Холли Вебб – Лили и узник магии (страница 7)

Вместо этого Лили попросила Даниила позволить выступать Николасу и Мэри. Элси была просто счастлива. Сначала детям эта идея не понравилась – они слишком долго были в Доме Феллов и боялись людей. Но худенькая маленькая Мэри, услышав, как Даниил ее расхваливает, убеждая, что она идеально подойдет для его номера, наконец согласилась. Ее никто никогда так не хвалил, и девочка расцвела буквально на глазах.

А потом Мария уговорила Николаса. Она пообещала ему, что, если он согласится выступать, она сошьет ему нормальную одежду коричневого цвета и мальчику не придется больше носить розовые шелковые штаны.

Узнав, что ребята готовы ему помогать, Даниил приободрился и приступил к разработке новых фокусов. Мэри, в которой не было ни капли магии, было легче, чем Николасу. Из него все время выплескивалось волшебство, и мальчику приходилось постоянно себя сдерживать. Он часто жаловался Лили, как ему трудно.

– Простите, я случайно… – отвечал он, когда все вокруг ругались, что он снова превратил белого кролика в нечто странное, пушистое и зеленое, что чуть не откусило Даниилу руку. – Я не хотел, честно! Я только подумал о зеленом кролике, случайно, и это произошло само по себе!

– Не думай о таких вещах, – строго сказала ему Лили. – А вдруг ты всех зрителей превратишь в зеленых чудовищ? – но тут же не удержалась и рассмеялась.

Она битый час пыталась вернуть кролику его прежний вид, но ничего не получалось, и тогда ей на помощь пришел дракон, поделившись своей силой. Свернувшись клубком за сценой, он восхищенно наблюдал за представлением. Раньше он никогда не видел фокусов.

Лили вдруг осознала – дракон прав. Питеру просто надо чем-то заняться. Она совсем о нем забыла, поэтому он был таким грустным и одиноким. У него есть кров, еда и одежда, Лили дважды его спасла, но после этого перестала обращать на него внимание. Она была счастлива вернуться в театр и искренне думала, что и всем остальным тут так же хорошо, как и ей.

До того как попасть в Дом Феллов, Питер был слугой в Доме Меррисот. После объявления Декрета королевы о запрете магии Лили, Джорджи, их мать и несколько слуг жили именно там – или, можно сказать, прятались. Отец Лили попал за решетку, а мать поклялась, что отказалась от магии раз и навсегда. Никто не хотел работать в таком странном доме, а жители ближайших деревень по другую сторону пролива считали его проклятым. Одна служанка из Меррисот однажды нашла Питера на пляже. В доме все решили, что от мальчика просто отказались, потому что он глухонемой. С тех пор Питер работал в Меррисот. Он никогда не ленился и постоянно был чем-нибудь занят.

– Ты мог бы помочь Сэму, – принялась уговаривать его Лили. – Ты дома часто чинил разные вещи, а Сэм как раз этим занимается…

Питер посмотрел на девочку и вытянул руку, показывая, как сильно она дрожит. Лили вздохнула и погладила Питера по спине. Его загар, полученный во время работы в Меррисот, сошел, и кожа стала сероватой.

– Это все из-за заклинаний, – сказала Лили. – Я чувствую их. Обрывки. Они все еще в тебе. Но скоро исчезнут. Правда ведь? – спросила она дракона.

– Скорее всего, – согласился тот.

Лили решила не повторять его слова точь-в-точь.

– Он говорит – ты скоро поправишься, – сказала она Питеру. – Я вижу, как дрожат твои руки, но ты все равно можешь помочь Сэму. Нам тоже может понадобиться твоя помощь, – добавила она. – Когда принцессе станет лучше, она отведет нас в Арчгейт.

Питер нахмурился. Он еще не слышал про Арчгейт.

– Это тюрьма для волшебников. Оказывается, она все время была рядом, а мы не знали. Она в Лондоне, во дворце. Вход в нее заколдован.

Ты хочешь попасть в тюрьму?! – поспешно написал Питер на страничке блокнота.

– Там наш папа. Мы в этом уверены. Надо помочь ему выбраться. Он единственный может избавить Джорджи от маминых заклинаний.

Джорджи грустно улыбнулась.

– У меня тоже не осталось сил, Питер. Только мне с каждым днем все хуже, а ты идешь на поправку.

Взгляд Питера был мрачен и серьезен. Он всегда дружил с Лили, а с Джорджи никогда не общался: в Меррисот она все время проводила взаперти вместе с мамой, разучивая заклинания, от которых сейчас пыталась избавиться. Сильная мамина магия прочно завладела девочкой и постоянно норовила проявлять себя. Лили очень беспокоилась за сестру – уж очень она бледная.

Я думал, вы останетесь в театре. Не знал, что у вас дела. Его ввалившиеся щеки порозовели, и он кивнул. Я останусь тут, пока вы не найдете отца. Пригляжу за вами. Он резко захлопнул блокнот, убрал его в карман и быстро скрылся в коридоре, чтобы Лили не успела ему возразить. На самом деле она даже не хотела спорить. Заметив уверенность в походке друга, она вздохнула с облегчением.

