хорошо скрываемся, она не смогла нас выследить…
Даниил нахмурился и спросил:
– Просто случайность, получается?
– Надеюсь! Наверное, она весь город обошла… – Лили поежилась.
Даниил посмотрел сверху вниз на Джорджи таким взглядом, будто впервые увидел девочку.
– Вам нельзя постоянно прятаться, это плохо на вас отразится. Джорджи, ты вообще на улицу выходишь? – спросил он и взял ее за подбородок. – Да ты белее полотна! Самого белого полотна!
– Она никуда не выходит, – призналась Лили, и Джорджи бросила на сестру сердитый взгляд.
– Понятно… Тогда пойдем сегодня все вместе на парад. На улицах будут тысячи людей, вас никто не заметит, уверяю! – Даниил уверенно кивнул. – Вчера вы отлично поработали и заслужили отдых.
– На какой парад? – заинтересовалась Генриетта.
– День коронации. Каждый год королева София в знак благодарности проезжает в карете от дворца до собора.
– Королева София? Мы ее увидим? – Лили не верила своим ушам.
– Конечно!
Невидящим взглядом Лили уставилась на холст с овечкой. Королева… Именно по ее приказу отца девочек отправили в тюрьму неизвестно где. Именно ее должна была убить Джорджи теми ужасными заклинаниями, которые много лет учила. Именно королева София была огромной частью их жизней, хотя сестры ни разу ее не видели.
Джорджи мрачно улыбнулась:
– Я пойду в своей шляпке.
– Какой шляпке? – удивилась Лили.
– Моей шляпке. Мне ее подарила Мария. Она еще дала несколько шелковых цветочков и показала, как можно украсить ими шляпку. Для тебя тоже есть одна, Лили, но я не успела ее украсить.
– Ничего страшного, – нетерпеливо ответила девочка. – Так что, ты пойдешь?
– Было бы неплохо. Если на улице безопасно… – Джорджи кивнула и обвела взглядом декорации.
Лили вдруг поняла, что театр плохо освещен – вечно стоит полумрак, да и дневного света Джорджи не видит. Понятно, почему она так ужасно выглядит!
– Мартина не знает, где мы. Мы наткнулись на нее совершенно случайно!
– Тогда решено! – Даниил хлопнул в ладоши. – Даю вам пять минут. Пойду надену свой лучший жилет.
Они встретились у театра. Лили одолевало странное чувство радости, Джорджи хотелось смеяться, а Генриетта крутилась и прыгала, пытаясь поймать воображаемых мух. В своих лучших нарядах ребята отправились на парад.
– Я знаю одно отличное место, где не так много людей, – сообщил Даниил и повел девочек по улице. – Но надо поторопиться, они выедут из дворца в десять.
Из узких переулков ребята вышли на широкие улицы – толпа становилась больше, шумнее.