Принцессу Джейн поселили в самой большой и удобной комнате театра. Даниил несколько раз порывался пойти и купить новую красивую мебель, более подобающую принцессе, нежели старая железная кровать, но его убедили, что это может вызвать подозрения у Королевской стражи. Тогда Даниил настоял, чтобы один из художников изобразил над кроватью королевский герб.

Перелет в Лондон и последовавшая за ним ссора с Альфом лишили принцессу сил. Она долго убеждала всех в театре, что ей неважно, насколько красива ее кровать, главное – чтобы на ней можно было спать, и наконец убедила. С тех пор она восседала среди подушек, принимая гостей. Мария подарила пожилой леди фиолетовую пелерину, отделанную мехом, которая, по ее мнению, подобает особе королевской крови.

Наутро Лили проскользнула в комнату принцессы Джейн в надежде, что та не спит. Все дети вернулись домой, волноваться было не о ком, и Лили жаждала побольше узнать об Арчгейте.

В театре вовсю шли репетиции. Даниил решил, что пора представить зрителям новый номер – «Исчезновение», в котором играли Мэри и Николас. Готовились новые декорации, дракон настраивался перед выступлением – хотел показать себя во всей красе, и все работники были заняты. Лили спросила Сэма, может ли Питер ему чем-нибудь помочь, и в итоге мальчику нашли занятие – он стал полировать новые шкафы для номеров.

Генриетта запрыгнула на цветастое стеганое одеяло. Сэм принес его из дома – это одеяло его бабушки, и пахло оно лавандой. Принцесса Джейн и Джорджи, сидя рядом на кровати, вышивали.

– Что ты делаешь? – спросила Лили сестру, и в ее голосе послышалось осуждение.

– Вышиваю, – смущенно ответила та.

– У нас есть дела поважнее! – вспылила Лили. Она повернулась к принцессе и поклонилась: – Извините.

– Лили, вышивание успокаивает. – Пожилая леди положила вышивку в корзинку и вздохнула. – Твоей сестре нужно отвлечься. Она напугана.

Джорджи склонила голову, разглядывая вышивку, и волосы закрыли ее лицо.

– Наверное… Простите, – извинилась Лили. – Ваше высочество, я хотела спросить вас о тюрьме.

– Пока мы тут, зови меня мисс Джейн. Так меньше шансов, что чужие уши услышат лишнее.

– Мисс Джейн. – Лили кивнула. – Вы сможете провести нас в Арчгейт, да?

– Если они не сменили входное заклинание, то да, – принцесса немного подумала и кивнула. – Они знают, что я сбежала. Наверняка стража Дома Феллов доложила обо всем моей матери. Скорее всего, они ждут, что я сразу же отправлюсь за границу к сестрам – Лукасте и Шарлотте. Приехать в Лондон было бы вершиной глупости. – Она откинулась на подушки и закрыла глаза. – Девочки, уже столько лет прошло… я была в тюрьме лишь раз. Мать хотела задать одному волшебнику несколько вопросов об убийстве моего отца и попросила нас с Софией сходить вместе с ней.

– Но зачем? – спросила Генриетта. Она подползла к принцессе и положила голову ей на колени.

– Она не могла открыть дверь. Сделать это может лишь особа королевской крови, а наша мама стала королевой, выйдя замуж за отца.

Лили нахмурилась:

– А если бы вас не было в стране? Или вы заболели? Неужели король всегда сопровождал посетителей тюрьмы?

– У стражников были ключи. Они носили их на шее на цепочке. В каждом ключе была капля королевской крови, но открыть им дверь мог лишь тот стражник, кому был вручен ключ, и никто больше. Если нужно было посетить несколько камер, то людей должны были сопровождать мы.

– Понятно, – задумалась Лили. – А как это работает? В прошлый раз вы подошли к арке и дверь открылась? Так просто?

Принцесса Джейн покачала головой:

– Нет. Я могу открыть лишь внешние двери. Чтобы пройти дальше, через все охранные заклинания, надо воспользоваться магией.

– А какие там заклинания? – взволнованно спросила Лили, посмотрев на сестру.

– Арчгейт построили сразу после войны с талисийцами. Величайшие маги того времени помогли наложить на тюрьму охранные заклинания. Роуз, девушка, про которую я вам говорила, и ее учитель, Алоизиус Фаунтин, много недель запечатывали заклинания в камни.

– Лили, мы слишком слабые, чтобы бороться с такой сильной магией! – воскликнула Джорджи. – Тут даже мамины заклинания не помогут.

– Почему ты говоришь, что мы слабые? – неуверенно спросила Лили.

– Все получится. Вы оказались достаточно сильны, чтобы разбудить драконов и освободить нас всех из Дома Феллов, – напомнила принцесса Джейн.

– Просто надо немного подучиться. Здесь важна не сама магия, а умение с ней обращаться, – вставила Генриетта. – Ваша мать прекрасная волшебница, и она давала Джорджи уроки, но я не уверена, что этого хватит…